Голод 1932-1933 годов. Трагедия российской деревни (История сталинизма)

Имеются документы, однозначно указывающие на то, что у Сталина не было идеи уничтожить украинский народ и Украину с помощью "террора", "г,еноцида" голодом. Они связаны с продовольственными и семенными ссудами, другими видами государственной помощи, оказанной Украине при личном участии Сталина в 1933 г. о чем весьма детально сказано в упомянутой нами фундаментальной монографии Р. Дэвиса и С. Уиткрофта. Вот лишь некоторые из них.

27 июня 1933 г. 23 час. 10 мин. секретарь ЦК КП(б)У М. М. Ха-таевич направил Сталину шифрограмму следующего содержания: "Продолжающиеся последние 10 дней беспрерывные дожди сильно оттянули вызревание хлебов и уборку урожая. В колхозах ряда районов полностью съеден, доедается весь отпущенный нами хлеб, сильно обострилось продовольственное положение, что в последние дни перед уборкой особенно опасно. Очень прошу, если возможно, дать нам еще 50 тысяч пудов продссуды". На документе имеется резолюция И. Сталина: "Надо дать"254. В то же время на просьбу начальника политотдела Новоузенской МТС Нижне-Волжского края Зеленова, поступившую в ЦК 3 июля 1933 г. о продовольственной помощи колхозам зоны МТС был дан отказ255.

По нашим подсчетам, основанным на анализе источников, опубликованных в третьем томе сборника документов "Трагедия советской деревни: коллективизация и раскулачивание? (М. 2001), в 1933 г. в общей сложности Украина получила 501 тыс. тонн зерна в виде продовольственных и семенных ссуд, что было в восемь раз больше, чем в 1932 г. (60 тыс. тонн). Российские регионы (без Казахстана) соответственно получили 990 тыс. тонн, лишь в 1,5 раза больше, чем в 1932 г. (650 тыс. тонн). Откуда взялось зерно для Украины" На наш взгляд, в том числе и за счет прекращения весной 1933 г. хлебного экспорта из СССР, который снизился в пять раз (с 1800 тыс. тонн в 1932 г. до 354 тыс. тонн в 1933 г.). О масштабах полученных Украиной в 1933 г. продовольственных ресурсов свидетельствует тот факт, что во время голода 1921-1922 гг. вся международная помощь голодающим в Советской России, включая пять областей Украины, составила 568 тыс. тонн.

Почему именно в Украину в 1933 г. было направлено из Центра такое огромное количество зерна? Потому что в УССР сложилась наиболее острая ситуация в зерновых районах, поставившая под угрозу срыв посевной кампании, чего сталинское руководство не могло допустить из-за особой роли республики в зерновом производстве страны. В 1932 г. ситуация была иной; основные ссуды получили зерновые районы СССР, подвергшиеся засухе, где в 1931 г. был крайне низкий урожай. В Украине же в 1931 г. ситуация была более благоприятной. И именно по этой причине она стала тогда особым объектом хлебозаготовок, а в 1932 г. ей было предоставлено наименьшее количество продовольственной и семенной помощи.

Говоря о ситуации 1932 г. в Украине, необходимо особо подчеркнуть, что ответственность за начавшейся голод и несвоевременную реакцию на него Центра несет в немалой степени руководство

УССР, фактически обманувшее Сталина. Об этом красноречиво говорит, например, письмо Сталину секретаря ЦК КП(б)У Косиора от 26 апреля 1932 г. В нем Косиор писал: "У нас есть отдельные случаи и даже отдельные села голодающие, однако это только результат местного головотяпства, перегибов, особенно в отношении колхозов. Всякие разговоры о "г,олоде" на Украине нужно категорически отбросить. Та серьезная помощь, которая Украине была оказана, дает нам возможность все такие очаги ликвидировать" (Голодомор 1932-1933 рок1в в УкраКш: документи i матер1али / Упоряд. Р. Я. Пиргг; НАН Украши. iH-TicTopi Украши. К.:Вид.д1м "Киево-Могилянська академ1я", 2007. С. 127 - 128).

