Сорочинская ярмарка

Книга на любой возраста. Читала в школе – была в восторге. Перечитала сейчас – впечатлений еще больше. Понравилось все!

При первом прочтении больше обращала внимания на сам сюжет. А сейчас заинтересовали детали, сам язык произведения. Герои стали вроде как более объемными, еще живее и интереснее. Начинаешь лучше понимать авторское умение пошутить, высмеять, намекнуть. Ведь в подростковом возрасте ее больше читают как «ужастик», а не ищут скрытый смысл и тонкий юмор.

Отличнейшая сказка для взрослых. У этой книги попасть в любимые гораздо больше шансов, чем быть заброшенной. А забыть ее точно невозможно.

Cколько же украинского колорита, яркого, насыщенного и вкусного, в этом небольшом гоголевском произведении! Для меня книга - экскурс в историю моей родины и славной Полтавщины, где частенько бывала в детстве. И хотя в Сорочинцы мне так и не удалось заехать, но дорогие сердцу Манжелия, Тимченки и Саранчовка навсегда остались в памяти такими, какими увидел когда-то Гоголь Великие Сорочинцы и Миргород.

Наверное, моя оценка книге будет очень субъективной. Но читая строки о красоте "малороссийского" лета или шумной разноголосой ярмарке, окунаюсь в негу; с тоской вспоминаю разноцветные мальвы у бабушкиной хаты, огромные корзинки подсолнечника, только срезанные, но уже наполовину съеденные, пузатые глечики, вымытые после молока и выставленные на просушку...

Cемейство Солопия Черевика отправляется на ярмарку в Сорочинцы. По дороге солопийская дочка Параска встречает парня Грицька. Юноша и девушка сразу понравились друг другу. Недолго думая, Грицько делает предложение руки и сердца Парасе, но жена Черевика против. Молодой человек такой отказ не приемлет и во что бы то ни стало хочет заполучить желаемое. А для этого придется пойти на некие хитрости.... и даже заключить сделку.

Cюжет о семейных отношениях автор сдабривает мистической историей о черте и его красной свитке. А Гоголь, надо сказать, тот ещё лютый Кинг своего времени! Здесь вам и хоррор, и триллер, и драма в одном действии. Народ знает о поверьях, страшится свиной головы в окне, но с интересом читает писателя. Иначе как объяснить популярность его произведений о сверхъестественном "Пропавшая грамота", "Ночь перед Рождеством", "Вий" и другие. Я вот точно планирую почитать что-нибудь эдакое.

Серьёзно, ну кто не знает сюжет этой повести? Читано-перечитано, и фильм видела несколько раз. А всё равно жутко и страшно. Я не читала ужасов Кинга, смотрела только фильм по его страшному роману «Оно», но ужасы Гоголя - это и правда жутко. Да и фильм, снятый по мотивам «Вия» - зрелище впечатляющее. И это без всяких там современных технологий и компьютеров.
Книга атмосферна, вся эта нечисть, полуживой труп ведьмочки, дядюшка Вий с железным лицом - бррр, это и правда мерзко, и страшно, и как-то не по себе. И Хому жалко. Попал так попал, и вот уж действительно ни за что, ни про что. А друзья не особо и волновались. Помянули его тремя чарками горилки, вынесли вердикт: «– А я знаю, почему пропал он: оттого, что побоялся. А если бы не боялся, то бы ведьма ничего не могла с ним сделать. Нужно только, перекрестившись, плюнуть на самый хвост ей, то и ничего не будет. Я знаю уже все это. Ведь у нас в Киеве все бабы, которые сидят на базаре, – все ведьмы - да и, считай забыли.

Вот мне только странно: Гоголь упоминает малоросские обряды, поверья, суеверия. Но я о таких и не слышала. И ещё - Вий - начальник гномов. А гномы - это разве ж наша нечисть?)

