Великое посольство и первое заграничное путешествие Петра I

Намерение царя отправиться в заграничное путешествие не имело прецедентов в российской истории. Это был более решительный разрыв с традицией, чем все предыдущие новшества и “чудачества” монарха, что воспринималось соотечественниками Петра как дело неслыханное, если не противоестественное. Но, как уместно замечает М. М. Богословский, “воля Петра не знает никаких препятствий. Это — бурный весенний поток, ломающий и сносящий всякую преграду”2.

22 ноября с постельного крыльца объявлен указ, предписывавший “стольникам обеих комнат” (т. е. Петра и покойного Ивана Алексеевича) отправиться в Италию (39 человек), Голландию и Англию (22 человека) — “для научения морскому делу”. Речь шла о представителях знатных родов (Борис Куракин, Голицыны, Долгорукие, Шереметевы, Салтыковы и другие).

5 декабря дьяк Емельян Украинцев в Посольском приказе объявил, что “государь указал для своих великих государственных дел послать в окрестные государства, к цесарю, к королям Английскому и Датскому, к папе Римскому, к Голландским штатам, к курфюрсту Брандербургскому и в Венецию великих и полномочных послов: генерала и адмирала, наместника новгородского Франца Яковлевича Лефорта, генерала и воинского комиссария, наместника Сибирского Федора Алексеевича Головина и думного дьяка, наместника Волховского Прокопия Богдановича Возницына, с верю- щими (верительными. — Г. К.) полномочными грамотами для подтверждения... дружбы и любви для общих всему христианству дел, к ослаблению врагов креста Господня, салтана Турского, хана Крымского и вящему приращению государей христианских”3.

Вскоре, однако, топор был оставлен для весьма важного события. Едва закончились празднества, которые давал город в честь посольства, оно, по настоянию Петра, занялось устройством его свидания с Вильгельмом III. Встреча монархов состоялась 1 сентября в Утрехте (английский король в это время находился недалеко — в Ресвике, где велись переговоры о заключении мира с французами). Хотя свидание было приватным, “Статейный список” достаточно подробно описывает внешнюю сторону встречи, но о чем был разговор в “особом покое” Вильгельма с царем и послами, не говорится ни слова. О его содержании можно только строить предположения с той или иной долей вероятности.

Видимо, в начале беседы Петр испытывал одновременно смущение и восторженность от того, что осуществлялась его мечта — встретиться с обожаемым им “братом”. Преодолев смущение, Петр, наверное, увлеченно рассказывал своему прославленному, опытному, старшему по возрасту (Вильгельм родился в 1650 г.) и сдержанному в общении собеседнику о своих планах и начинаниях на Черном море. Из одного источника также известно, что царь поведал королю о своих заботах в связи с затянувшейся нестабильностью в Польше и о намерении поддержать Августа II войсками.

Саардам был выбран царем в значительной мере случайно. Местом обучения корабельному делу мог быть любой город-порт, имевший верфи. Так случилось, что среди голландцев, оказавшихся в свое время в России и общавшихся с царем, было много выходцев из этого города: они немало рассказывали Петру о родных местах. Саардам, несомненно, был одним из центров кораблестроения (но не самым крупным). На его верфях ежемесячно спускались на воду несколько судов разного водоизмещения. Мелкие суда через систему шлюзов, устроенных в теле дамбы (она отгораживала город от залива), своим ходом попадали в залив. Крупные корабли посредством механически