Миры Роджера Желязны. Том 2

Сочный, яркий, выразительный постапокалипсис от Гранд Мастера.
Судя по статье в википедии, это не первая книга в жанре постапокалиптики, но точно одна из первых, где причиной конца света служит ядерное оружие и где появились такие колоритные банды байкеров, окончательно введённые в канон серией фильмов "Безумный Макс". Саму "Дорогу проклятий" тоже экранизировали, надо посмотреть.
Коротко о препятствиях:
" — …И вы ехали через всю Долину?
— Ага.
— Ну и как?
— Плохо.
— А чего вы видели?
— Летучих мышей. Здоровых, как эта кухня, а то и побольше. Их там полно, на той стороне Миссисипи.
— Что вы с ними делали?
— Стрелял. Жег. Давил.
— А что еще видели?
— Чудовищ Хила — размером с амбар. Пыльных Дьяволов — это такие бешеные венки из ветра, они засосали одну машину. Огненные горы. Непроходимые заросли. Ехал сквозь бури. Ехал по таким местам, где земля как стекло. Или где земля тряслась. Ехал вокруг больших радиоактивных кратеров.
— Вот бы мне так однажды!"
Роман прямолинейный, как любая интерстейт-трасса: бывшему лидеру одной из мотобанд предложили или амнистию за поездку из ЛА в Бостон (вакцину отвезти надо), или гнить в тюрьме пожизненно. Выбор очевиден. И вот караван из трёх одиннадцатиметровых бронированных машин-монстров отправляется в путь.
Элемент развития персонажа ровно один: в какой-то момент путешествие через всю Америку для Чёрта Таннера из обязаловки становится делом чести. Почему имя Hell перевели как Чёрт, понятно в принципе, но всё равно не согласен.
Ах, Роджер, Роджер! С твоей лёгкой руки уже полстолетия по экранам и страницам рычат байкеры на мощных Харлеях и крутыши на бронированных тачках. При этом цивилизации нет! А первое, что накроется при любом апокалипсисе, это логистические цепочки нефтепоставок. В романе, например, на всё США осталось два города на разных побережьях. И это не сказать, чтобы нефтеносные регионы. Откуда же там бензин? За всё время пути Таннер ни разу не заправился. А ведь на пять тысяч километров бронированному автодому потребовалось бы примерно 1250-1500 литров бензина. В принципе реально, если соединить вместе три бака от грузовиков. Тут ладно, всё таки экспедицию власти снаряжали. Но вот откуда у банд байкеров, насчитывающих сотни участников, столько бензина? Не верю. Всегда мне это мозг царапало. Ладно бы, дело происходило в нефтеносном Техасе. Но ведь и там НПЗ встали бы в первую очередь. И если цивилизация рухнула, делать бензин получится только прямой перегонкой, когда из литра нефти получается грамм 150 бензина с низким октановым числом.
Вообще, постап в романе достаточно декоративный: деньги в ходу, есть полиция, тюрьмы, бары, сигареты, фермеры, бензин опять-таки. Машина Таннера вооружена ракетами, пулеметами, огнеметами. С гранатами непонятно - то ли есть гранатомёт, то ли из окна бросают. А ведь для современного огнестрела тоже нужна инфоаструктура. Это тебе не кремниевые ружья.
Короткий, динамичный, полный экшна и только его, роман.
Отличная жанровая литература!
9(ОТЛИЧНО)

