Время жить и время умирать. Роман в 2 книгах. Книга 1

4\30 Книга из флэшмоба 2011. Большое человеческое спасибо sweeeten , за то что она помогла мне вернутся к позабытому мною Ремарку. У меня еще одна длинная переполненная мыслями и чувствами рецензия.

Я поняла, что Ремарка читать больно, но необходимо. Не для кого не секрет, что все его книги полны отчаяния и боли - они полны правды, а правда слишком горькая. У Ремарка не бывает "хэппи эндов". Зато полно человеческих чувств, мыслей и эмоций. Эта еще одна книга о боли, о потерях.. о войне.

Черней вороньего крыла В оковах силы, разбудившей тьму Лежит распятая земля С мольбой взирая в пустоту Земля и стонет и дрожит Вокруг смятенье, боль рождает злость Тебе ещё нет двадцати И быть в аду не довелось.. © В. А. Кипелов

Нас с рождения учат, что Великая война - это Великая победа русских, что немцы гады, а русские лишь защищались и спасали свою страну, свою родину, свои семьи. Никогда я не собиралась спорить о фашизме, и сейчас не буду. Фашизм - зло. Просто у каждой медали две стороны, и Ремарк (противник нацизма) не защищает своих земляков, он лишь показывает то, что оставалось за кадром. Мы ничего не знаем о немецких солдатах - ничего кроме концлагерей и их надзирателей, газовых камерах, бесчеловечных расстрелов и зомби-лозунга "хайль гитлер!" Всё это всегда делало и будет делать их убийцами в наших глазах. Под их автоматами и танками гибли наши деды и прадеды, и каждый год мы отдаем дань памяти, скорбим и превозносим наших дорогих защитников. Бесспорно это Великие люди. Это Великая победа. Но..

Ремарк рассказывает нам о солдате. Эрнст Гребер. Который впервые за два года войны и страха, отправляется в отпуск на две недели. Две недели, которые для солдата ценны как целых два года. Два года - время жить. Это обычная книга - книга о буднях рядового солдата немецкой армии, о буднях вне полевых сражений. Он уезжает с войны, чтобы снова оказать на войне - в городе, подваргающемся регулярным бомбежкам. В городе где свет в квартире является ужасным преступлением против отечества, где никому и никогда нельзя доверять своих мыслей и чувств, потому что это грозит донесением и расстрелом. Война. Она делает прекрасное звездное небо - опасным. И смотря на него, ты не видишь красоты, а лишь угрозу.. В хорошую погоду легче бомбить. Мы, по сути, мало что знаем о тех немецких солдатах, которых так ненавидим мы и наверняка будут ненавидеть следующие наши поколения. Но среди них были такие же обычные люди, люди легко поддающиеся страху, желающие жить. Все войны начинают "большие" люди, а страдают почему-то всегда самые обычные.. Когда бомбят нас, мы шлем в след их самолетам проклятья и плачем - они "гады", а когда мы бомбили их, там точно так же умирали люди и слали проклятья в небо, на наши семьи. Плохо когда у человека нет выбора. Когда малейший намек на "мы отступаем и проигрываем" - карается смертью, за неуверенность в своем отечестве. За попытку усомнится в силе и уме фюрера.

Мне не раз приходила на ум книга Бернхарда Шлинка "Чтец", прочитанная мною ранее. мы так легко осуждаем людей за их поступки, но никто не знает как бы он поступил на их месте. И в голове постоянно крутился вопрос заданный Ханной Шмиц судье: "А что бы Вы сделали на моем месте?" Любое неподчинение карается смертью. А каждый человек, в этой и любой другой войне, хочет доползти до "времени жить".

То, что мы здесь, ничего не меняет. Мы тогда внушали себе, что не хотим бросать отечество в трудную минуту, когда оно ведет войну, а что это за война, кто в ней виноват и кто ее затеял — все это будто бы неважно. Пустая отговорка, как и прежде, когда мы уверяли, что поддерживаем их только, чтобы не допустить худшего. Тоже отговорка. Для самоутешения. Пустая отговорка! ©

Бесспорно, в этом романе есть личности, которых хотелось удавить собственными руками. Но так же в нем есть всё то человеческое, о чем люди забыли и забывали. На тему "системы" и "винтиков" можно рассуждать бесконечно долго, и это бесконечно больная тема. Тема нацизма, так же как и религии будет подниматься всегда, и всегда вызывать споры...и даже войны. Это печально..

Война без правил, без границ, В одном потоке жарком кровь и пот, Хохочет Смерть, сыграв на бис Каприз ,где судьбы вместо нот. Пощады нет в её глазах, Ты смотришь в них и не отводишь взгляд, Сгорает твой животный страх, Шипя и корчась на углях © В. А. Кипелов

Мне глубоко противна вся система фашизма, когда люди как стада овец шло и убивало других людей, таких же как и они сами - живых и имеющих право жить. Мне глубоко противно все это зомбирование, все эти лозунги и то что люди шли против людей с таким остервенением, какое не встретишь даже в животном диком мире. И никогда я не пойму этого добровольного массового убийства. Никогда.