Цур тобi, пек тобi, сатанинське навожденiе!
(Из малороссийской комедии)

Эта небольшая повесть похожа на яркую мимолётную зарисовку. Тут тебе ярмарка - толпа народу, крики, брань, споры, тут тебе корчма и упившиеся до чёртиков мужики, тут тебе любовь со свадьбой, и вот уже всё промчалось, опустело и «тяжело и грустно сердцу, и нечем помочь ему».
Заметила, что последнее время стала с большим удовольствием возвращаться к Гоголю и открывать для себя прекрасный язык с бойкими диалогами, атмосферу малороссийского села с сатирическими народными сценками, давние страшилки, в которых из уст в уста передаются россказни о всякой нечисти. Представить Гоголя без мистики сложно, он к ней обращался не только в произведениях, но судя по рассказам историков, сам верил во всякие чудеса.
В этой повести тоже не обошлось без чёрта и красной свитки, горящей огнём.
И всё же главным магнитом для меня остаётся язык. Вот прочитала первое предложение: «Как упоителен, как роскошен летний день в Малороссии!» и душа моя уже возрадовалась. А дальше? У Льва Толстого да Александра Пушкина девицы в первый раз выходят в свет, выезжая на бал. А у Гоголя? - «Девушка в осьмнадцать лет в первый раз на ярмарке!»
Да что же такое эта Сорочинская ярмарка, когда тут не только продают и покупают, пьют и веселятся, но и женихов-невест находят?!
Солопий Черевик вместе с сожительницей (именно так называет автор вторую жену) Хиврей едут на ярмарку, чтобы продать старую кобылу да лён-пшеницу. Продажей должен заниматься Солопий, а его жёнушка, пользуясь моментом и базарной суматохой, привечает поповича. Гоголь очень метко прищучивает словом подобных баб, называя ведьмами и бросая в их адрес нелицеприятные реплики.
Хивря против скорой свадьбы падчерицы Параски с ненавистным ей Голопупенковым сыном Грицком. Но Солопий с молодыми пользуются моментом, когда Хивря побежала закупать себе «плахт и дерюг всяких» и спешат обделать дельце до её прихода.
У кого бы я ещё прочитала про плахты и дерюги, как не у Гоголя!
Небольшая повесть дала возможность посмеяться над человеческими слабостями, взглянув критическим взглядом на современные семейные отношения. Многое ли изменилось?

Гоголь обращается напрямую к подсознанию. Ярмарка — тот же карнавал, изнанка реальности, где может произойти всё, что угодно, а также то, что неугодно совсем. Неудивительно, что из этого пёстрого вихря постоянно сыпется какая-то чертовщина, ведь приоткрытая дверца в любые другие реальности волей-неволей должна затрагивать и ту реальность, где на копытцах и с хвостами ходит тысяча бесенят с поросячьими рыльцами.

Вторая ассоциация – густой и плотный восточный базар, смутно знакомый по Ходже Насреддину и восточным сказкам, где всё шумит, гудит, пахнет, звенит, блестит, нагромождается друг на друга, как во сне, окутывается ароматами жратвы и специй, перебиваемый запахами более прозаичными. И в этой концентрированной атмосфере обязательно нужно сделать остановку в чайхане, где чай без истории - деньги на ветер. На ярмарке то же самое, только чай совсем не чай, если вы понимаете, о чём я (господи, как я люблю эту фразу).

С другой стороны, отвлекаясь от изнанок и подтекста, это идеальный разбег для запрыгивания в прозу Гоголя. Красочно, этнографически затейливо, опять же "сочно", потому что иначе это и не назовёшь. Чертовщинка происходит в повести походя, как одно из событий, такое же важное, как свадьба, кидание грязи, ругань каких-нибудь старых пердунов и просто описания всего того, что вокруг. Так что издание с картинками - это супер-супергут, потому что малознакомые образы в голове надо всеми силами попытаться облечь во что-то осязаемое.