Сначала общие наблюдения.
Желязны, как и Муркок, мастер работы с цветом и формой. Временами кажется, что не писатель пишет книгу, а художник. Ярко и насыщенно всё. К тому же территория снов располагает к обоазности.
Теперь о будущем в представлении раннего Желязны. На дворе — очередные дни минувшего будущего. Одна из ситуаций, приносящих сдержанное постмодернистское удовольствие — писатель описывает будущее, которое для читателя уже прошлое. Речь в романе о двухтысячных. И будущее это вызывает диссонанс. С одной стороны, интересные фантдопущения: разумные говорящие собаки-поводыри, автопилот в машинах, технология конструирования снов, роботы. Но вот с другой — это те же старые добрые пятидесятые, с их консерватизмом и патриархатом: непременные шляпы, костюмы и галстуки, сигареты, секретарши, членство в респектабельных клубах. Авторы шестидесятых, даже самые талантливые, такие, как Желязны и Дик, не представляли, как скоро и как кардинально изменится мир. Кислотно-хипповские шестидесятые и семидесятые, гиковски-неоновые восьмидесятые и девяностые, цифровые нулевые.
Сюжет нужен, в основном, чтобы вести нас от одной необычной снолокации к другой.
Доктор с говорящей фамилией Рендер, Творец-нейросоучастник, создаёт пациентам сны, добиваясь терапевтического эффекта. Давайте посмотрим, что рассказал нам о нём автор. Рассудителен, богат, честолюбив, увлечён своей профессией. В прошлом травма — гибель жены и дочери в автокатастрофе. В настоящем — целый букет хлопот. Гиперопека над сыном-вундеркиндом, болезненное любопытство к случаям суицида, роман с мисс ДеВилл (тёмная лошадка; глуповата, в разводе, но Рендер ей искренне нравится). Главное же — сеансы с новой пациенткой и будущей коллегой, слепым психоаналитиком мисс Шаллот.
А надо сказать, нейросоучастие штука тонкая и подходит только для лечения неврозов. Расстройства посильнее лечить опасно — психика больного может сломить психику врача и сделать его таким же психопатом. То же и с обезьянами. Коллега Рендера попробовал подключиться к примату и теперь сам обретается в камере с мягкими стенами, шарахаясь от каждого звука. Так что научить слепую видеть и создавать сны не так уж и безопасно.
На мой взгляд Желязны подогнал доктору столько проблем, что хватило бы на долю любого из персонажей большого американского романа. Не говоря уж об НФ-зарисовке объёмом в пару сотен страниц.
Как почти всегда у Желязны, в гомеопатических дозах присутствует юнгианство, буддизм и индуизм, таро, каббала, скандинавский и артурианский миф.
В основном же роман посвящён проблемам восприятия, попыткам изжить старые травмы, Эросу и Танатосу.
Но знаете, все поднятые темы не раскрыты до конца. Как будто студент первых курсов высыпал на нас свою эрудированность, но оказалось, что эрудированность эта поверхностная.
Финальное противостояние воль в эмулированном сне напрашивалось с самого начала. Даже удивительно, почему у некоторых рецензентов концовка вызвала непонимание.
Коротко: Шаллот была влюблена в доктора. Её воля оказалась сильней, на что намёки были с самого начала. Решила вести его под венец. Рендер же совсем запутался — ему мерещится то погибшая жена в ее любимом ожерелье, то ДеВилл на экскурсии в соборе, то сама Шаллот. У докторы были шансы победить пациентку, но он сказал ей, что ненавидит её. Ничего умнее придумать не смог. Последующий всплеск эмоций полностью сломал и подчинил его. Но он всё еще пытается дотянуться до заветной красной кнопки, прерывающей сеанс. Любопытна метафора Гирлянды лун. Это и ожерелье погибшей жены, и визуальное отображение кнопок машины, генерирующей сны.
Буду строг. Автор взялся за слишком толстый пучок тем. Не справился, рассыпал всё по дороге.
Стоит отметить, что я оказался очень традиционных взглядов на раннее творчество Желязны: всё, что традиционно считается шедеврами, мне нравится, а менее популярные вещи — не так чтобы очень.
В любом случае не жалею время, потраченное на ознакомление с библиографией Мастера.
6(НЕПЛОХО)

