Плененная Вселенная

У некоторых учёных рано или поздно появляются шоры на глазах: они считают, что их подход к проблеме — единственно возможный, даже если доказано, что он неверен. — глава 19

Кто не способен учиться на собственном опыте, тот вообще не способен учиться. — глава 16

Хирург всегда работает приблизительно. Он никогда не может в точности восстановить то, что было раньше, — но это обычно не имеет особого значения, потому что организм на многое способен сам. — глава 10

Сознание похоже на человеческое общество, где все составляющие его элементы сотрудничают друг с другом. — глава 8

Большая часть жуликов особым умом не отличается. — глава 29

... человеческая память — не магнитофон, который записывает всё подряд в хронологическом порядке. Она устроена совсем иначе — скорее как неаккуратно ведущаяся картотека, снабжённая запутанным и противоречивым указателем. И не просто запутанным — время от времени мы изменяем принципы классификации понятий. — глава 10

— А ты не забываешь о законах природы? Разве контроль над рождаемостью не является их нарушением?
— Милая моя, вся история медицины есть история нарушения законов природы. Церковь — как протестантская, так и католическая — пыталась приостановить использование анестезирующих средств, потому что. по закону природы женщина должна рожать детей в муках. И то, что люди должны умирать от болезней, закон природы. И то, что человеческое тело нельзя разрезать и что-то там чинить, — тоже закон природы.

Мужчин надо баловать, тогда с ними легче жить.

— ... боюсь, не застряли ли мы на второстепенной вершине.
— Что это значит? — спросил Бен.
— Простая аналогия. Исследователь похож на слепого альпиниста. Он лезет в гору и, в конце концов, добирается до вершины — дальше подниматься некуда. Но поскольку он ничего не видит, он не может догадаться, что поднялся не на главную вершину, а на соседнюю, пониже, и что это тупик. Цели ему здесь не достигнуть — для этого надо снова спуститься вниз и искать другой путь к главной вершине. — глава 26

Самая маленькая форма жизни поддерживает самую большую, в этом есть своя мораль

Мчаться вперед на полной скорости, оставаясь на месте, — вот что мы можем сегодня сделать.

А потом… Он не любил думать о том, что будет потом, и поэтому не думал об этом.

Было очень мило с его стороны, что он начал шуметь только тогда, когда услышал, что она встала и включила воду

в расчет идет только первый удар и, если нанести его правильно, нужды в следующих уже не будет

жарко как в печке, хотя город еще валяется в постели под этой горячей волной, что печет и душит Нью-Йорк

- Полночь уже прошла, новое столетие началось, и ничего не изменилось.

• Ничего не изменилось?! — заорал Питер. — Это Армагеддон! Он должен начаться!

• Всё должно кончиться! Может ли мир существовать вот так ещё тысячу лет? ВОТ ТАК?!

У меня неизлечимое заболевание. Старость.

Да, для вас кончено. И для Свена кончено. Но для меня ничего не кончено. Они меня убили, неужели вы не понимаете? Они убили Брайана Дилени. У меня сохранились кое-какие его воспоминания, - но я не он. Я полчеловека, полпамяти. И мне начинает казаться, что я вообще не совсем человек. Смотрите, что они у меня отняли. Сначала жизнь. А потом мою человеческую сущность.