Загадка княжны Таракановой

Это самое в нем ценное - он всегда настаивает на том, чего хочу я сама.

Милый друг, сразу видно, вы давно не были в России. И забыли: мы все тут держим в секрете, но почему-то все обо всем знают. И чем больше секрет, тем больше знают.

Слуга, рассказавший правду про своего господина, не именуется верным. Именуется доносчиком, да к тому же еще дураком.

Помни, мой друг, правило: хвалить надо громко, а ругать тихо.

После хлыста пряник-то полезен. Баба...

Икону у которой лик со шел на воду спускают.

Истинно великие люди не могут прожить и дня без смеха и шуток, что бы с ними ни случалось. Печальны и надуты только глупцы.

У нас в России все секрет и ничего не тайна.

- Ах, граф, какая у нас удивительная страна - страна, где взятки берут даже на плахе!

• Не поняла ты. Чтобы понять это, надо там родиться и жить. Когда она нательный крест палачу отдала, она как бы братом его сделала. Простила она его. Простить на плахе - ох как это по-нашему!

Рабы твои, да не холопы.

Михаил Доманский. Польский шляхтич. В 15 лет был пристроен дядей во дворец князя Радзивилла. Там, среди пиров, охот и диких оргий, вырос этот человек.

Сегодня она приступает к важнейшему труду - начинает свои мемуары. Она будет писать их всю свою жизнь на клочках бумаги, чтобы потом соединить вместе. Но так и не соединит. Эти мемуары она пишет для Павла - сына ее и свергнутого его императора. В них - ее оправдание.

Екатерина первой в России согласилась привить себе оспу. И тем подать пример подданным. Это был поступок, ибо последствия его были недостаточно известны.

Я всегда осторожен, Ваше сиятельство, когда имею дело с женщиной. Ибо женщина есть сосуд греха. Мой отец всегда говорил: "Женишься - бей жену". А я, дурак, спрашивал: "За что же ее бить, коли я ничего плохого о ней не знаю?" - "Ничего, - отвечал отец, - она знает".

Сильного повесят, слабого убьют, а хитрого сделают предводителем.

Граф не знал французского. И это при том, что высшее русское общество разговаривало только по-французски. Но граф, выучивший немецкий и итальянский, учить французский отказался. Французский двор был главным врагом России. И в этом нежелании был как бы вызов, патриотизм графа.

Двое Орловых слишком много для одного Санкт-Петербурга.

До конца имей надежду и смерти не бойся.

Кто не жил в XVIII веке, тот вообще не жил.

"Я не поручил бы ему ни жены, ни дочери, но я мог бы совершить с ним великие дела".

- Граф Федор Головкин