Слово и дело. Книга 2. Мои любезные конфиденты

В каждой избушке свои игрушки…

Все мы уподоблены псам: один высасывает мозг из косточки знаний, другой из косточки дурости...

Коты за разумность свою и чистоплотность похвальную издавна на Руси особым почтением пользовались. Цари московские так их жаловали, что заезжие живописцы даже портреты с котов царских писали. Теперь смотрят они на нас, сытые усачи, с гравюр старинных – из глубины веков. … Со времен давних всех котов на Руси привыкли называть Василиями или – именито! – Васильичами.

Заботливые отцы семейств уже запасались свежими розгами для нравоучения чад любимых. До чего же хорошо сечь ближнего своего по весне, когда все в мире поет и расцветает, жизни радуясь! Вот и кошки окотились в столице. Почасту ходили горожане по улицам, а из-за ворота шубы торчала смешная рожица котенка. Несли петербуржцы котят в забаву детям (под мышкой – пучок розог). Весна, весна… Ах, как дышится весной!

Весна румяная предстала!
Возникла юность на полях;
Весна тьму зимню облистала!
Красуйся все, что на землях.
Зефиры тонки возвевают,
На розгах почки развивают.
(В.К. Тредиаковский)

Употреблю премного зол;
Пущу на них мои все стрелы;
В снедь птицам ляжет плоть на дол;
Пожрет живых зверь в произвол;
Не станут и от змиев целы.
(В.К. Тредиаковский)

Тем временем Волынский ехал домой, крайне негодуя: «Зачем Остерман созвал Кабинет, ежели дел не было?» И понял: затем созвал, чтобы Волынский раскрыл себя, чтобы первую искру в бочку с порохом бросить… Артемий Петрович попал в клубок змеиный и всю дорогу размышлял, как бы ему вывернуться теперь, чтобы во благо отечества победить зло, без блага живущее.

Они еще не знают, эти негодяи, что я совсем не ленив, как им кажется. Напротив – я верток, будто минога среди камней. Им невдомек, что я умею прекрасно владеть собой. А вот враги мои не способны сдерживать порывы чувств своих, и оттого они будут мною в с е г д а побеждены!

-Ты мне из Кабинета частной канцелярии не устраивай, - наказала Анна Иоановна Остерману.

Не может такая страна, как наша, занедуженная и военная, никаких дел не иметь!

Я так понимаю, что горячиться патриот по присяге обязан…

Бирон поднял на министра серые красивые глаза. Сунул руку за отворот кафтана и… в его руке оказался булыжник. Герцог захохотал – это была лишь милая шутка. Волынский скулы свел, даже лицом осунулся. Но себя пересилил и тоже улыбнулся. Между ними, словно разгораживая этих людей, лежал грязный камень. Конечно, можно этот булыжник взять и с размаху выбить все зубы Бирону, но… Волынский вежливо улыбался герцогу.

1737 год – да будет он памятен! В этом году родилась святая формула российского флота: ПОГИБАЮ, НО НЕ СДАЮСЬ.

Нуждаюсь я только об одном: как бы перед гибелью нашей поболе напакостить врагу подлому?..

С эскадрой боту не совладать, а погибать надо с шумом.

Мудрейшие правители всегда войною отвлекают народ от дел внутренних к делам внешним. Армия же при этом тоже неопасна для престола делается, ибо, батальями занята, она лишь о викториях славных помышляет…

Русские, они издевались над русским, сами не понимая, что над собой же издеваются!

Каждый верноподданный стремится у престола выказать восторг свой и свою преданность, и это не лесть! Это долг каждого честного служителя монархии…