Привычное дело

Всё, что с Иваном Африкановичем не происходит, всё у него "привычное дело". Обычный русский простой мужик, которому для счастья много не надо, и несчастья вдосталь. А что? Привычное дело.

С этой его приговоркой так и вспоминал фильм "Охота на пиранью" с Машковым в главной роли, чей персонаж Кирилл Мазур, попадая в любой переплёт говаривает - "Ну, это нормально". Но Иван Африканович не боец ВМФ, он крестьянин (впрочем, не менее интересный человек), у него всё - привычное дело.

Первые страницы книги вызывают недоумение и даже вводят в лёгкое заблуждение. Написано слишком простым, слишком уж деревенским языком, да ещё Африканыч едет домой подшофе. Так и кажется, что повесть про алкаша. Слава Богу, нет, оказывается про мужика в послевоенные годы. И то слава Богу, значит, скорее всего, не так страшно, как про крестьянина в годы коллективизации.

Так и получается, хотя проблем у мужика всё равно хватает. Где бы сена прикосить для коровы (официально нельзя) да чем недоимки покрыть? Порывается Иван Африканович на заработки, тут и настигает его трагедия...

Вроде ничего такого сверхособенного в этой повести нет - жизнеописание, да и только. А прочтёшь, и поймёшь, как да с чего начала вымирать наша деревня, кто да как её сгубил. Колхозный век невесел - ничего не может оставить себе крестьянин из заработанного сельского добра. Что остаётся мужику? Либо бежать, либо пить.

Повесть безысходная, и хотя Иван Африканович, потерявший самое дорогое, что у него есть, находит в себе сил жить дальше. Силы находятся, а безысходность остаётся. А что? Привычное дело...

Это первая моя деревенская повесть после очень большого перерыва. Что-то вот вдруг вспомнилось это направление в русской литературе ХХ века и захотелось что-нибудь почитать. На ум сразу пришел Василий Белов. Взяла первую же его повесть, какая попалась. Прочитала сразу же, не отвлекаясь - всё ждала, что вот-вот кончится этот вязкий кошмар и начнется у них другая жизнь, веселая и сытая, ну, как нам в кино про деревню показывают. Но, оказывается, самое веселое было в самом начале, потом повествование принимает все более и более минорные ноты.

Да и в самом начале веселье было такое себе, сомнительное - повесть начинается с разговора пьяного Ивана Африкановича (господи, ну вот пришло же кому-то в голову в российской глубинке примерно начала века назвать сына Африканом... Хотя, загуглила сейчас - это вполне себе христианское и даже православное имя, святые такие были, именины 4 раза в год) с его лошадью. Они при исполнении - везут товар со склада в сельскую лавочку. В общем, Сивка доехал, хозяин - нет. Следующие развлечения всё такого же плана - выпить и накуролесить - например, спихнуть трактором баню в речку. Правда, баня своя, да и не спихнул окончательно, а так, потолкал немного, но смысл деревенских развлечений - такой. Учудить, чтобы потом было о чем посплетничать всласть. Других развлечений, более культурных, в колхозной деревне середины ХХ века нет.

Зато чего в ней с избытком, так это работы. Тяжелой, неинтересной, отупляющей, в скотских условиях, без всякой механизации. Механизация если и есть, то для комиссии и то до первой поломки, но проверяющие отметят галочкой, председателю плюшки, а люди как надрывались, так и надрываются. Людей мало - молодежь всеми правдами и неправдами старается уехать из этой колхозной сказки, а оставшиеся должны работать за себя и за троих уехавших. А самый цимес - всё это фактически за бесплатно. Не совсем за трудодни, но назвать нормальной зарплату мужика-колхозника в 18 рублей - невозможно. Жена его надрывается дояркой-скотницей за 40-45 рублей в месяц. А один только штраф за эпизод с конем, когда тот один пришел к магазину и благополучно вывернул содержимое саней на землю - товары попортились, составил 50 рублей с копейками. Живи как знаешь. Иван Африканович промышлял рыбной ловлей, охотой и собирательством (недалеко же мы ушли от каменного века), но это поесть, а ведь нужны и ТНП, так сказать - и на какие шиши? А в семье 9 детей (девять, прописью). Уму непостижимо. В смысле - он думает хоть о чем-нибудь, прежде чем очередного ребенка заделать??

