Цитаты из книги Из пушки на Луну

А когда у американца зародится идея, он ищет товарища, который разделил бы ее. Если во мнениях сойдутся трое, то один из них немедленно избирается председателем, а двое других – секретарями. Если их четверо, то назначается архивариус – и готово «бюро». Если их пятеро, то созывается «общее собрание» – и клуб учрежден!

Но наука идет вперед, обгоняя даже фантазию писателей.

Брюхо промышленности живёт одним углём, ничего другого оно не принимает. Промышленность — животное «углеядное», и его надо хорошо кормить. — до начала XX века; глава 5

Стало так тихо, что, казалось, можно было услышать, как ползёт муравей, как плывёт маленькая плотичка, как порхает мотылёк, как перебирается с места на место червячок, как движется микроб… — глава 3

- Ну, значит остается только одно! - решительно воскликнул Мишель.
- Что же?
- Завтракать, - невозмутимо ответил француз всегда прибегавший к этому спасительному средству в самых затруднительных и безвыходных обстоятельствах.

Поистине, неизмеримы глубины женского сердца! — глава 1

Составлялись безумные пари — обыкновенная форма, в которую выливается общественное возбуждение у американцев, — пример заразительный! — последнее время ему охотно начинают следовать в Европе. — глава 3

— О том, чего мы не знаем, можно написать сотни томов.

Известно, в каких условиях американцы строят свои железные дороги: они не боятся ни крутых поворотов, ни больших подъемов, презирают ограды и всякие меры предосторожности; рельсы то взбираются на холмы, то спускаются в долины, идя почти вслепую, то и дело отклоняясь от прямолинейного пути; поэтому дороги обходятся дешево и постройка их несложна; зато поезда нередко сходят с рельс и валятся под откос.

– Ну так вот! Поскольку наши границы недостаточно далеко простираются к югу, поскольку на юге непреодолимой преградой является для нас океан, поскольку нам необходимо искать двадцать восьмую параллель за пределами Соединенных Штатов, в соседней стране, то вот вам и законный casus belli. Итак, я требую, чтобы была объявлена война Мексике!

Американца ничем не удивишь. Говорят, будто слово "невозможно" для французов не существует, но это сказано не по адресу. Только в Америке все кажется простым и легким...

Двадцать шесть дельно использованных минут стоят двадцати шести лет безделья! 

Стоило послушать одних этих американских уличных мальчишек. - Эй ты! Выпрямитель оси! - кричал один. - Ах ты! Кувыркатель земного шара! - подхватывал другой.

– Правильно! – громче всех вопил Мастон. – Расстояния не существует! Яростно жестикулируя, он едва не потерял равновесия и чуть было не свалился с эстрады. Но он кое-как удержался, избежав падения, которое доказало бы ему весьма осязательно и грубо, что «расстояние» – не такое уж пустое слово.

Нострадамус ничего толком не предсказал, но его туманные прорицания создали видимость предвидения. Жюль Верн обошёлся без туманной видимости - все его предсказания сбылись. Может быть, поэтому Жюля Верна часто называют "Нострадамусом XIX века". А вот Нострадамуса "Жюль Верном XVI века не называет никто.

Я предпочитаю систему Льежской обсерватории, которая попросту и без дураков говорит: "Солнце - это тыква, диаметром в два фута, Юпитер - апельсин, Сатурн - анисовое яблоко, Нептун - черешня, Уран - крупная вишня, Земля - горошина, Венера - горошинка, Марс - булавочная головка, Меркурий - горчичное зёрнышко, Юнона, Церера и Паллас - песчинки". Это даёт мне хотя бы некоторое представление о сравнительной величине планет.

— Эх вы, «иксоеды»! Вы думаете, сказали: «Алгебра», и этим все объяснили!

При этой тираде Мастон не в силах был сдержать свой восторг, - он ринулся в объятия своего друга почти со скоростью пушечного снаряда и, конечно, сокрушил бы его, если бы Барбикен не был построен из материала, способного выдержать даже удар бомбы.

Этот драгоценный металл обладает белизной серебра, неокисляемостью золота, ковкостью железа, плавкостью меди, лёгкостью стекла; его очень легко обрабатывать; он чрезвычайно распространён в природе, так как является главной составной частью множества горных пород; к тому же он в три раза легче железа, и он как будто создан для того, чтобы послужить материалом для нашего снаряда. Да здравствует алюминий!

Барбикен прервал их: "...Мы несёмся в пустом пространстве, где силы тяжести не существует". - Ну, значит, остаётся только одно! - решительно воскликнул Мишель. - Что же? - Завтракать, - невозмутимо ответил француз, всегда прибегавший к этому спасительному средству в самых затруднительных и безвыходных обстоятельствах. Действительно, если завтрак и не мог оказать никакого влияния на движение ядра, им всё же не следовало пренебрегать, хотя бы ради здоровья.