Как со временем и в разных странах одни и те же слова обозначают значительно разные вещи?!)
Помню, когда был в Австрии (ещё давно), многократно слышал там слово "академик", используемое в значении, до сих пор мною не понятого -то ли студент, то ли выпускник какой-то, то ли хрен знает кто, но ни в коем случае не в нашем "высоком" академическом смысле. Так же и у Гоголя - "философ" здесь (в повести этой)- просто старшеклассник (и причем не самый старший, ибо таковой уже "богословом" называется) в бурсе - заведении -что-то вроде расширенного (в обе стороны) техникума (возраст учеников, предполагаю, от 10 до 22 лет). Но и в то же время философ наш, нищий студент, меж тем и со вдовами, бывает отжигает, после чего швыряется ползолтыми "жиду-корчмарю" (от благодарной вдовы, очевидно, то есть насыщенный спектр событийностей у парня, по мере сил бывает). И да, можно здесь ещё (предуведомительно) обратить внимание, насколько часто наш главный герой Хома Брут употреблял в своих речах слово "чёрт".. (не зря же и Булгаков (вслед за Николаем Васильевичем) за то же самое в своем "ММ" одного из героев помещает пустым в "говорящий" пиджак), вот и доупотреблялся, мол, в том числе, как бы говорит Гоголь..
Нда-а.. что здесь ещё (интересного).. из случайно-неслучайного (и вообще)?
Почему-то каждую ночь заходя в церковь Хома очерчивал новый круг на полу, хотя, казалось бы - куда деваются предыдущие? Я бы ещё понял, если там за день толпы народа ходит в церковь, - да нет, вроде.. хотя..
И почему вдруг в последнюю ночь "лопнула железная крышка гроба и поднялся мертвец"? - железная крышка гроба - первый раз такое слышу (вижу).. странно. И ещё: уже после первой ночи Гоголь не говорит более о красивой покойнице, а употребляет исключительно слово мужского рода "мертвец" (в отличие от одноименного фильма, кстати).
Ну и самая главная ассоциация, которая возникла у меня в истории с ночными катаниями на спинах друг друга: а ведь это аллегория полового акта, по сути.. Другое дело - зачем он потом до смерти отдубасил поленом старушку (которая оказалась краса-девицей)?.. Кажется уже здесь у Гоголя проявляется какя-то явно выраженная женобоязнь..
Ну и ещё одна мелочь - гномы-то у Гоголя здесь, не хухры-мухры, а чистейшие исчадия ада, и главный из них - как раз Вий.

Перечитываю уже в который раз и неизменно восхищаюсь мастерством, с которым народные традиции, приметы и суеверия сотканы в литературное произведение, лишённое как лубочности и экзотизации (чем, будем честны, в те годы грешили очень многие писатели и фольклористы), так и морализаторства с "очисткой от всякой непристойности" (чем тоже в те годы и позднее много кто грешил). Понятно что многие вещи напрямую не проговариваются, но все, в том числе не самые благопристойные стороны сельской жизни тут как на ладони.
И потому это все ещё классика:)

Ну что ж тут можно рассказать? Прямо в ночь с 31 октября на 1 ноября взялась я за эту книгу. И даже не потому что Хэллоуин, а просто так вышло, но вышло тематически.
Сюжет данной повести, полагаю, знаком всем. По примечанию самого Гоголя, она (повесть) является пересказом народного предания, которое автор хотел донести до читателя в неизменном виде.

Что ж, должна заметить, что у Гоголя получается жутче, чем у признанного мастера жанра - Г. Ф. Лавкрафта. Возможно, дело в том, что Гоголь знаком мне с детства, когда я впервые читала его страшные повести. Однако и для визуализации описуемых ужасов Николай Васильевич старается куда как поболее Говарда. Никаких вам "нечто невообразимо ужасное, монстр из ночных кошмаров" и прочей детишковой белиберды. Классик русской литературы прям и откровенен: ночь, старая гнилая церковь, черный гроб и труп, страшный, позеленевший, невидящими глазами ищущий свою жертву, мертвыми руками пытающийся нашарить еë.
И как же смешно после всего этого звучит приговор философа Тиберия Горобца:
– А я знаю, почему пропал он: оттого, что побоялся.
Да кто бы смог не побояться? Может, у страха глаза и велики, может, собственное воображение и сгубило Хому, да только кто бы на его месте не дрогнул?
А впрочем, как и всегда, каждому по вере его.