Что меня выбешивало всю дорогу в этом Африкановиче - как с женой целоваться-миловаться, так я тут, а как устроиться на нормальную работу, тем же скотником рядом с женой, чтобы хотя бы столько же приносить в дом, как и она - неее, меня нет. А то вдруг война, а я уставший! Как в том анекдоте: а руками вы что-нибудь умеете делать? Да зачем? Вон жена работает, а я на лошадке покатаюсь туда-сюда, покуролесю, а штраф жена выплатит, чего ей. При этом нельзя сказать, что он не любит свою жену. Любит. Жить без нее не может, постоянно говорит и думает об этом. Конечно, кто ж его содержать будет, если она помрет? А сам он детей не сможет вырастить на 18 р. в месяц, это однозначно. Не знаю, может это я какая-то меркантильная и черствая, он мне про любовь, а я про деньги. Но если ты любишь женщину, как же ты допускаешь, чтобы она на износ работала и рожала буквально каждый год-полтора? И после каждых родов уже через день-два бежала на работу. И не бумажки в конторе перекладывать, а на тяжелую физическую работу, и не только за себя, но и за Машу и Глашу, которые не вышли на работу. И когда жена тяжело заболела от такой жизни, слегла, он и не подумал что надо как-то зарабатывать деньги, ведь жена-добытчица больна. Нет, о жене он заботился, стакан воды ей было кому подать, но ее подтачивала мысль, что пока она лежит, деньги не идут в дом (больничных колхозникам не оплачивали, крутись как хошь), о "заработках" мужа и говорить смешно. И толком не долечившись, снова побежала работать. Второго удара она уже не пережила.

Как же убивался Иван Африканович, как он горевал! Землю грыз, плакал. Но зарабатывать деньги не шел. Когда выяснилось, что без денег даже в социалистической стране жить невозможно, распихал детей куда кого: кто постарше - на работу и на учебу в училища, живите как хотите; средних сдал в детдом; младшие пока дома, но вроде только до школы - и тоже в детдом... Вот нафиг было столько плодить?? Если уж наплодил - почему не зарабатывал для них деньги? Авось, небось и как-нибудь? Не понимаю я такого.

Действие происходит в послевоенное время в небольшой деревне. В центре повествования семья Ивана Африкановича. У них с женой Катериной восемь детей, и они в ожидании девятого. С детишками нянчится теща Ивана Африкановича. А они с женой работают в колхозе. Катерина доярка, она ухаживает за животными на колхозной ферме. Иван Африканович мужчина работящий, добрый, незлобливый, душевный. Они с женой любят друг друга. Живет он своей простой жизнью, выпивает, куролесит, в ус не дует, что теща совсем не должна воспитывать их детей, что жене уже тяжело. Катерина встает в три часа, начинает носить воду из колодца. Так начинается ее день, полный физического труда. Перед родами мужа нет дома, он пьет. Получает штраф, т.к. испортил по-пьяни имущество, Катерина сразу после родов бежит на работу ради денег, чтобы отдать штраф. Начинается сенокос, днем косят в колхозе, ночью для своих животных. В самый ответственный момент мужчина решает уехать на заработки. По дороге опять пьет, с последствиями. А жена не выдерживает физических нагрузок. Приступ за приступом приводят к трагедии.

Осознавая, как тяжело жить с таким главой семьи, я не могу принять главного героя и его друзей. Да, хороший в целом мужик. Когда предложили написать донос на своих соседей, не стал. Но он жил на авось. После того, как у жены случился первый приступ, он плакал. Его желанием было лишь одно, а именно, чтобы все было как прежде. Как ребенок. Женщина в возрасте, родившая девять детей, не будет иметь такого здоровья, как раньше. Плюс годы тяжелого физического труда дали о себе знать.

Насколько мне были неприятны герои-мужчины, настолько понравились женские персонажи. Катерина с матерью, Анюта с матерью. Они трудились, не жаловались. В горе поддерживали друг друга. Люди вокруг тоже создавали атмосферу приятного общества. Были единичные личности, но это всегда так бывает.

Язык автора намеренно просторечный, с выговором. Часто в тексте встречаются частушки, песни. В общем, с помощью языка автор прекрасно передал деревенский колорит. Получилось погрузиться в атмосферу. И к концу повести я поняла, что, несмотря на отвратительные поступки некоторых персонажей, на печальные события, я не пожалела, что познакомилась с произведением.

Повесть "Привычное дело"

• Иди ты... покупщик! - огрызнулся Иван Африканович. - Привыкли все покупать, все у тебя стало продажное. А ежели мне не надо продажного? Ежели я непокупного хочу?

Я знаю, что лишь немногим интересна деревенская тематика. Мне – интересна. Именно поэтому повесть Василия Белова «Привычное дело» вызвала только положительные эмоции. Конечно, нельзя не сравнивать её с «Братьями и сёстрами» Абрамова, гораздо более основательным четырёхтомным произведением, рисующим жизнь русской деревни 40-70-х годов ХХ века. Но, на мой взгляд, Белову хватило и нескольких сотен страниц, чтобы создать интересные характеры, выстроить непростой и напряженный сюжет, рассказать нам историю нескольких поколений одной семьи.

