Тени в переулке

А по городу поползли слухи. Отсутствие информации всегда порождает фантастические истории.

Политическая полиция никогда никому ничего не прощает – она просто ждет удобного случая. Это было всегда.

Наше поколение военных мальчишек взрослело рано. Мы с детства узнали цену хлеба, денег, дружбы. Мы мало чего боялись и умели за себя постоять. Видимо, поэтому мы начинали жить, как старшие, едва окончив школу.

Книги любят стабильность и оседлость. Я по сей день не могу просто расстаться с любой из книг собственной библиотеки без душевной боли. Я же большую часть своей жизни по стечению обстоятельств жил в разных квартирах, казармах, общежитиях и гостиницах. Поэтому, когда находишь книгу, связанную с прошлой жизнью, радуешься, словно столкнулся на улице со старым знакомым.

Не имей сто рублей в ассигнациях, а имей сто друзей в организациях.

В те времена нэпманы бросали своих жен, чтобы сочетаться браком с барышнями из хороших дворянских родов. Это как нынче, когда новорусские богачи хотят обязательно жить на Рублевском шоссе и покупать квартиры бывшей партийной элиты. Что поделать, комплекс «детей прачки» неистребим.

У любой войны есть определенные правила. Но это не относится к гражданской. Она всегда порождает беспредел и кровь.

В 1944 году, сапожник дядя Миша отказался сделать мне татуировку "Не верь. Не бойся. Не проси. Сказал, чтобы я пожил, узнал горе и радость, а потом кололся.

В этом кафе подпольные торговцы антиквариатом, «черные» коллекционеры, реставраторы, жуликоватые молодые люди, «бомбившие» старушек по деревням Северной России, а главное, подпольные эксперты – энциклопедисты черного антикварного рынка. Народ все больше рисковый и осторожный, живший по принципу «будет день – будет тыща».

Как известно, преступления раскрываются не при помощи дедукции и осмотра следов через лупу. Главное оружие опера – агент и кулак.