Век вожделения

— Мне пришла в голову интересная гипотеза, — сказал Леонтьев. — Взаимная неприязнь разных поколений — в диалектике природы. В обычные времена это проявляется вполне безвредно. Но в эпоху революции все меняется: биологическое напряжение между поколениями может принимать обличье политической борьбы. Может, к примеру, произойти так, что старый хитрый волк, примкнув к стае молодняка, подобьет их разодрать в клочки всех старых волков своего поколения.
— Да, но… — по привычке откликнулся мсье Анатоль, еще не зная, как продолжить спор. — Да, но в конце концов вся хитрость старого волка окажется тщетной, ибо молодые волки разорвут и его.
— Не обязательно, — возразил Леонтьев... — Вовсе не обязательно, — повторил он, — ибо, согласившись, чтобы он стал их вожаком, молодые волки будут связаны с ним узами вины за пролитую кровь. Расправившись с отцами, они признают своим отцом его и станут слепо подчиняться и превозносить его. Так оно и произошло — только раньше я этого не понимал.

Наш вид страдает эндемичной шизофренией - тем самым характерным сочетанием изобретательности и идиотизма, которые вы можете наблюдать у Бориса. Однако Борис - всего лишь несколько более ярко выраженный случай, чем большинство из нас. Человек Средневековья воображал, что можно купить отпущение грехов за наличные. Наши собственные убеждения столь же разумны. Больной мозг заставляет нес отплясывать на вечном шабаше ведьм. Если вы оптимистка, то вольны питать надежду, что в один прекрасный день произойдет биологическая мутация, которая излечит всю расу. Но бесконечно больше шансов в пользу того, что мы отправимся следом за динозаврами.

Причина, по которой Европа валится к чертям собачьим, - это, безусловно, то, что она признала конечность личной смерти. Этим актом отречения мы перерезали свою связь с бесконечностью, изолировали себя от вселенной, или, если хотите, от Бога. Эта утрата космического сознания, последствия которой заметны повсюду - в рассудочном характере современной поэзии, живописи, архитектуры и так далее, - привела нас к поклонению новому Ваалу - Обществу. <...> Истинное зло - это обожествление общества. Социология, общественные науки, социальная терапия, социальная интеграция, все прочее "социальное"... Раз мы признали смерть конечной, на смену космосу пришло общество. У человека больше нет прямых сношений со вселенной, звездами, смыслом жизни; все эти космические сношения монополизированы, а все трансцендентные импульсы поглощены новым фетишем - "Обществом". Мы больше не говорим гомо сапиенс, о человеке; мы говорим об "индивидууме". Мы не устремлены больше к доброте и благодеяниям; наша цель - "социальная интеграция".

- Люди не возражают, если ты станешь предавать человечество, но если ты предашь свой клуб, они сочтут тебя ренегатом, а ренегатов не любят, какими бы ни были их мотивы. Вас никогда не удивляло, почему даже атеисты уважают принявших католичество, зато священника, заделавшегося атеистом, все дружно ненавидят? Как бы мы ни протестовали - нас все равно никогда не простят за то, что мы отказались от собственных ошибок.

• Ты - неизлечимый мазохист, - сказал Варди. - Я отказался не от ошибки, так как за ошибку совершил не я, а партия.
• Дорогой мой, отступник остается отступником, даже если папа спит с собственной сестрой.