Первое российское плавание вокруг света

Я мечтаю о путешествиях, вот прям сидя в офисе делаю вид, что работаю, а сама вся в мечтах) И я так понимаю, что можно объявлять традицией, путешествовать с ДП в январе. В прошлом году вместе с первыми конкистадорами я была в Южной Америке в поисках Эльдорадо. Они, кстати, оказались теми еще паршивцами и эгоистами. Но в этом году я отправилась в прекрасное морское путешествие вокруг света вместе с отважными русскими судами "Нева" и "Надежда". И это было прекрасно! До чего же мне понравилась эта книга! И в первую очередь своими непревзойденными иллюстрациями! Они очень похожи на оригинальные, и тем еще более захватывают. Когда впервые взяла в руки книгу, сразу их все просмотрела. И картинки сами по себе, без текста, могут рассказать читателю о путешествии. Я как-будто сама присутствовала и впервые видела новизну природы, необычных людей, лежбище морских котиков на северном побережье... Это было потрясающе! Затем я начала читать и впечатление немного сбил скучноватый текст. Нет, сам по себе дневник путешествия довольно увлекательный, но язык написания и множество подробностей процесса подготовки и технических деталей путешествия... в общем это не то, чего я ожидала от книги с такими картинками) И по прочтении как обычно настигают мысли) вот насколько же эти люди, и в частности Крузенштерн, были отважными и самоотверженными... бросил жену, спокойную обеспеченную жизнь, ради чего? ради процветания отечества (ну он так пишет, пусть будет так))) ради призрачной славы, ради увеличения зажиточности торговцев.... не знаю, но что-то явно есть в этом народе, который "не щадя живота своего" совершает такие исторические поступки, и это выгодно отличает их от конкистадоров)

ДП-2019, январь, Команда "Многотомный взгляд", предполагаемая оценка 1 балл.

В первую очередь, это издание ценно уже тем, что рассказывает о нашем российском вкладе в шкатулку мировых географических исследований. В самом начале книги приводится краткий обзор существовавшего на тот момент положения российского мореплавания, совершенных открытиях и задачах, стоящих перед предстоящей экспедицией. Ну а затем подробно, занимательно и весьма поучительно описывается собственно кругосветное путешествие русских кораблей "Надежда" и "Нева", которое продолжалось 3 года 12 дней. За время плавания был собран огромный исследовательский материал в различных областях естествознания. Условно повествование можно разделить на две части: собственно плавание и береговые исследования. Где и как проплывали, какие ветры дули, какие берега видели, и какие ожидали увидеть - в результате были существенно дополнены и исправлены существовавшие ранее карты морских глубин и побережий. Ну и трудно переоценить великолепные по полноте и количеству подробностей описания жизни на посещенных землях. Максимально полное описание местных жителей, их телосложение, здоровье, одежда, ремесла, традиции и жилища, способы управления различных мест, военное искусство и многое-многое другое. Подробно описаны интересные животные и растения, а также география местности: леса, вулканы и т.д. Потрясающе интересно читаются главы, посвященные Японии. Здесь не только приведены результаты наблюдений за местной экзотикой, но и подробно описана весьма нестандартная "гостеприимная" встреча российских путешественников хозяевами: вежливо поприветствовали, практически никуда не пустили, безвозмездно снарядили в дальнейшее плавание и постарались избавиться как можно скорее, запретив даже появляться в районе японских берегов. Как ни старался действительный статский советник, посланник императора, Николай Резанов наладить русско-японские отношения, диалога не получилось. По ходу повествования автором довольно часто используются специализированные фразы, напр.:

...Барометр наш имел разделение не ниже 27 1/2 дюймов; итак, высота ртути в барометре была не больше 27 дюймов и 2 линий, и можно даже заключить, что оная была не больше 27 дюймов, а может статься и еще менее, ибо оная появилась опять не прежде, как по прошествии почти 3 часов. В полдень показывал барометр 29 дюймов и 3 1/2 линии...

