Но сейчас, пережив все то, что он пережил, имея все то, что он имел, он чувствовал себя глупо, как частенько чувствует себя самый умный мужчина, влюбленный в действительно умную женщину, а не просто "выгодно оттеняющуюся интеллектом".
Я про любовь ничего не знаю. Я чекист, это не моя специализация. Зато я точно знаю, когда у людей такие лица, как у них, когда они полощут ломоть сыра в чашке кофе, это значит, что людям нечего скрывать друг от друга. У них нет ничего тайного, что не стало бы явным лишь по факту своего озвучивания. Они просто-напросто одинаковые. Одинаковые образом мыслей. Одинаковые душевными движениями. Одинаковая мораль, точнее - ее отсутствие. Не в смысле, что они аморальны, хотя, конечно же, они аморальны в общепринятом смысле. Хотя на самом деле они выше морали. И если один из них решит кинуть другого хоть в чем-то, другой сразу будет об этом знать. В тот же самый момент, когда одному из них всего лишь придет в голову подобная нейронная вибрация. Появится легкое душевное движение. Между ними и этим кофе и этим толстым умягчающимся сыром нет места играм и интригам...
-И что, вот этот сыр в кофе и есть все-таки любовь?
-Не знаю. Я ничего не знаю о любви, я тебе уже сказал. Этот сыр в кофе - это честность. И единомыслие. Не пионерская готовность озвучить, если ты понимаешь, о чем я. Эти люди вместе, потому что им друг перед другом не стыдно ни за что и нет необходимости хоть что-либо скрывать друг от друга. Даже то, что у нее толстые ноги, у него - простатит и они оба оплавляют плебейский дешевый российский сыр в аристократическом горячем черном кофе элитных сортов. Они не боятся друг друга. И если любовь - это постоянное присутствие знания друг о друге и отсутствии между двумя людьми интриг, стыда друг друга и страха друг друга, то да - это любовь. И в такую любовь никто и ничто не влезай, поверь чекисту. Расплавят любого несгибаемого, как мягкий сыр в огненной черной жиже.
Соратники. Они соратники. Они уже родились соратниками. Это их предназначение. Которое выше любви.
-...А они не люди, в отличие от нас с тобой.
-Да уж, точно. Не люди. Нелюди.
-Нелюди, да. Хорошее слово. То есть, именно то, что я имел в виду. Не люди. Ангелы, например, тоже нелюди.
Ему не было так хорошо с тех самых пор, как он запускал в лужу кораблики. Вернее, с тех самых пор ему не было так свободно.
А ей - с того самого времени, когда еще папа был всегда рядом. Спокойно.
Тот, кто свободен, всегда хуже владеет манипулятивными техниками, чем тот, кто спокоен.
Разве важно, кто где родился, как вырос, где и с кем спит, если в данном конкретном случае - сегодня и сейчас - он держит в руках скальпель.
Ваша оценка