— Этого нельзя простить, никогда, — сказал кто-то позади Гребера

В голове шевелится клубок мыслей, и это настроение не спадает у меня уже несколько дней, не считая те дни пока я читала. Я ехала в метро и читала, и закрывала книгу, потому что слезы уже заполняли глаза. Я читала про то, как Гребер среди развалин города встречал одинокое цветущее дерево, озаренное светом от пожаров.. и в душе его зарождалась надежда, и чувство.. прекрасное легкое чувство. Жизнь..

И я не забуду это чувство. Метро - движущееся бомбоубежище переполненное людьми, это отчаяние, щупальцами проникшее в тебя со страниц книги.. А потом.. твоя станция, ты поднимаешься по эскалатору, выходишь на улицу.. А там... Там весна. Солнце уже печет тебе затылок, и эти новые забытые за зиму свежие запахи, и щебетание птиц. Огромная толпа вываливается из подземелья на улицу, спешит по делам и на работу. А я вышла.. остановилась, закрыла глаза и дышала. Я ДЫШАЛА! И чувствовала это время - "время жить". Невозможно передать какое легкое и всепоглощающее счастье меня захлестнуло в тот момент. Я просто остановилась, и стояла. И ничего в тот момент не было прекраснее, чем просто дышать и чувствовать на коже пришедшую весну. Ничего кроме этого дыхания не существовало. И я была благодарна Ремарку за его эту книгу.. и я благодарна ему всем своим существом. За правду, за боль...и за эти минуты когда ценишь даже свой собственный вдох, за то что дышишь "как в последний раз".

Мой обожаемый Ремарк. Мой бесконечно грустный потерянный в жизни друг. Его не ожесточило время, его не сломили события, он остался таким же человечным и понимающим, умеющим принять и простить. Просто он остался вне этого мира, вне этой жизни, в чём-то своём, не отпускающем и не пускающим никого в этот свой хрупкий мир. Он слишком запутался, а сил разобраться уже не было. Очень неоднозначная книга. Взгляд на войну глазами простого немца-солдата. О том времени, когда не дали жить. Кто-то так решил за целое поколение, за весь мир, а люди… Кому было дело до простых людей? У меня противоречивое мнение. С одной стороны, я понимаю чувства главного героя, простого солдата, а с другой стороны… Совсем недавно ведь прочла Б. Васильева «В списках не значился», и в горле до сих пор стоит ком, я тогда не могла остановить слёз. Но набираюсь мужества и принимаю главного героя, понимаю его чувства, его желания, его жизнь. Просто не было выбора. У многих не было тогда выбора. Выбор был только в одном – попытаться остаться человеком даже на такой войне как эта. На любой войне. Но закон войны суров: или ты или тебя, и выбор тоже зависит от человека. Главный герой сделал этот непростой выбор. А ведь могло всё быть совсем иначе! Совсем иначе сложилось бы время жить. Но кто-то решил, что пришло время умирать. Они проклинали нас, мы проклинали их. Но разве кто-то был в состоянии что-то изменить? В состоянии были только жить. Хоть как-то жить. В такой обстановке особо остро чувствуешь эту жажду жизни, жажду любви, жажду счастья. Когда весь мир рушится, когда кто-то решает что время умирать, почему-то очень хочется жить.

Дальше...

Три недели я провела с Гребером, простым немецким солдатом. Три недели его отпуска. Неоднозначны диалоги Гребера с Йозефом. Два противоположных человека. По сути, они в разных окопах, но все же они находят общий язык и вполне доверяют друг другу. Гребер едет на фронт убивать таких, как Йозеф, но здесь и сейчас он помогает ему. Ещё очень яркая сцена захоронение праха отца Элизабет. Ведь Гребер до конца не был уверен, что это именно его прах:

«…и если даже в ящике был совсем не прах Крузе, а многих жертв, может быть протестантов и правоверных иудеев, то и в этом случае сойдёт. Ни Иегова, ни Бог протестантов или католиков, вероятно, не станут особенно возражать».

«а перед нами всё цветёт, за нами всё горит… Не надо думать, с нами тот, кто всё за нас решит!».

Когда писала, в голове всплыла строчка из песни «Агаты Кристи» :

«над нами ангелы летят, в канаве дьяволы ползут, и те и эти говорят: «Ты нам не враг, ты нам не друг!» Ни там, ни тут!».

Именно такие, как Гребер очутились в этой ситуации – ни там, ни тут. Они больше не могли воевать, но и не в силах были прекратить войну, а хватило бы сил жить дальше, постоянно во сне слыша эхо войны? А дома ждут… Самое время жить, возраст такой – только жить… Ведь весна, всё начинает жить… И так не хочется умирать.

