
Два царства (сборник)
Людмила Петрушевская
4,1
(56)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В статье-лекции Быкова о Пелевине, автор утверждает, что "Гигиена" Петрушевской — лучший российский рассказ, написанный за последние двадцать (теперь уже тридцать) лет.
Посмотрим!
Жёсткий, мрачный рассказ, в деталях предсказавший эпидемию ковида, и это в 1990-м году. Тогда это было метафорой на слом эпох, позже всё буквализировалось.
Рассказ органично смотрелся бы в любой "Самой страшной книге" и уж точно он лучше все постковидных потуг писателей отрефлексировать эпидемию.
На назвать "Гигиену" безусловно лучшим рассказом с 1990-го года у меня, пожалуй, язык не повернулся бы. У того же Пелевина как минимум половина малой формы сильнее. Да и вещи Быкова зачастую пронзительней рассказа Петрушевской.
9(ОТЛИЧНО)

Людмила Петрушевская
4,1
(56)

К Петрушевской вообще-то хорошо отношусь. Если нужна отчаянная безысходность с детьми или стариками в главных ролях, с самым чернушным антуражем из всех возможных, узнаваемым, отечественным до боли, с нищетой, бесправностью и редкими проблесками чего-то хорошего, вроде покормил птичку хлебушком, или добрая тётя по голове погладила - то лучше Петрушевской не сыщешь. Её стихия. Не то чтобы я многое читала из её творчества, так, пару сборников, "Время-ночь"... Но до сих пор мне в общем нравилось, хотя кому ни посоветую эту писательницу, все плюются. Ну да не беда. Что касается "Котёнка Господа Бога" - ясное дело, повелась на название, звучит здорово. Но вот сборник дочитан, и что я могу сказать? - я в ауте, дорогие друзья.
Сборник состоит из коротких историй, почему-то названных "рождественскими", и делится на три части: "Нынешние сказки", "Прежние сказки" и "Настоящие сказки". Различаются они степенью шизофреничности. Начинается всё более-менее пристойно, узнаваемый авторский стиль, истории про чудеса и совпадения, про счастливые обстоятельства и знаковые встречи, пока ещё вполне реалистичные, пока ещё вызывающие интерес - хотя нет-нет да и приподнимешь бровь в немом изумлении, наткнувшись в кустах на во-о-от такенный рояль. Сюжеты банальны, да, это какой-то плод греховной любви гламурного журнала и "Ридерз дайджест", но читать хотя бы можно, и к персонажам проникаешься сочувствием, несмотря на круговерть бреда вокруг них. Сами-то они - живые.
А потом начинаются обещанные сказки... Я даже не знаю, как описать это всё. Как будто автор одновременно впал в детство, в маразм и в графоманство на неизлечимой стадии. Каждая сказка начинается прекрасной задумкой, захватывающим началом, а затем скатывается в унылое нагромождение пустопорожней болтовни. На каком-то этапе история просто зацикливается и воспроизводит одну и ту же тему до бесконечности. Скажем, зачин такой: старая королева решила уйти из дворца и честно зарабатывать себе на хлеб, несмотря на ужас принца и всех придворных. За стенами дворца она сталкивается с жизнью простолюдинов, о которой до сих пор понятия не имела. Вроде бы любопытно, пусть и упрощено до предела. Итак, она заходит в магазин, берёт там вещи и уходит, не заплатив, потому что понятия не имеет, что надо было заплатить. Ха-ха. Потом ещё один магазин. И ещё один. И продавец пирожков. И бар. И гостиница. И нигде не платит. Ха-ха-ха. Наверное, должно становиться всё смешнее и смешнее от того, что один и тот же прикол повторяется десять раз. Нет, там есть и другие весёлые эпизоды, от которых рука к лицу прилипает, вроде того, что в кармане у королевы была недоеденная сосиска, а водитель автобуса подумал, что это пистолет. Господи, что за бред, господи ты боже мой. Нет, я могу даже вывести отсюда мораль, мол, пожилые родственники со старческой деменцией - тоже люди, их надо любить и оберегать, не надо ненавидеть их за то, что так получилось. Ну то есть там действительно очень мило бедный принц пытается заботиться о безумной королеве и при этом не вязать её верёвками. Но в целом-то, понимаете, в целом - ты читаешь и у тебя глаз дёргается, потому что ты в жизни столько несвязного бреда не видывал. Не сказать, что смысл ускользает, но такие вот истории мог бы писать ребёнок - увлечённо, бойко, бессмысленно.
Есть среди всего этого ужаса, среди кошмарных снов с бесконечностью нелепых подробностей, и жемчужинки, очень красивые и запоминающиеся. Есть рассказы, прямо-таки берущие за душу, даже если по краешку они уже начали покрываться всё той же плесенью безумия. Мне понравились "Сказка зеркал" и "История живописца", "Две сестры" и "Спасённый" - мистические, трогательные сказки. Повеселил "Кошкин городок", просто смешная история, без претензии. Пять рассказов из трёх десятков. От остальных хочется за голову хвататься.
Почему, Людмила Стефановна, почему?!

