Крейсера. Три возраста Окини-сан.

Вылетали за борт чуть надкусанные бананы, матросы швырялись ананасами-душа изнывала в тоске по кислой капусте.

Лондон постоянно был озабочен: где только можно и любыми способами ослаблять могущество России, которая не боялась противостоять великобританской экспансии, ставшей уже глобальной.

Сколько величайших умов прошлого звали народы к миру, согласию и равенству. А истории плевать на эти призывы, она следует своим путем — разбоя, насилия и оглупления народов ложным чувством дурацкого патриотизма.

Правда в наши времена подвержена строжайшей цензуре

– Воровать все равно не пойдешь, – говорил он. –Это в России народ сознательный: по шее надают и простят. А здесь, в чужой стране, да у чужих людей воровать негоже…

А бюджет-то у нас зиждется на водке. Сколько ни пьем этой заразы, а Россия не богатеет.

Извольте выслушать матроса даже в том случае, если он несет ахинею. Бойтесь пассивного подчинения себе. Такое повиновение уже есть скрытая форма пассивного сопротивления. Пусть матрос выболтается. Ему приятно, а вам, господа, не так уж и противно.

У каждого корабля своя биография, свой некролог.

История-наука терпеливая: порой она открывает истину, выждав смерти целого поколения, иногда потомки ещё долго живут в неведении того, что пережили их пращуры..

У японцев есть даже поговорка: в улыбающееся лицо стрел из луков не выпускают...

На палубу клипера выбрался заспанный котище и, облизав себе хвост, долго взирал на Кронштадт — тот ли это город, где он бывал счастлив? Наверное, что то очень родное и приятное опахнуло кота от помоек матросских казарм, а может, и вспомнились былые победы над кронштадтскими кошками! Не в силах более сносить монашеской романтики моря, он единым махом вспрыгнул на бушприт, издав в сторону города трагический вопль любовного призыва. Послушав, нет ли отклика, кот возобновил арию на усиленных тонах.

Делать хорошо можно лишь то, что делаешь не от случая к случаю, а постоянно

 Я, – начал он, – терпеть не могу английских газет и посему читаю их внимательно.

Нечаянно всегда бывает точнее. По себе знаю: если очень стараться, никогда в цель не попадёшь

Офицерский долг повелевает нам провозгласить тост во здравие нового царя с его могучим алкоголизмом, врожденным или благоприобретенным — это уж не наше дело!

Человек не всегда выбирает судьбу сам — иногда судьба схватит тебя за глотку и тащит в самый темный угол жизни. В темный и жуткий, как матросский кубрик, где, прыгая с койки, можешь наступить босой ногою на визжащую от ужаса поганую крысу.

Тысячу лет стоит мать-Россия и почему не дрогнула от глупостей — не понимаю.

Со старой женой всегда разобраться легче, нежели с молодою...

После Цусимы плыть некуда, ибо и кораблей не стало. Теперь казна подкармливала на будущее девять адмиралов, шестнадцать вице адмиралов и двадцать пять контр адмиралов.