Рим и Карфаген. Мир тесен для двоих

С Геннадием Левицким мне уже доводилось встречаться, и его "Марк Красс" произвел на меня вялое впечатление, я не увидела в Авторе задатков писателя художественной прозы. "Рим и Карфаген" хотя бы избавлены от потуг в художественность с плоскими диалогами и позами. И то хорошо.
В целом, выполняя миссию просветительского науч-попа, Левицкий передал всю хронологию развития отношений двух даже не городов, а цивилизационных центров, забегая немного в сторону, там где это поддерживалось темой. Наверное, для лекций такой формат хорош, он отличается живым языком, со множественными вставками от античных историков и Моммзена, правда только в конце книги нам сообщают, что верить то античным хронистам особо не стоит, ведь предвзяты были. Ну, и в целом, многое из приведенного хорошо лишь в качестве цветистой легенды, но умный и так поймет, принимается. Опять же для живости работы Автор частенько использовал приём забегания вперед - анонса грядущих событий, а потом уже раскрывал их подробно. Так, например, сразу за спуском войск Ганнибала с Альп следует внушение:

Бездействие римлян позволило пунийской армии спокойно отдохнуть после тяжелейшего перехода, а затем римляне дали себя разбить в двух ближайших сражениях. В результате Северная Италия оказалась под властью Ганнибала, а ее жители – галлы – возместили потери пунийского войска...Долгих 16 лет Ганнибал терзал Италийский полуостров, бродил по нему вдоль и поперек – и все из-за непростительных ошибок римлян.

Этакий вариант "В следующей серии смотрите". Кстати, об упомянутых двух сражениях, а на самом деле их было три: Битва при Тицине, Битва при Требии и Битва при Тразименском озере, читателю совсем ничего не расскажут, даже обидно. Первым сражением в Италии, освещенным в работе, будут Канны.
Ничего по сути не сказано о роли Карфагена в италийском походе великого полководца, также как не очень понятны противоречия между партиями Баркидов и их противников на их Родине. Но в целом картина вырисовывается - Баркиды хотели воевать, чтобы Карфаген выжил, условный Ганнон - не ссориться с Римом и богатеть (хотя как они предполагали совместить эти два стремления при растущей алчности Рима?).
Много страничного пространства посвящено Ганнибалу и Сципиону Африканскому, как двум личностям, определившим развитие конфликта, обоих героев Автор проводил до последних минут, к каждому очевидно питает симпатии - к первому как несомненному гению и стратегу, ко второму как к благородному любимцу Фортуны. Действительно, если Ганнибал мог выходить победителем там, где, казалось, все обстоятельства были против него, то Сципион побеждал силою счастливых стечений этих обстоятельств, несмотря на личные промахи. Из остальных персон, представлявших сторону Карфагена, читателю предложены Софониба и последний военачальник - защитник Карфагена в Третьей и последней Пунической войне Гасдрубал. Из ливийцев, конечно, Сифак и Масинисса. Римлян, конечно, по традиции, много.
Ну, и завершится все аж в 476 году, когда Карфаген в лице его новых властителей и лично Одоакра снёс последнего римского императора, что Г. Левицкому видится историческим возмездием, так, погибший более 600 лет назад, город дотянулся до своих обидчиков.