Цитаты из книги Пигмалион

Мир никогда бы не был сотворен, если бы творец его боялся кого-нибудь обеспокоить. Творить жизнь – значит причинять беспокойство. Есть один только путь избежать беспокойства: убийство. Вы заметили, трусы всегда требуют, чтобы беспокойных людей убивали.

Миссис Пирс. Мистер Хиггинс, вы искушаете девушку. Это нехорошо! Она должна думать о будущем. Хиггинс. В такие годы? Чепуха! О будущем хватит времени подумать тогда, когда уже впереди не будет будущего.

"- Чем все это кончится?

• Ничем не кончится. <...>. Жизнь - она ведь не кончается. Она идет себе и идет".

Кривлянье не идет ни человеческому лицу, ни человеческой душе. "Пигмалион "

Хиггинс: Дулиттл, вы честный человек или вы мошенник? Дулиттл (кротко): И того и другого понемножку, Генри. Как все мы: и того и другого понемножку. "Пигмалион"

Десять фунтов — большие деньги; у кого они заведутся, тот уже начинает жить с оглядкой, а это значит — конец счастью. "Пигмалион"

Горничная (подходит ближе и говорит, понизив голос). Мистер Генри как будто не в духе, мэм. Я хотела вас предупредить. Миссис Хиггинс. Если бы вы мне сказали, что мистер Генри в духе, это было бы гораздо более удивительно.

Не умеете ценить то, что у вас есть, так пусть у вас будет то, что вы цените.

Миссис Хэшебай. Так, значит, это ничтожество даже и в качестве капитана промышленности всего лишь шарлатан чистейшей воды?

Мадзини. Боюсь, что все наши капитаны промышленности такие вот, как вы говорите, шарлатаны, миссис Хэшебай.

Гектор. Зачем вам динамит?

Капитан Шотовер. Уничтожить вот этаких, вроде Менгена.

Гектор. Бесполезно. У них всегда будет возможность купить еще больше динамита..

Рэндел (присоединяется к ним). Мужья никогда не бывают красавцами, Ариадна. (Садится справа от леди Эттеруорд.)

Миссис Хэшебай. А вот мужья сестер, мистер Рэндел, обычно очень недурны.

А что такое жизнь, как не цепь вдохновенных безрассудств? Никогда не упускай случая - он представляется не каждый день.

Аполлодор. Друг Руфия бросил в море жемчужину- Цезарь выудил драгоценный алмаз. Цезарь. Цезарь выудил ревматизм, друг мой.

Цезарь. Мне всегда как-то претила мысль умереть. Я предпочитаю быть убитым.

Цезарь. Что даст мне возмущение, о глупый египтянин? Стану ли я возмущаться ветром, когда он леденит меня, или возмущаться ночью, что заставляет меня спотыкаться в темноте? Стану ли я возмущаться юностью, когда она отворачивается от старости, или возмущаться честолюбием, которому претит низкопоклонство? Прийти и говорить мне об этом- все равно как если бы ты пришел мне сказать, что завтра взойдет солнце.

...Женщина хочет жить своей жизнью, а мужчина своей, причём каждый старается свести другого с правильного пути.

Миссис Хиггинс. Если ты меня любишь, Генри, ты должен сделать для меня кое-что. Хиггинс. Ах ты господи! Ну что! Жениться, вероятно? Миссис Хиггинс. Нет. Вынуть руки из карманов и перестать маршировать по комнате.

Вы знаете, в чем секрет, Элиза? Не в том, что человек ведет себя плохо или хорошо, или еще как-нибудь, а в том, что он со всеми людьми ведет себя одинаково. Короче говоря, надо вести себя так, словно ты в раю, где нет пассажиров третьего класса и царит всеобщее равенство.

Мужчины и женщины – это хрупкие цветы, и их надо выращивать под стеклом. А у нас в семье привычка швырять камнями куда ни попало и устраивать сквозняки.