В самый пик голода в российских регионах забиралось продовольствие для Украины. Вот лишь один пример - шифрограмма И. В. Сталина и В. М. Молотова секретарю Центрально-Черноземного обкома И. М. Варейкису от 31 марта 1931 г. с требованием отгрузить Донбассу 26 тыс. тонн картофеля.

Согласно постановлению Политбюро ЦК ВКП(б) от 1 июня

1933 г. "Ораспределении тракторов производства июня - июля и

половины августа 1933 года" из 12 100 тракторов, запланирован-

ных к поставке в регионы СССР, Украина должна была получить

5500 тракторов, Северный Кавказ - 2500, Нижняя Волга - 1800,

ЦЧО - 1250, Средняя Азия - 550, ЗСФСР - 150, Крым - 200,

Южный Казахстан - 150. Таким образом, российские регионы

вместе взятые получали 5700 тракторов (47 %), а одна Украина ?

5500 (45,4 %)256.

"Раньше каждый кулак набирал на полку десятки людей, и хотя издевался над ними в работе, но все же варил крутую кашу со старым свиным салом и платил по 80 копеек в день. На эти деньги можно было пуд хлеба купить", - с нескрываемой ностальгией вспоминала одна из колхозниц находящегося в зоне деятельности Азовского политотдела МТС Северо-Кавказского края колхоза. "Теперь же за 400-500 грамм хлеба в день отдаешь свой труд, даже корову, и ничего не получаешь", - заключала она115. Вполне возможно, что эта колхозница несколько приукрасила щедрость "благодетеля", чтобы таким образом пристыдить колхозную администрацию и, в противопоставление ситуации с "классовым врагом", заставить ее активнее действовать для улучшения условий труда в колхозе. Но данная ею характеристика "кулацкой помощи" подтверждается и другими многочисленными источниками.

Все они говорят о том, что кулаки действительно помогали бедным казакам и крестьянам в тяжелые времена. Например, в голод ные 1921-1922,1924-1925 гг. по свидетельствам многих бедняков, их семьи погибли бы от голода зимой, если бы не помощь кулака. Причем эта помощь оказывалась в самые тяжелые моменты, когда еще не развернули свою работу Комитеты крестьянской общественной взаимопомощи. Более того, в тяжелые 1924-1925 гг. в Донском регионе, как признавали партийные работники, у бедняков не было иного средства получить семенное зерно, кроме как обратиться к богатому соседу. О том, что богатые помогали бедным, вопреки насаждаемому большевиками стереотипу о них как о безжалостных эксплуататорах, свидетельствует еще один интересный факт. Весной 1925 г. в Таганрогском районе секретарь райкома партии выступил в защиту местного мельника Бугрова, подвергшегося репрессиям. Главным его аргументом был следующий: "Беднейшее население деревень, нуждающееся, всегда получало помощь с мельницы Бугрова в голодный 1921 год, и многие обязаны своей жизнью Бугрову, так как последний весьма сочувственно относился к голодающим". Помощь нуждающимся особенно считалась первейшей обязанностью в староверческих общинах Дона и Кубани. "Если придет бедняк ко мне и попросит у меня мешок муки или быков, то я ему и без ККОВ никогда не откажу", - говорил один из зажиточных хлеборобов-староверов.

Зимой 1931-1932 гг. повсеместное распространение получили обыски, проводимые сельскими активистами, уполномоченными по хлебозаготовкам в домах колхозников и единоличников. Специально составленные из их числа так называемые штурмовые бригады, нередко с участием "милиционера с винтовкой", "д,нем и ночью" производили обыски, "не разбираясь, бедняк, середняк или зажиточный" и забирали обнаруженное зерно. Так, например, по сообщению работника ОГПУ, в селе Н. Буяне Красноярского района Средне-Волжского края "председатель колхоза Тамбовцев и председатель сельсовета арестовали 8 колхозников". В том числе была арестована "беднячка-колхозница? Шерстнева, мать шести детей, у которой в ходе обыска был "отобран последний хлеб". В колхозе Ново-Котласского сельсовета Чаадаевского района того же края председатель колхоза Зотов избил, арестовал на трое суток и оштрафовал на 30 рублей колхозника Казакова за то, что он осмелился просить хлеба "за выработанные трудодни". Хлеба не было, так как он ушел в счет хлебозаготовок.