Цитаты из книги Валькирия

Смех сказать, день таскала – всё ничего, а отдохнула, вдвойне тяжелей стал.

Рожоного ума нет, не дашь и учёного.

Когда собираются бить, всё же редко бьют просто так, без всякого слова. Сначала поговорят, сами себя раззадорят и тебе, непонятливому, втолкуют, за что колотушки.

... есть всё же разница, когда срамом срамиться, ныне или после, хоть чуть отдышавшись. Да и мало ли что со временем успеет случиться.

…Всё же сон что-то делает с человеком, помогая многое вынести.

Таких, как я, жилистых и костью широких, в жёны зовут ради густых щей, полной квашни и здоровеньких деток. Со мной на медведя пойдут. А полюбят – Велету. Подле неё каждый орёл. А вот подле меня...

Кажется, я уже говорила, что жившие в Нета-дуне не водили жён и не знали иных семей и родства, кроме дружинного. Своим домом живя, трудновато отдать себя вождю без остатка, по первому зову сорваться в поход или, паче, на новое место. Не уйдёшь от хлевов со скотиной, от житной пашни и огорода. Не бросишь.

А шёл мне теперь, страшно вымолвить, двадцать первый год. Подружки жалели меня, говорили, что я кажусь моложе. Да и седых волос у меня было пока немного. Пять не то шесть на всей голове.

А ко мне присватывались каждое лето, но я ни с кем об руку не ходила проведать любимые ягодные поляны, никому не рассказывала про ёлку-шатёр... Нужны были мне все эти женихи и их матери, искавшие в свой дом ещё одни крепкие руки, послушную спину и детородное чрево...

Если хорош предводитель, совсем необязательно, что хороши и все его люди...

Не всякий ходит на корабле, кто этого хочет.

Разгадаешь увиденное - быть может, узнаешь судьбу.

Рождение, как и смерть, пробивает брешь в невидимой грани... она не сразу затягивается, как ряска после того, как в воду бросили камень..

Всю-то жизнь я блуждала в диком лесу, а теперь попала домой…

- Кого же я вырастила? Вот горе мое... Я ответила: - Дрова колоть или соплюх этих стеречь, тут я всем тебе хороша.

Кто бы погладил меня по головке, кто бы сказал: будет всё хорошо. Малые дети любят слушать страшную баснь, прижимаясь к надёжному и большому, способному защитить… А вот когда страшно не в басни, а наяву, и не к кому припасть, не за кем спрятаться…

Женщина всегда рожает легко и не мучается, если рядом ласковая мать и супруг, с любовью ждущий дитя.

Я обняла ладонями его лицо, и он не оттолкнул моих рук, потому что иначе… потому что иначе он не был бы Тем, кого я всегда жду.

И кто-то другой, безжалостный и беспощадный, вдруг вопросил: а ну как я сама однажды поссорюсь с Тем, кого я всегда жду? Если обидит меня? Тоже лишку разойдётся на весёлом пиру? Или я чем провинюсь? Да просто – под горячую руку? Как стану потом смотреть в глаза ему – и вспоминать их враждебными, слепыми и мутными от неприязни ко мне?..

Где ж он был, отчаянный воин, который сразился бы за меня против всех и победил. Который и не подумал бы разбираться, честна я или виновна. Который деревню по брёвнышку раскатил бы, а меня пальцем тронуть не дал. Да что тронуть – худое слово сказать… …а где-то глубоко внутри себя я давно уже знала: он не придёт. Тот, кто смог бы взять у меня всё и отдать сторицей. Он не придёт никогда, его нет на этой земле. Пора уже мне научиться жить без него.