Большую часть произведения я прослушала в исполнении моего любимого Сергея Чонишвили, и это было прекрасно. Всем желающим окунуться в жутковатый мир гоголевских "вечеров на хуторе" - советую.

Когда мне говорят «Вий», то я прежде всего вспоминаю отечественный фильм, который впервые посмотрел в передвижном вагон-клубе сразу после его выхода на экраны, т. е. в начале 1968 года — когда на нашу станцию, стоящую на основной магистрали ВСЖД, приехал вагон-клуб с этим фильмом, то родители взяли на просмотр и меня, 10-летнего пацана, и старшего брата. И впечатление было такой силы, что хотя эта сказочно-мистическая повесть прочитана и перечитана уже не единожды, однако же вот всё равно фильм стоит впереди, а уж затем сама литературная основа.

Дальше...

Пересказывать сюжет было бы самым глупым никчёмным занятием, ибо кто не читал всё равно прочтёт, а читавшие и так знают все приключения, случившиеся с семинаристом Хомой Брутом во время вакаций. Могу только сказать, что всё-таки видеоряд изрядно добавляет мощности к получаемым от этой повести впечатлениям, и что одно только чтение не столь сильно пугает читателя, сколь вот эти кадры скатывающейся по щеке покойной панночки кровавой слезы или раскинутые руки старухи-ведьмы, ловящей Хому в овечьем хлеву, да и панночки, стоящей во гробе и как тараном стучащей им в защиту бурсака от нечистой — в общем, если прочитать и посмотреть, то впечатления будут самыми полными.

Конечно, первое, что приходит на ум при упоминании данного произведения Гоголя, — старый советский фильм с Леонидом Куравлёвым и Натальей Варлей в главных ролях. Именно эта, пугающая до нервной дрожи в своё время меня, подростка, экранизация почему-то так сильно мне запомнилась и даже спустя десятилетия встаёт перед глазами яркими и зловещими фрагментами.

Трагично закончилась встреча Хомы Брута, остававшегося на постой на одном из хуторов, и его хозяйки. С помощью молитв сумел он взять над ведьмой верх и даже применить силу, но она хитростью превратилась из безобразной старухи в прекрасную девушку, чем напугала Хому, и он, бросив её, сбежал.

Совершенно позабыв об этой истории, через некоторое время получает он приглашение от сотника читать отходную по своей дочери. Её нашли сильно избитой, и именно его, Хому Брута, она выбрала для сего трёхдневного действа. Герой сопротивлялся этому всячески, но против отца девушки устоять не смог, и волю усопшей пришлось выполнять.

В погибшей девушке она с ужасом узнаёт избитую им до смерти ведьму. Три ночи его будут запирать вместе с ней, три ночи будет твориться вокруг него настоящий кошмар. Первые две ночи сдерживает натиск нечистой силы созданная Хомой защита, а вот на третью ночь...

Язык повести тяжеловат и для чтения, и для восприятия. Смысловая составляющая огромна, а исполнение, как и всегда, гениально. Повесть относится к русской классической литературе, а она по определению не бывает простой и легкой. Гоголь искусно создает мрачную атмосферу и постепенно достигает того леденящего эффекта, когда словно кровь стынет в жилах. Он проводит своего героя сквозь хоровод душевных метаний и борьбы с внутренними страхами, мастерски закручивая сюжет. Писатель из, казалось бы, случайной встречи создаёт настоящий кромешный ужас вокруг одной личности, который закончится настоящей трагедией.