Почему решил прочитать: третий роман из условной мифологической трилогии Желязны. Небольшой объём
В итоге: третий в трилогии и самый лучший, самый поэтичный, самый масштабный и не скованный условностями роман! Начал читать и влюбился. Потрясающая образность и необычность всего происходящего. По красочности и полёту фантазии напомнило первую трилогию Муркока о Коруме. Что не удивительно: и Желязны, и Муркок — яркие представители Новой Волны в фантастике и "Порождения света и тьмы" и Корум были написаны примерно в одно время.
Роман был написан как писательское упражнение, без намерения его публиковать. И только благодаря настойчивости Дилэни книга увидела свет. В романе Желязны вовсю эксперементирует со стилем — в середине полностью стихотворная глава, в конце — глава, стилизованная под пьесу, местами — кислотная сюрреалистичная психоделика.
Вселенная, она же Срединные миры. И на полюсах этой вселенной Дом жизни под управлением Осириса и Дом Смерти под началом Анубиса. Но так было не всегда. Верховными богами были Сет и Тот, пока во вселенной не объявилась жуткое бессмертное существо, Вещь-что-плачет-в-ночи (некоторые считают, что тут скрыт образ Яхве. Мне так не показалось. Скорей, какой-то из лавкрафтианских богов).
Сет гибнет в битве, а Тот устаняется от управления мирозданием, полностью посвятив себя попыткам сдержать или уничтожить Вещь-что-плачет-в-ночи. Также по мирам бродят Триста Бессмертных. Боясь возвращения Тота к власти, и Анубис, и Осирис отправляют своих чемпионов найти и уничтожить Тота...
Как и у многих талантливых авторов, у Желязны в его ранних вещах, и в особенности в данном романе, заархивированы все те темы, к которым он будет не раз возвращаться в поздних романах, и в "Джекке-из-тени" и в цикле про Амбер. Центральное измерение, герой-телепортатор, необычные миры, свары могущественных сущностей.
Все сущности, носящие имена богов из разных пантеонов, носят эти имена просто так. Да и мешанина в именах порядочная. Превалирует египетский пантеон, но Норны и восьминогий конь прискакали от скандинавов, а Тифон, Цербер и сандали Гермеса — из Эллады. На самом деле это всё всемогущее постсингулярное человечество, обычные люди. Осирис тот ещё маньяк: нервную систему одного из врагов вплёл в ковёр, по которому ходит, а вместо пресс-папье использует всё осознающий череп одной из своих бывших подружек. Анубис — упивающийся властью и боящийся за своё место коварный тиран. И только Стальной Генерал максимально похож на метафизическое воплощение самого Духа Бунтарства.
У Желязны в романе несколько гениальных находок:
Планета, заключённая вместе с атмосферой во внешний океан. То есть ходишь по земле, но подняв голову, видишь как в бескрайней воде плескаются рыбки;
Боевое искусство темпоральной фуги — соперники скачут во времени всё назад и назад, плодя двойников и выискивая удобный случай атаковать. Битва заканчивается до своего начала, а история переписывается!
Под именем Скагганакской Бездны автор первым из фантастов ввёл в литературу только появившуюся в те годы концепцию чёрной дыры. "Пространство, в котором нет самого пространства";
Придумывает гениальную Молитву Агностика, ставшую затем весьма популярной.
Команда супергероев собирает для финальной битвы разбросанные по вселенной могущественные артефакты и противостоит заговорам, либо же участвует в них. А в конце три персонажа, три "волхва", при свете сверхновой приносят некоему младенцу свои дары.
Шедевр, веха, культовая классика, гениальный жанровый эксперимент. Хорошо, что добрался только сейчас. Вряд ли бы проникся романом в 1992 году, когда он вышел в жёлтой серии.
10(ШЕДЕВР)
Про переводы. Я читал, параллельно заглядывая во все три доступных перевода, причём перевод Лапицкого был не основным тестом для чтения. Что я могу сказать: читать этот роман надо в оригинале, так как все существующие переводы — вольный, куцый и слабый, пересказ происходящего. Если выбора нет — наверное, порекомендую Лапицкого. Я же, видимо, когда-нибудь соберусь почитать "Creatures of Light and Darkness" в оригинале.

Крутейшая обложка болгарского издания

Мастер снов - второй роман Роджера Желязны, который он создал в 29 лет. Когда еще были свежи знания, полученные при обучении в Кливлендском Западном университете, сначала на отделении психологии, затем на факультете английской словесности. Во времена, когда он был полон сил, идей и тяги к нестандартным произведениям. Молодой автор, не желающий вписываться в какие бы то ни было рамки. Человек, который сам не искал легких путей и другим их не предлагал.

Поэтому, читая роман Желязны, можно проверить себя на знание работ дедушки Фрейда, Юнга и других пионеров психоанализа. Можно поискать параллели с творчеством Достоевского. Открыть для себя Уолта Уитмена или Шарля Бодлера. Уловить блики поэзии Данте. Прислушаться к отголоскам скандинавской, греческой и библейской мифологий. Ухватившись за ожерелье из лун, выудить из озера легенду о Тристане и Изольде. Вспомнить об Икаре, чудом увернувшись от колесницы Фаэтона. Можно задуматься о природе сна, читая книгу, в которой нет четких рамок. И текст напоминает обрывки мыслей, которые нашептывает по ночам подсознательное. Где место действия резко меняется без всякого предупреждения и видимых причин. Где персонажи появляются словно ниоткуда, чтобы сыграть свою роль и исчезают в глубинах памяти.

А можно пофантазировать о ближайшем будущем. И вместе с Желязны представить, что совсем скоро по дорогам понесутся кары, которым не нужен водитель. Человечество примется активно осваивать планеты солнечной системы. Ученые изобретут аппарат, позволяющий видеть общие сны, моделировать миры, создавать и разрушать Атлантиду. Для слепых людей создадут уникальных собак-поводырей. Никакого подтекста, просто овчарка-мутант по имени Зигмунд. По разуму превзошедшая шимпанзе, а по словарному запасу - Эллочку-людоедку.

