
Русский рок
volhoff
- 235 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Многогранная, по-юношески лихая, но в то же время очень вдумчивая, преданная летопись советского рока от человека, который действительно может, хочет и умеет о нём говорить. Читать невероятно увлекательно, ты словно прямо там, наблюдаешь за событиями, разговорами, переживаешь и радуешься взлётам и падениям. Негодуешь, когда власти запрещают музыку, и злорадствуешь, когда правда всё равно пробивает себе дорогу... Личность автора тут видна, но не выходит на первый план, а скорее украшает и придаёт остроты. Артемий действительно прекрасный журналист, который не боялся опасности, не боялся быть запрещённым. Вместо этого он писал, вкладывал в движение душу и делал для него очень многое. В моём восприятии он занял место рядом с такими личностями, как Александр Невзоров и Анна Политковская. Троицкий шёл вместе с роком, будучи внутри стихии, подчиняясь ей и одновременно направляя её движение. Он не только хороший наблюдатель, умеющий анализировать причины и следствия, но ещё и исток многих значимых событий, фестивалей, успеха и известности некоторых групп. При этом он вполне объективен и, придерживаясь своих взглядов, отдаёт должное даже тем, кто не пришёлся по вкусу. Очень трогательно то, как он пишет о Башлачёве: словно о любимом младшем брате.
В книге упоминается столько потенциально-интересных композиций и групп (это даже если не считать дискографии в конце), что начинать слушать всё страшно: и без того огромный плейлист грозит разрастись до невероятных масштабов. Но в то же время это вдохновляет и завораживает: в таком разнообразии музыки точно можно найти что-то, что будет по душе и проживёт в плеере не один десяток лет.
Вообще, не может не поражать осознание, что у нас так много по-настоящему крутых, цепляющих текстов. Тысячи строк, которые хочется высечь золотом на скрижалях и выжечь в своей памяти. Чтобы намертво. Слова будто бы с совсем иного уровня восприятия. Может не нравиться мелодика, но влюбляешься в образы. Кто-то может не нравится как музыкант, но как поэт...
Единственный для меня минус книги - не ко всем фото есть подписи.

Троицкий в своей фирменной безапелляционной, едкой и остроумной манере разобрал всю историю русского рока, социальные предпосылки его становления, национальные особенности, эволюцию и сложные взаимоотношения с властью, кажется, перевернув все камни. Начав со стиляг и закончив перед самым крахом совка, он нарисовал портреты всех главных и многих второстепенных героев движения, беззлобно, но жестко дав им оценку, вне зависимости от заслуг и статуса, как умеет только он. Придраться можно было бы к тому, что выпустив книгу 91-ого года без тестовых изменений, как полномасштабному исследованию ей формально не хватает в хронологии ещё пары лет, исключительно ради фиксации момента клинической смерти. Однако дописанный к переизданию 2007-ого года грустный и непривычно сентиментальный для автора эпилог закрыл тему.

Да, книга немного затянута и неправильно структурирована. Да, Артемий Троицкий не публицист, хотя и журналист, хотя и музыкальный критик.
Но эта книга уникальное свидетельство эпохи. Из неё вы узнаете о тех группах и исполнителях про которых иначе никогда бы и не услышали. Также прочтете что-то новое о своих любимых певцах и авторах.
В чем главный недостаток этой книги? В том, что это не аудио, где текст сопровождали бы песни. Если кто-нибудь из издателей возьмется и выпустит такое издание, то оно непременно окажется на полке рядом с нынешним.

Больше всех обалдел сам Майк, дебют которого оказался сродни первому показу Элвиса по телевидению. Через пару дней он написал об этом песню со словами: "Слишком много комплиментов, похоже на лесть. Эй, Борис, что мы делаем здесь?"
Макаревича я ещё никогда не видел таким раздражённым. "Как тебе?" – "Омерзительно. Я считаю, что это хулиганство". Я ничего не мог ответить.
Стало ясно – что-то уходит в прошлое навсегда.

Я хочу сказать, что все было здорово! Потрясающе и фантастически, и, как пела моя и моих папы и мамы любимая певица Эдит Пиаф, «Je пе regrette rien». Ни о чем то есть не сожалею. Кроме того, что не смог стать сетью в тот момент, когда падал Башлачев.

«классический», самодеятельный советский рок, с его корявостью, колючестью и «патологической искренностью» (выражение С. Курехина)










Другие издания


