Римма последовала за девушкой по коридору, а я поспешила в кабинет к Павлу. Бизнесмен сидел у стола, перебирая какие-то бумаги.

– Почему вы не сказали, что в доме произошла кража? – спросила я.

Переговоры завершились к обоюдному удовольствию, и сделку решили обмыть в ресторане. За десертом Антон Петрович неожиданно спросил:

– У тебя семья есть?

– Жена и двое детей, – ответил Краминов.

– А у меня одна дочь, будь она неладна, – буркнул собеседник.

– Я не в том смысле, Светлана не была гулящей, – недовольно уточнила Римма. – Тихая она была, словно змея. Глаз никогда не поднимала, наверное, боялась, что в них ее мысли прочтут. Я ей не верила, чутье подсказывало: не та она, за кого себя выдает!

– Скажите, пожалуйста… – начала я разговор, но тут с террасы через распахнутую стеклянную дверь вошла пожилая дама в черном костюме и сурово воскликнула:

– Ольга, почему подсвечники не чищены?

Горничная густо покраснела.

– Э… э… да… секундочку, – залепетала она.

– По какой причине болтаешь? – злилась незнакомка. – Нужно работать. А вы кто?

Я приветливо улыбнулась.

– Елена, помощник Павла Львовича.

– А-а-а, – протянула дама, – наслышана.

– Вы, наверное, Римма? – предположила я.

– И где же коллекция? – удивилась я. – Собрание не в спальне?

– Статуэтки частично расставлены по дому, но основная их масса здесь, – ответил Краминов и отдернул занавеску.

– Потом Света утихла, сидела целыми днями в беседке. Несколько лет так провела, – грустно продолжал Краминов. – И вот радость: в последние месяцы увлеклась фигурками, перестала затворничать, начала активно ездить в город, искала экспонаты.

– Естественно, Светлана тоже считала, что у нас идеальная семья. У нее не было амбиций. Собственно, что она умела? – с презрением задал риторический вопрос Краминов. – Хорошо готовила, вязала, шила, убирала, стирала, но умственно не росла. Понимаешь?

– Пока что ясно одно: Светлана пожертвовала собой ради счастья и удобства окружающих.

– А потом Беатка должна была помочь, – заторопилась Кристина, – Павлу… фамилию забыла. Мужик такой, под глазом родинка.

– Краминов?

– Точно! Откуда знаешь?

– На вид все свежее, и вкус отменный, – уговаривал Беатрису старичок. – Или ты диету держишь? Вот уж дурость, у тебя кожа да кости! Как врач скажу: надо питаться разнообразно, чтобы в пище в достаточном количестве были жиры, белки и углеводы. Зачем на свете столько продуктов? Каждый человеку на пользу.

Пенсионер назвался Иваном Петровичем и оказался обеспеченным человеком, он «выкупил» Беатку до утра, заказал в кабинет еду и стал потчевать певицу. Она не хотела обижать приветливого дедулю и сказала:

– Иван Петрович, я не могу ужинать.

– Сейчас у Беатрисы появятся боли, – «успокоил» Кристину Сергей Леонидович, – очень сильные. К сожалению, наркотиков ей не дадут. Сомари – Вильсон нет в списке на получение этих препаратов. Будь она онкологической больной, вот тогда получила бы все.

Я пообещала Кирюше доставить Земфиру домой – и справилась с совсем не легкой задачей.

Дорога захохотала в едином порыве, и из автомобилей начали выходить люди.

Из «Жигулей» горохом высыпались дети.

– Мы кенгуру за лапки схватим, – зачастили они, – а мамочка по башке тюкнет. Мама умеет, она завсегда папу скалкой бьет!

– Ну… – начал сомневаться мздоимец. – Говоришь, есть пятьдесят гринов? Тогда гони сотню.

– Очень логично! – фыркнула я.

– Все водители врут, – авторитетно заявил парень, – ровно вдвое преуменьшают наличные средства.

– А зачем тебе эта тварь? – спросил гаишник. – Вместо собаки держишь?

– Долго объяснять. Сколько с меня?

Очевидно, Миша не очень нравился Земе, потому что кенгуриха охотно двинулась со мной на улицу.

Тут только я заметила на шее у несчастного сумчатого ошейник и тянущийся от него кожаный ремешок.