
Электронная
29.95 ₽24 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Знакомство с творческим коллективом, скрывающемся под псевдонимом Генри Лайон Олди получилось с этой книги, и обещает быть продолжительным. Необычный жанр книги захватывает с первых страниц и не отпускает до самой развязки. Любому человеку, увлекающемуся чтением, будет полезно ознакомиться с данным текстом, чтобы лучше понять жизнь любимых писателей и то, каких сил стоит само написание романов. Очень много внимания уделено здесь периоду после написания и издания книги. Конвенты, комментарии на форумах, как професссиональная критика, так и краткие отзывы в стиле "КГ-АМ". Жизнь писателя здесь показана сквозь призму усталости и цинизма. Фантастическое допущение позволяет писателям становиться реальными демиургами, а книгам - реальной угрозой.
Сравнить не с чем. Даже "Великий маг" Никитина, с которым по началу возникали ассоциации, книга более приземистого уровня.

Аудиокнига
Мне книга очень понравилась, особенно концовка.
Она о нелегком труде писателей, о влияние слова на людское сознание и о границах между реальностью и вымыслом.
Выйти в тираж здесь означает вовсе не то, что мы привыкли думать, слыша эту фразу. В книге словосочетание "выйти в тираж" нужно понимать буквально, т.е. достичь определенного рубежа распространения своих произведений. Причем учитываются даже левые тиражи (о которых и сам автор не всегда знает), сетевые тиражи, публикации в печатных изданиях и все такое. То есть популярность произведений и автора.
И когда автор выходит в тираж, он начинает напрямую влиять на сознание других людей, да и на свое собственное. Сначала влиянию подвергаются только самые близкие (в первую очередь территориально) люди, но если процесс не остановить, то дальше он захватывает все большее количество умов, а в самом критическом случае ткань между реальностью и вымыслом размывается.
Главный герой Влад Снегирь (это псевдоним, а настоящая фамилия еще круче - Чижик))) даже не сразу понял, что с ним произошло, почему каждую ночь во сне он стал оказываться в сюжете своей новой книги, которая как раз сейчас в процессе написания. И почему дальше в его сне оказалась его жена, которая к тому же немного помнила свой сон.
Но очень вовремя случился ежегодный ФанКон, и Снегирю объяснили, что с ним происходит, чем это чревато, и что нужно делать, чтобы заморозить процесс. И Влад Снегирь стал рыцарем Ордена Святого Бестселлера. И если говорить на чистоту, участь рыцаря не сказать, чтобы и завидна. Да, это почитание, это тиражи и фанаты, это премии и гонорары. Но при этом рыцарь Ордена Святого бестселлера должен постоянно писать, хочет он того или нет, и с каждым годом все больше и больше. В книге не говорится, что происходит с авторами, достигшими критической точки, когда начинается выгорание, когда автор достигает такого состояния, что должен публиковаться постоянно. Хотя в таком случае, все возможно, уже его ранее написанные произведения начинают работать на него, постоянно переиздаваясь. И есть издательства, которые полностью в курсе происходящего, и, так сказать, следят за порядком. В книге затрагиваются только авторы фантастики и фэнтези, как происходит процесс выхода в тираж у писателей других жанров, неизвестно.
И только одному человеку удалось выйти из замкнутого круга, не рыцарю - королеве. Тамара Польских вообще получилась у авторов невероятно классной. Учитывая, всю эту писательскую, фантастически/фэнтезийную и фанатскую тусовку, в которой хочешь не хочешь, а все всех знают, вполне возможно, автор описал какого-то известного ему автора-женщину, возможно Веру Камша или Марию Семенову, а возможно это собирательный образ. Но еще раз повторюсь, очень понравился этот персонаж, Галина Польских ступала по страницам настоящей Королевой. И то, какой ценой ей удалось покинуть замкнутый круг, и чем пришлось пожертвовать, и то, какую роль в книге в итоге она сыграла.
В начале книга была похожа даже не на фэнтези, а скорее на магический реализм, потом она стала откровенно мистической, а самое что ни на есть, фэнтези началось только к последней трети романа. Было очень интересно вот так постепенно погружаться в это словесное и событийное безумие.
Авторы очень здорово обыграли в книге тему попаданства. Когда случайного человека, оказавшегося в коме, буквально затянуло в сюжет новой книги Снегиря. И так же здорово обыграли, что случается с авторами, убивающими своих главных персонажей. Брр... Незавидная участь. (Честно говоря, поддерживаю в этом авторов, в мире и так жестокости и всякой лютой фигни хватает, пусть хотя бы в книгах будет все хорошо). В итоге к финалу события достигли такого накала, что пришлось изрядно поволноваться за героев, и главных и второстепенных, и реальных (в реальности книги само собой) и вымышленных.
Еще тут было очень много игры словами, и книга получилась несколько зыбкой (хотя тут возможно и исполнитель постарался) и очень похожей по атмосфере на читанную мною ранее "Шмагию". В какой-то момент мне даже показалось, что авторы ссылаются на этот роман, но нет, "Шмагия" была написана позже "Ордена святого бестселлера". И, вполне возможно, идея "Шмагии" пришла в голову авторам именно в процессе написания "Ордена...". Мне даже перечитать "Шмагию" захотелось)) Поймала ностальжи))
Озвучка очень понравилась. Исполнение любительское, и голос у автора немного нечеткий и запись самую малость глуховата, это не помешало, а вкупе с отлично подобранной музыкой добавило роману атмосферы зыбкости. Случаешь и буквально ощущаешь, что вот-вот границы между тем, что видят на данный момент глаза, и тем, что слышат уши, начнут действительно расплываться. Читал death by sexy.

Предупреждено-напуганная рецензиями, бестолково дважды перечитавшая первые главы романа, решила не умничать, а расслабиться и просто тупо посмеяться над тем, что кажется смешным. Смешного было много, а вот со словом «тупо» я поторопилась. За каждым смешком можно было уловить очень тонкую иронию. Пришла мысль открыть форум: кто над чем смеялся в «Бестселлере». Я так просто в восторге от названий газет, промелькнувших пару раз в эпиграфах: остро, легко узнаваемо и, опять же, весело – «Дружба уродов» и «Литературный клозет».
Книга начинает нравиться не сразу и не сразу во всём разбираешься. Но очень быстро увлекает слог авторов, манера всё и вся передразнивать, умение смеяться над самим собой.
И несмотря на все смешки, ухмылочки, язвочки и подколки книга кажется очень серьёзной. Идея срастания книги с автором очень даже. А уж фантазии на тему того, что мир книги заполняет реальный мир, рождает ещё большие фантазии. Но…
Вдруг откуда ни возьмись, маленькое «но». Книга так хорошо и весело начиналась, потом сработала какая-то аварийная кнопка, и последние главы я почти домучивала. Если бы не стихотворное словоблу.. простите, словотворчество, бросила бы. А так опять посмеялась.

Рубаи из цикла «Обитель скорбей»
Написал я роман, – а читатель ворчит.
Написал я рассказ, – а читатель ворчит.
Я все время пишу – он все время читает,
И – Аллах мне свидетель! – все время ворчит!..

Работа стояла насмерть, как ополченцы на стенах осажденной Дангопеи.

На вопросы типа: «Самый умный, да?» и особенно: «Тебе что, больше всех надо?!» – я с детства любил отвечать утвердительно, огребая по шее за дурное любопытство. Наука не пошла впрок: каким я был, таким остался.












Другие издания


