Книга представляет собой результат весьма обширной и педантичной (однако несколько односторонней) работы с огромным числом раннехристианских источников, греческого, латинского, сирийского, славянского и иных происхождений, многие из которых, по утверждению автора, ранее не публиковались в переводе на русский или не учитывались исследователями этой тематики. Автор последовательно разбирает (и даже классифицирует по степени авторитетности) такие письменные памятники, как Священное Писание, труды, формирующие Предание отцов и учителей Восточной и Западной Церквей, апокрифы и подложные произведения, не противоречащие явно канону, а также духовные гимны и литургические тексты. Для интересующихся источниками и библиографией - очень полезная книга. Общий объем цитат или близкого к оригиналу пересказа фрагментов из сочинений древних авторов составляет, пожалуй, больше трех четвертей всего текста.
Авторский же текст краток и сводится к выделению сходств и различий в приведенных цитатах. Никакие новые оригинальные идеи или выводы читателя в этой книге не ожидают. Автор принципиально отстраняется от сего, заявляя об этом намерении уже в предисловии. Ибо данная тема связана с одной из величайших тайн христианского вероучения - сошествия Источника Жизни в обитель Смерти, а потому досужие домыслы и формальная схоластика, по мнению писателя, могут больше отдалить от истины, чем приблизить к ней. Не могу с этим, в общем плане, не согласиться, однако... однако на основе одних только практически во всем повторяющих друг друга цитат очень уж однообразная и сухая работа получилась.
И, как уже было написано, - односторонняя. По сути, все эти многочисленные страницы преследуют одну узкую цель - на основе исторического материала продемонстрировать, как разные авторы трактовали маленький отрывок из Библии: "потому что и Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал, некогда непокорным ожидавшему их Божию долготерпению, во дни Ноя, во время строения ковчега, в котором немногие, то есть восемь душ, спаслись от воды" (1 Пет. 3:18-20).
Собственно, и различия, о которых говорится в книге, сводятся по большей части к тому, всем ли людям в аду Христос проповедовал и каких из них вывел из ада, а каких - нет. Причем автор рассматривает, в основном, самые широко принятые точки зрения, а более редкие (и интересные) - нет. Например, ни разу за все долгие и однотипные рассуждения о "находящихся в темнице духах" не была упомянута идея, что эти духи, которым проповедовал Христос в аду, могут включать в себя не только людей, но и других существ (падших ангелов), хотя у некоторых святых и учителей Церкви об этом говорится.
Есть, конечно, несколько любопытных моментов, например, при сравнений традиций Востока и Запада разных веков. И, пожалуй, один авторский финальный вывод из проделанного исследования лично мне показался интересным и довольно свежим, потому как в подобной формулировке я не встречал его у других авторов, и он меня действительно порадовал:
"Но существует ли вообще возможность изменения судьбы человека после смерти? Не является ли смерть тем рубежом, после преодоления которого наступает некое неизменное статичное существование? Не прекращается ли развитие человеческой личности после смерти?
С одной стороны, в аду невозможно деятельное покаяние, невозможно исправить совершенные злые дела соответствующими добрыми делами. Однако покаяние в смысле «перемены ума», переоценки ценностей, очевидно, возможно. Об этом свидетельствует хотя бы то, что евангельский богач, о котором мы уже упоминали, осознал бедственность своего положения, как только попал в ад: если при жизни он был сосредоточен на земных стяжаниях и не помнил о Боге, но оказавшись в аду понял, что единственной надеждой на спасение является Бог. Кроме того, по учению Православной Церкви, посмертная участь человека может быть изменена по молитвам Церкви. Таким образом, и в посмертном бытии есть своя динамика. Дерзнем на основании сказанного предположить, что после смерти развитие человеческой личности не прекращается: посмертное существование не есть переход из динамичного бытия в статичное, но продолжение — на новом уровне — того пути, по которому человек шел при жизни".
7 понравилось
