Остров накануне

Замышляя великолепное, следует не столько пытаться подстраивать оказии, сколько пользоваться подвертывающимися.

На самом же деле он вовсе не говорил с нею, разве что взглядами, исполненными агрессивного обожания, потому что чем сильнее любовь, тем сильнее озлобленность.

Друзья бередили в нем волю совершенствовать знания.

Обе стороны пока что не страгивались с мест, поскольку первому шагнувшему причитался шах и мат.

Роберт нашел в душе меланхолию, об этом также он оповестил Сен – Савена. «Радуйтесь, – ответил на это его приятель. – Меланхолия не отброс, а сердцевина крови. Она рождает героев, потому что, гранича с неистовством, подвигает их на деяния многоотважные». Но Роберт ни на что не ощущал подвижности и меланхолически сетовал на недостаточность меланхолии.

«Но я ее люблю, люблю, понимаете?»
«Я – нет. Потому вы и обратились ко мне. Сочиняя, вы не должны думать о ней. Думайте, ну к примеру, о господине Туара…»
«Как вы можете…»
«Не вскидывайтесь. В конце концов, он интересный мужчина. Пишите же. Сударыня».

Высказывания тем превыше ценятся, чем более они ощетинены затруднительностями, и тем любезнее откровение, если оно немереных сил нам стоило.

Запамятовать. В этих усилиях он провел день, не радея о внешнем виде и внешнем деле, погруженный в свое: превратиться в tabula rasa. И как бывает со всеми, кто понуждает себя забыть, чем истовее он старался, тем живее становилась память.

Далее. Заведите себе любовь. Она поможет лучше, чем кофий. Огорчаясь из – за живого существа, забудете горечь по мертвому».
«Я еще не любил женщину», – порозовев, признался Роберт.
«Не обязательно женщину. Это может быть мужчина».
«Сударь!» – завопил Роберт.
«Вот видно, что вас воспитывали в деревне».
Вне себя от смущения, Роберт начал прощаться, сославшись на глазное нездоровье. И положил конец свиданию.

Мне очень неловко, но виноват Роберт, который в письмах Владычице утверждает разное, то есть не передает достоверный порядок того, что происходило с ним, а старается сделать из письма новеллу, вернее первобытный вариант не то письма, не то новеллы, и ставит в ряд сюжетные ходы, не зная, который выбрать, расставляет шахматы, не решив, какой ход совершить.