Людмила Петрушевская
4,1
(56)

Продолжаю читать книги Петрушевской. В июне-июле я прочитала ещё три книги, на которые решила написать одну общую рецензию, чтобы вся информация была в одном месте.
Часть 1. См. здесь
Часть 2 Два царства , Глюк
✔Сказки (сборник "Два царства" - раздел "Спасённый", сборник "Глюк" - раздел "Настоящие сказки")
В большинстве случаев сказки, входящие в эти две книги дублируют сказки сборников "Волшебные истории. Завещание старого монаха" (рецензия) и "Волшебные истории. Новые приключения Елены Прекрасной" (рецензия) плюс ещё несколько сказок. Но о самых лучших я уже рассказала в рецензиях об упомянутых сборниках.
✔"Песни восточных славян" (сборник "Два царства")
Это цикл из восьми мистических жутких историй, в духе тех, что в детстве все любили рассказывать друг другу по ночам с целью напугать и других и себя. Здесь собраны действительно жуткие рассказы о том, как мертвые не понимают, что их уже нет, а живые не понимают, что это были мертвые. Любителям таких историй читать обязательно - все восемь историй абсолютно разные и они одинаково вас удивят.
Отдельно хочу выделить рассказ "Месть", сюжет которого стал заглавием одного из сборников Петрушевской "Жила-была женщина, которая хотела убить соседского ребенка".
✔Рассказы объединенные в разделы "Лабиринт" (сборник "Два царства"), "Глюк" (сборник "Глюк")
По сути в большинстве случаев это такие же мистические истории как и "Песни восточных славян", но с гораздо большим разнообразием сюжетов. Вообще малую прозу Петрушевской очень приятно и интересно читать, так как она не повторяется, и в каждом новом рассказе вы найдете что-то новое. Отчасти этим и вызвано желание читать ее книги одна за другой, чего со мной уже давно не случалось. Обычно я делаю большие перерывы, читая книги одного автора. Но в случае с Петрушевской хочет ещё и ещё немедленно. Я уже созрела на приобретение других книг писателя.
Не могу сказать, что все рассказы одинаково хороши, некоторые мне даже не понравились. Я вообще не поняла, что произошло в рассказах "Кредо" и "Изменённое время". Но абсолютно все рассказы можно охарактеризовать как тревожные, ирреальные. После чтения этих рассказов мне снилась всякая, как говорится, дичь, так как мозг пытался переварить и переработать не только сюжеты, но и эмоции и впечатления. сделала выводы, что в больших дозах "употреблять" Петрушевскую вредно для психики, и уж точно к чтению ее книг надо быть готовым морально.
В первую очередь хочу рассказать о "Гигиене" - именно с этого рассказа началась моя переоценка отношения к Петрушевской. Об этом рассказе я услышала в одно из лекций Дмитрия Быкова и настолько меня эта история заинтересовала, что я просто не могла её не прочитать. Да, это взрывает мозг. Жуткая постапокалиптическая история о том, как важно "соблюдать гигиену" в заражённом мире, и как легко члены одной семьи расправляются друг с другом, незаметно превращаясь в монстров. Этот рассказ мне напомнил фильм Франсуа Озона "Крысятник".
Ещё один рассказ нечто среднее между постапокалипсисом и антиутопией - это "Новые робинзоны". Что произошло с миром нам так и останется непонятным. Мы лишь становимся свидетелями того, как одна семья углубляется в деревню, а затем и в лес, чтобы выжить.
Что такое "Глюк"? Глюк - это существо, которое исполняет желания человека под кайфом. Однажды к одной девочке явился такой Глюк и исполнил ее мечты. Что из этого вышло, узнаете, прочитав рассказ.
"Луны" - абсолютно сюрреалистичная сумасшедшая история о неких бестелесных прозрачных существах с хвостами, которые вдруг заполонили какой-то пансион или общежитие. Эти существа забираются под людей, особенно любят это делать когда человек спит, поэтому людям приходится спать во всяких неудобных позах, в том числе на весу, чтобы луны не вылезли через рот или уши. Куда вся эта история с лунами заведет, в жизни не догадаетесь, поэтому читайте рассказ.