...плюс к этому регулярные определения географических координат, направления движения судов и проч., и проч., и проч. Чтению это не мешает (тем, кто разбирается, наверное, даже добавляет наглядности), но чуть притормаживает восприятие текста. Хотя, конечно, вряд ли отчет о путешествии на кораблях может считаться полным без этой морской терминологии. А в остальном стиль изложения очень приятный, легко читаемый. Также в тексте встречается немало ссылок, дополнительных пояснений к основному материалу. В конце книги есть несколько приложений, из которых наиболее интересны, на мой взгляд, музыкальные партитуры Камчадальской медвежьей пляски и Народной песни жителей острова Нукагива. Отличное, стандартное для данной серии оформление: увеличенный формат, пухлая обложка с золотым тиснением, белая бумага, черно-белые иллюстрации и цветные вставки. ОБЛОЖКА:

ПОД ОБЛОЖКОЙ...

Наиболее интересными для меня стали эпизоды пребывания в Полинезии, Японии и Китае. Нравы, образ жизни коренного населения двести лет назад. Островитяне Полинезии - народ "неверный, обманчивый и жестокий". Закрытость Японии для европейцев.

О Китае много интересных, возможно, актуальных и сейчас замечаний. Приведу некоторые.

"Китайцы не заслуживают, кажется, той славы, которую распространили о них некоторые писатели. Мудрость и глубокую политику их правительства, возвышенную нравственность сего народа, его промышленность и даже знания в науках, прославляли чрезмерно иезуиты в своих известиях. В Китае много похвалы достойного, но мудрость правительства сколько бы беспристрастно и осторожно о том ни рассуждать, навлекает на себя более хулы, нежели одобрения. Правительство, как то известно, в полном смысле деспотическое, а потому и не всегда мудрое."

(не всегда мудрое деспотическое правительство - это справедливо для любой деспотии).

"В 1803 г. открылся опять заговор, при коем спасся император с великой трудностью. Второе приключение наводило на него особенное беспокойство, поелику при исследовании дела открылось, что в оном участвовали знатнейшие из придворных его. По сей причине почел он благоразумнейшим прекратить начатые исследования и издать манифест, который как по слогу, так особенно по содержанию своему, весьма любопытен. Хотя и доказываемо было, что в заговоре имели участие знатнейшие государственные особы, однако виновных из сих предать суждению сочтено не безопасным"

(к моменту издания книги не прошло и десяти лет с аналогичного российского заговора, завершившегося успешно). И наконец: "мало можно иметь в делах с китайцами успеха посредством кротости и снисходительности". А вот и подтверждение этому:

"В скорости по прибытии моем в Санкт-Петербург получил я из Кантона письмо, коим уведомили меня, что через сутки по выходе нашем из Вампу прислано из Пекина в Кантон строгое повеление нас задержать. Если бы сие повеление нас застало, то, вероятно, не возвратились бы корабли наши никогда в Россию".

Немало верных замечаний и об Отечестве. С гордостью:

"При темных понятиях, каковые в отдаленных землях и поныне имеют о России и россиянах, немало там удивились, увидя, что сии гиперборейцы равняются во всем с живейшими жителями южной Европы и не уступают им ни в воспитании, ни в образе жизни. Офицеры кораблей наших представили тому сами собою явные и совершенные доказательства".

Или:

"для россиян нет чрезмерной крайности. Они столько же удобно переносят холод 23 градуса, сколько и жар равностепенный".

А вот с досадой и обидой на извечное наше "небрежение":

"Сие краткое известие доставленной нам из Охотска провизии доказывает, очевидно, с каким нерачением и неблагоразумием используют даже и важные в стране сей препоручения. Сумма около 15000 рублей употреблена при сем не только без малейшей пользы, но и со вредом, который не без трудности отвратить предлежало".

Рассуждение об исправлении нравов русского человека посредством распространения чая:

"И так не невероятно, что введение употребления чая между простым российским народом может быть удобным и послужит хорошим средством к некоему воздержанию от горячего вина. Тщеславие может возыметь при том также некое содействие. Я полагаю, что простой человек, если не совсем еще испортился, захочет лучше выпить дома чашку чаю, а особливо когда посетит его приятель, нежели итти в кабак за горячим вином"

(особенно интересно замечание о тщеславии - чай-то по тем временам напиток "статусный"). В какой-то степени "маниловщина", но в конце восьмидесятых мы это проходили.