Эта повесть не столько об Иване Африкановиче, его личности и судьбе, сколько о всеобщем «раскрестьянивании» России. Молодежь бежала в крупные города, деревни пустели, лишь немногие готовы были остаться и тянуть колхозную лямку. Сейчас мы пожинаем плоды этого процесса: русская деревня умерла. А вместе с ней ушли люди, отдававшие свои силы и здоровье земле, фольклор, сопровождавший крестьянина на протяжении всей его богобоязненной и природной жизни.

Хорошо, что Василий Белов сохранил нам ту, другую деревню на страницах своей повести. Читаешь – и теплеет на душе. Как-то сразу веришь этим людям, веришь вопреки всякому здравому смыслу, восхищаешься их простотой и трудолюбием, которое мы уже изрядно порастеряли по дороге в век ХХI.

Ну не люблю я деревенскую прозу! Да, как факт истории, что было такое явление, оно представляет интерес, но как произведение искусства – нет уж, увольте. Вечно одно и то же – противостояние города и деревни, тема упадка деревни, тема пьянства в деревне, образ женщины, которая «коня на скаку остановит, в горящую избу войдет» и на которой держится вся семья или даже деревня, конфликт общественного и личного и т.д.
Вот и Иван Африканович мне несимпатичен. Конечно, у него есть свои положительные черты. Например, он простодушен, честен и даже по-своему добр. И все мы понимаем, что жизнь в деревне тяжелая, поэтому люди и пьют. Но до чего же он пассивен. Его любимая фраза «привычное дело». Это дикая смесь смирения и надежды на знаменитый русский авось. Напиться до чертиков во время перевозки товаров в магазин? Привычное дело. Броситься в авантюру с заработками на севере, опять-таки напиться и вернуться в деревню еще и должным денег? Привычное дело. Сдать детей в детдом после смерти жены? Привычное дело.
Противостоит Ивану Африканович образ его жены Катерины. Думаю, ее можно сравнить с небезызвестной Матреной. На ней держится вся семья – девять детей и муж десятый ребенок)). После ее смерти семейное гнездо разваливается. Также она работает на износ, не щадя себя. Не смотря на настояния врачей, она продолжает работать и после тяжелых родов, и после инфаркта. Причем, она выполняет не только свою работу, но и берет на себя обязанности других людей. Вот на ком страна держится))).
Единственное, что выгодно отличает повесть Белова от других представителей, это многоголосие, по выражению критиков. Здесь сталкиваются разные фольклорные жанры: молитвы, частушки, пословицы, поговорки, частушки. Также смешиваются разные стили речи – казенная речь председателя, «деловой» стиль в акте приема сломанного самовара, городской жаргон Митьки и т.д.

С огромным удовольствием читала произведение Василия Белова «Привычное дело». Благодарю автора за создание образов близких моему сердцу. Именно такие люди окружали меня в детстве: простые, работящие, искренние и зачастую много страдавшие в своей жизни, но очень сильные и смиренные. Для них, как и для персонажей Белова, привычным делом были тяжелый крестьянский труд, многодетность, скорби и любовь к родному краю. Я с большой радостью окунулась в атмосферу деревенского быта и уюта. В книге описана деревня, полная жизни, многолюдная, шумная. К сожалению, таких мало в наше время. В гиблые 90-е гибла и сельская жизнь, унося с собой в вечность тайну великого трудолюбия и смирения. И все же в своем повествовании автор не просто рассказывает о жизни простого человека, но и через его пример обозначает те опасности, которые угрожают, веками сложившейся крестьянской жизни.
Старики в деревне сумели сохранить веру и упование на Бога. Пережив страшное, горе бабушка Евстолья не впадает в отчаяние, она продолжает нести свой тяжкий крест с молитвой и необыкновенной рассудительностью. А вот молодые-то веры не имеют. И не видят ничего преступного в обмене семейной Библии на гармонь. Вот он первый шаг в бездну.
Кроме того, манит деревенских городская беззаботная жизнь, но ведь чужды для нее лучшие качества крестьянина. Портит и развращает она крестьянскую душу. Да и сам крестьянин это понимает, но …, под напором искусителя отступает здравомыслие, и появляется желание жить по-другому, жить легко.
Поддавшись искушению и приманкам, мы часто сходим с правильного пути, идем к призрачным целям, погружаемся в какую-то противоестественную суету. И, как правило, после мы осознаем, что продались мы очень дешево. Пытаемся исправить ошибку, и даже исправляем её. Только возвратившись домой, мы с ужасом видим, что наша блажь сломала того, кого мы больше всего любили. А это вернуть нельзя. Остается молить Бога о прощении, продолжать жить и никогда больше не отступать от истины.
Для меня, деревенская жизнь является истинной. Верю в возрождение русской деревни. И еще раз благодарю тех, кто любит русскую деревню и пишет о ней такие замечательные произведения.