Очевидно Петрушевская очень любит тему смерти, а точнее тему жизни душ после смерти, и у нее очень хорошо получается рассказывать истории на эту тему. Например, в рассказе "Лабиринт" мы встретим заблудившийся дух Александра Блока.
В рассказе "Два царства" больная женщина решается на какое-то новое лечение в другой стране, куда ее увозит непонятно откуда взявшийся ухажёр. Женщина решается на переезд, а сына оставляет своей маме, дескать потом она и их заберёт. На новом месте жительства женщина конечно же постепенно выздоварливает , вот только связаться с близкими она никак не может, ведь ни телефоны, ни почта здесь не работают. Очень долго женщина надеется на скорую встречу с близкими, но потом уже понимает, ещё не время...
Самая тревожная история "Чёрное пальто" о женщине-самоубийце, которая конечно же не понимает, что что с ней происходит, и главное она ничего не помнит.
✔"Три путешествия, или Возможность мениппеи. Маленькая повесть" (сборник "Два царства")
В этой повести Петрушевская продолжает рассуждать о том, что происходит с душой после смерти. Автор, рассказывая три перемешанные истории, раскрывает три варианта погружения читателя в историю об этом переходе:
В некотором роде эти мистические произведения Петрушевской мне напомнили два рассказа Ильи Крупника (именно столько я пока прочитала) "Жить долго" и "Хромой Бес в Обыденских переулках" (рецензия ). Наверное эти два автора по одной и той же причине не печатались в Советском союзе - они слишком выбивались из общепринятых норм, - но Петрушевской повезло больше, к ней признание всё-таки пришло, а Крупник так и остался малоизвестным автором, хотя, несомненно, достоин большего.
✔Рассказы объединенные в раздел "Незрелые ягоды крыжовника" (сборник "Глюк")
И ещё одна группа из девяти рассказов, которые я прочитала, объединены в раздел "Незрелые ягоды крыжовника". В этих рассказах уже нет никакой мистики, это обыкновенные жизненные рассказы об упущенных возможностях и потерях, о времени, которое ускользает сквозь пальцы. Не могу сказать, что как-то особенно впечатлилась этими историями, просто прочитала и забыла. Но два рассказа меня действительно задели. Это автобиографические рассказы "Незрелые ягоды крыжовника" и "Подснежник" (в разделе есть ещё один автобиографический рассказ "Как цветок на заре", который меня не впечатлил). Особенно меня поразил "Подснежник", в котором описана действительно жуткая история, произошедшая с автором в детстве.
Скорее всего следующее, что я буду читать у Петрушевской это сборник ее автобиографических рассказов. Настало время, ведь теперь мне интересно не только что она пишет, но и почему. Очень хочется понять автора, почему она не такая как все. Проза Петрушевской - одно из главных моих читательских открытий этого года.

Людмила Петрушевская
4,1
(56)

Некоторые дети, думал маленький человек, не понимают страданий других людей, хромых, безруких, слепых и неходячих, им смешно при виде чужих болезней, они чувствуют себя гораздо сильнее при виде слабых и обездоленных, и им хочется проверить границы своей силы. То есть иногда бывает, что им хочется уничтожить все непохожее, все беззащитное.

– Спасибо вам, молодой человек, – сказала Нина вставая. – Если хотите, приходите ко мне в парикмахерскую, я работаю на главной площади, я вас постригу и побрею.
– Нет, я сам стригусь раз в полгода большими овечьими ножницами и подравниваю бороду. Спасибо.
– Ну тогда, – сказала Нина, – приходите ко мне просто выпить чаю.
– Спасибо, чай я люблю пить в одиночестве, – ответил молодой человек и стал читать свою книгу.
– Ну тогда просто так приходите, – сказала Нина.
– Просто так я не приду, – ответил молодой человек, – мне некогда.














Другие издания
