В. И. Ленин. Имя Россия. Исторический выбор 2008

Исповедуя благие утопии Маркса и Энгельса, Ленин не понимал невозможности существования власти без чиновников и объективно походил на анархиста, так как осуществление данного проекта означало бы ликвидацию и распад огромного государства. Поголовно вооружить сто с лишним миллионов крестьян и рабочих было тоже нереально (да и незачем); но Ленин не задумывался об этом, являя собой своеобразный симбиоз доморощенной маниловщины с западным марксизмом. Однако миллионы были тогда вооружены мировой войной, и вооружение нескольких десятков миллионов становилось возможным. При этом ради торжества заимствованной идеи допускалось, что оружие окажется в руках крайне малограмотных и озлобленных классов с самым высоким уровнем преступности и пьянства; вооружить миллионы хулиганов, пьяниц, дезертиров (и оставить безоружными учителей, врачей или ученых, оставить беззащитными интеллигентных женщин) – кровавой землей соблазняла ленинская резолюция.

Одновременно проблема была в том, что многие наши генералы, офицеры и тем более солдаты не обладали стратегическим (или историческим) мышлением. А война шла и шла, люди гибли и гибли. И ради чего? За задетое самолюбие русской элиты, славянско-православную Сербию и водружение креста над Святой Софией, за Босфор и Дарданеллы? Однако подавляющее большинство солдат и всего народа было неграмотно и не представляло, что это значит и где находится. А если не видно конца тому, что непонятно и очень тяжело, то кто виноват? И виноватым все более и более осознавался он – император, а вместе с ним само самодержавие.

Причем научные расчеты показывали: частичная передача земли лет за десять (как раз к 1917 г.) будет сведена на нет происходящим в русских семьях демографическим взрывом, а всей помещичьей земли не хватит, чтобы 100 млн крестьян наделить минимально нормальными участками земли. И что очень важно: последнее скрывалось от крестьян автором аграрной программы эссеров В.М. Черновым, автором соответствующей программы большевиков В.И. Лениным и другими социалистическими лидерами. Скрывалось потому, что обещание избавить крестьян от малоземелья за счет помещиков было своего рода приманкой, крючком, который проглатывало неграмотное крестьянство.

Россия была таким же империалистическим агрессором, как и Япония, в Русско-японской войне 1904-1905 гг., прогнивший и ни на что не способный царский режим проиграл Русско-японскую войну; начатая в 1906 г. столыпинская аграрная реформа была антинародной, обреченной на провал и провалившейся к началу Первой мировой войны; бездарный и полоумный палач Николай II являлся не Верховным главнокомандующим во время мировой войны, а сплошным преступным недоразумением; поражения России в Русско-японской и мировой войнах и провал аграрной реформы продемонстрировали обреченность и несостоятельность самодержавия… – такими пропагандистскими политическими заявлениями изобиловали работы Ленина. Такие примитивные упрощения и искажения исторической правды пронизывали советские исторические монографии, школьные и вузовские учебники и научно-популярную литературу, то есть дезинформировали и обманывали народ в интересах партии Ленина.

Если в Западной Европе из экономической борьбы рабочих выросли подлинные профсоюзы, а политическая составляющая в их деятельности переросла и отпочковалась в политические партии, что обеспечило связь партий с рабочей массой и известную зависимость от масс, то в России не было (и нет) подобного естественного партстроительства. В России революционеры и политики спешили взять пример с Запада и сразу создавали партии, которые выступали от имени народа, хотя последний никак не уполномочивал их на это и никак не мог на них воздействовать. Отсюда недемократизм, вождизм, диктатура и культ личности в российских партиях, особенно социалистических и особенно в наиболее радикальной из них.