Под сетью

— Я помню, — сказал Дэйв, — ты как-то объяснял мне, что неприлично пить в кабаке, когда не знаешь, как он называется, а также уходить из кабака, ничего не выпив.
Финн добавил:
— Это приносит несчастье.

Никогда не знаешь, что захочется сделать, когда придет время.

Ведь свобода — это в конце концов только идея.

Люди и деньги. Не будь их, как хорошо было бы жить на свете.

Все мы наживаемся на чужих пороках.

Беда ваша в том, что вы привыкли зарабатывать деньги кровавым потом. Разве так можно? Лечь на диван и свистнуть - они и прибегут.

От этих женщин можно заболеть.

Я терпеть не могу ничего случайного. Я хочу, чтобы на все в моей жизни имелись причины.

Что толку не дать человеку споткнуться, если он находится на тонущем корабле?

Можно сказать, что рассказ правдив, если достаточное число людей в него верит.

Верно, что теории часто входят как составная часть в ситуации, с которыми мы сталкиваемся. То же можно сказать о явной лжи и фантазиях; но заключить из этого следует, что надо уметь различить ложь и бежать ее, а не то, что надо уметь лгать.

Люди с тонкой душевной организацией слишком многое видят и поэтому никогда не могут дать прямой ответ.

Публику отпугивает все самобытное.

Она во всем готова была усмотреть тяжелую драму. Жизнь принимала остро и трудно. Я же считаю, что принимать так жизнь неумно, точно дразнить опасного зверя, который в конечном счете все равно переломает тебе кости.

А что будет пока с народом? Я имею в виду массы. Идеи приходят в голову отдельным личностям. В этом всегда была беда человечества.

- Я хочу путешествовать налегке. Иначе никогда ничего не поймешь.

• Я всю жизнь путешествую налегке, — сказал я, — но мне это никогда не помогало что-нибудь понять.

Со мной всегда так бывает: стоит мне чем-нибудь заинтересоваться, как происходят десятки случайностей, имеющих к этому прямое отношение.