Без пересказа. Только мысли о романе и рассуждения, на которые толкнул Ремарк. Сколько же кропотливой работы, сколько мыслей, чувств, встреч, картинок пришлось пропустить через себя Эриху Паулю Анне Марии Ремарку... Тяжелая повесть и тяжкое бремя... Эрнст Гребер рядовой представитель потерянного поколения. Он едет в отпуск в гитлеровскую Германию из Восточного фронта, то бишь России. Но из ада прямиком попадает в город страха и сумасшествия. Мы не сможем взглянуть туда, где его не было. Мы не узнаем, умерли ли его родители, оставит ли он после себя наследника. Например, в "Жизнь взаймы" автор поведает нам и о том, чего не видел главный герой. А тут я, будто фронтовая вша, укромно припрятавшись в мундире, буду видеть и слышать только то, что окружает Гребера. О вше была шутка. Я была в герое, его мыслях, мозгах, чувствах, плоти и душе. Как тень и демон, как свет и ангел. Роман фундаментален, основателен и многогранен. Эрих бесподобно пронзительно, колоссально остро описывает события. С присущей ему психологией, с выворачиванием наизнанку состоянием души героя, он максимально приближает меня к действиям, буквально толкая в гущу событий... Его книги о войне как качественное кино, и даже лучше, ибо я люблю чувствовать под собственной кожей эмоциональные содрогания книжных героев. Это букинистический садизм по отношению к самой себе. Но без этого я и не притронусь к книге. С присущей ему старательностью, Эрих кропотливо вырисовывает каждую мелкую деталь своего романа, каждый миг и взгляд, мгновенья и электрические мимолетные свечения -- он штрихует и оставляет блики в моей памяти. Мы так никогда и не поймем загадки человеческой сути -- человек и самый прекрасный, и самый ужасный. То, что творят люди, не имеет границы зла и декаданса, и в то же время души людские -- прекраснейшее и противоречивейшие из созданий Бога. Сам Эрих воевал на передовой около двух месяцев еще в Первую Мировую, и, получив тяжелое ранение пятью осколками был освобожден от фронта. За взгляд, донесенный до читателя на бумаге, Эриха преследовали фашисты во главе с Геббельсом, активисты массово сжигали его романы, исполнители режима Гитлера травили его, очерняли, они устраивали различные ловушки, отрубили голову его сестренке Эльфриде Шольц. Во Вторую Мировую он эмигрировал в Америку. К счастью, этот Антивоенный Абсолютист своего времени не был годен к службе. Но опыт, пусть и короткий, выжег след в его душе. Он изуродовал, искалечил кусочек его Я. Это заметно по всем его произведениям, да и время было такое... Я уже писала в своей книге https://flibusta.su/book/71775-mezhdu-nami-voyna/ о том, что война уродует душу человека, войну невозможно пережить или забыть -- помимо абсолютного общного зла, это еще и душевный паразит индивидуума, что остается и терроризирует своего хозяина всю оставшуюся жизнь, где бы он ни был. Она диктует правила поведения тем, кто как-то пересекался с ней -- в тылу или на фронте. Произведение показывает нам множество социальных примеров, интересные и плачевные, нет, скажу -- попусту созданные жизни, пущенные в расход гитлеровской машиной. Да нет же, вся история человечества -- это войны и уроки выживания. Это урок того, что человек рожден для того, чтобы... умереть, кануть в лету. Единственное, что принадлежит ему и никто не в силах это отборать -- Любовь. Это ощущение любви. Продуманная и прагматичная любовь Эрнста и Элизабет не страстная, не первая умопомрачительная симпатия. Здесь два одиноких человека коллективным подсознанием создали Остров безопасности от Мирового Сумашествия. Человеку необходимо одобрение как воздух. Человек сойдёт с ума без счастья. Счастье -- это свобода, одобрение, безопасность и... еда. Её наличие, её обилие -- это еще одна гарантия, что ты Живёшь. В романах Ремарка присутствут халявная роскошь, как внезапно свалившаяся манна небесная, возможность ненадолго нарядиться в обманную мишуру пресыщенной богемной жизни. Ремарк очень смел, раз писал на такие острые темы. Да, безусловно, появляющиеся в романе персонажи имели прототипы, как и случаи. Еврей Йозеф и его изуродованные пальцы, -- не сомневаюсь, даже уверена, -- эту картинку Эрих Мария подсмотрел в реальности и перенес на бумагу. Он описывал СС, разные типы личностей, их обилие -- от фанатиков правительства, пушечного мяса до русских крестьянок. Он виртуозно и нещадно кричит о чудовищности военного светопреставления, показывает всю непостижимость и уродливую ужасность боевых действий и их последствий. Описываемые фрагменты как шокирующие откровения. Ремарк выразился о фашизме нетипично -- их бесконтрольное, липкое зло, господствующее высокомерие, и абсолютнейшее бессердечие немцы смешали с бюрократией. Ремарк сам был одинок в душе, это видно по героям его книг. Даже их ощущения эйфории, благоденствия и благодати -- всё рассмотрено под беспощадной призмой жалящего одиночества. Диалоги персонажей как его собственный монолог, обращенный к нам. Такие книги нужно читать, не делясь на национальности. Делать выводы и просто быть благодарным Создателю за всё то, что имеешь.