Эту книгу я читала с большим трудом и меньшим интересом, чем о балете второй половины XIX в. У Красовской отяжелел стиль изложения, в тексте появилось больше специальных терминов, некоторые отрывки, чтобы понять, о чём речь, я перечитывала несколько раз (хотя с искусством эпохи я знакома). Вера Михайловна подробно останавливается на работе нескольких хореографов.
Николай Легат держался за старые принципы, находящиеся к началу XX в. в глубоком упадке, все его постановки «вызвали иронические упоминания о нафталине». Отстаивая классическую форму и скептически относясь к переменам, Легат был прекрасным педагогом, сохранившим строгую школу Императорских театров. Его последователем был Самуил Андрианов, ничем интересным не запомнившийся.
Александр Горский перемен хотел, но не понимал, как к ним подступиться. Он экспериментировал со старыми постановками, переосмысливал, смещал акценты, часто танец отходил на второй план, уступая место пантомиме. Горский делал ставку на выразительность и характерность, иногда в ущерб строгой академической чистоте.
Михаил Фокин предстаёт хореографом, сбрасывающим с корабля современности классический балет (это в конце жизни он будет считать, что классика наше всё). Красовская отмечает, что живописно-драматическое начало в его спектаклях часто возобладало над хореографическим, а танец превращался в иллюстрацию или мимодраму (в советское время такой подход преобразуется в хореодраму). А без опоры на классический танец Фокин быстро начал самоповторяться – именно это привело к разрыву с Дягилевым. Вслед за Фокиным шёл Борис Романов – более экспрессивный и резкий.
О творчестве Вацлава Нижинского Красовская пишет, что оно застало «зрелость академизма, молодость фокинского искусства и первые шаги хореографии наших дней». Она видит в нём того, кто открыл дорогу экспрессионизму и неоклассицизму и вернул балетному действию метафоричность.
Императорский театр был неповоротливым, все реформы и ломки традиций происходили вне его. После революции сразу «обнаружились две тенденции: защита классического наследия и экспериментаторство». Но это уже совсем другая история…
13 понравилось