Или можно просто следить за историей человека, который решает показать мир слепой от рождения женщине, используя для этого свою память и неевклидову архитектуру сна. Берется за то, что еще никто не совершал. Но стоит ли облачаться в сверкающие доспехи и спешить на помощь, если сам тяжело ранен и до сих пор истекаешь кровью? Если самые цепляющие для тебя темы - то, что осталось от семьи и самоубийство. Если замкнут на себе. Если девять лет назад снег перестал напоминать романы Томаса Манна и музыку скандинавских композиторов. Если отныне и навсегда падающий снег — это белеющие где-то черепа. Если трудно избежать искушения добавить боль в ее идиллию. Один неверный шаг и ты обречен высматривать с утеса паруса возвращающегося корабля. Стараясь разглядеть белый цвет надежды вместо черного цвета отчаяния.

Весьма необычная книга. При этом очень типичная для Желязны. Принесшая ему известность. Наводящая порою на подозрения, что автора нам подкинули инопланетяне.

Прочитала тут на днях "Создания света, создания тьмы", но так до конца и не поняла, что это было. У повести (?) очень крутой уровень вхождения. Поначалу тебя медленно кружит вокруг кучи разрозненных героев, которых совершенно непонятно, как можно собрать воедино, всё как-то слишком красиво, поэтично и... Пышно что ли. Как бал в "Мастере и Маргарите", перемежаемый кучей стильных фотографий. А потом — БАЦ! Всё это резко собирается в один клубочек, и ты уже запутался где-то внутри него и не выберешься наружу, пока не дочитаешь.

Главные герои произведения — по большей части — египетские божества, правда, не совсем в том виде, в каком мы их привыкли видеть. То есть, кое-какой антураж они сохранили, например, собачью голову Анубиса и разрушительный буйный характер Сета, но в целом их главным атрибутом является скорее именно божественность, как таковая. То есть, это очень-очень могучие существа, рядом с которыми тусят другого рода существа, точно такие же могучие, но по-другому, а вокруг всей этой мощи носится неведомый копанный песец, который тоже постоянно лезет то туда, то сюда. Вплоть до самого конца так почти и непонятно, что это за Санта-Барбара, кто что хочет, кто кого подставил и кто кого родил (учитывая, что там есть персонаж, который зачал собственного отца, и они так ласково друг друга по тыковке гладят, лепеча: "Сынок! Сынок!")

И опять же, когда весь это бразильский (пардон, египетский) сериал уже почти окончательно взрывает мозг... Ровно за пару секунд до этого, словно в темпоральной фуге, вдруг появляется логичное объяснение, кто кого куда в какие щели и почему. И все расходятся пить чай с намёком на то, что это всё ещё не конец.

Очень стильная вещица с хорошим языком, которая затягивает именно на уровне атмосферности и эмоциональной вовлечённости в сюжет. Сюжет бодренький и драчливый, а ещё там есть малясь биопанка. В общем, годная фантастика на быстрое "проглотить".

Редкий случай, когда книга меня обескуражила как темпом, так и непосредственным наполнением. Начать хотел бы с мифологической составляющей, а тут она родом из Древнего Египта с лютым притягиванием за уши мифологии Древней Греции. Во-первых, Анубис не Аид, скорее Осирис – это Аид, и то, в разные периоды мифы Египта и Греции отождествлялись по-разному, что можно заметить и по роли Миноса.

Вот только, что оставалось неизменным, так это переход мертвых душ. В мифологии Древнего Египта, Осирис выполнял функции судьи умершего, а Анубис формально исполнял роль обвинителя, хранителя весов, на одну чашу которых клалось сердце человека, а на второе перо Маат. Если сердце было тяжелее, значит, грехи не позволяют человеку попасть в царство мертвых, а потому на суде его бросали в пасть Аммат.

В данном же произведении, в Царство мертвых попадают все без разбора, опаиваются до беспамятства, что схоже со смысловым содержанием реки Лета из Гадеса, а страж мертвых (кстати, эта функция у Анубиса тоже была не сразу и не одновременно с хранителем весов) уничтожает мертвых, лишь по своей прихоти. Не задумываясь о балансе и сохранении пространства мертвых. Данное обстоятельство, и не только оно, указывает на то, что спектр влияния и зон ответственности богов Древнего Египта сбит по воли автора, но смысла это не имеет.

Следующий факт – это то, что Тифон не бог египетской мифологии, хотя и отождествлялся с Сетом, но, опять же, происхождение и функционал, зона ответственности у Тифона и Сета разные, как и историческое взаимодействие с родственниками. Поведение богов Древнего Египта, которое описывает Р. Желязны, напоминает сериал про олимпийцев, или динамичную версию Американских богов Н. Геймана.

Повествование романа рваное, мозаичное. Присутствует игра с формой изложения. Текст дополнен размышлениями о жизни, смерти, и том, как оценивать существование, в том числе и искусственного интеллекта. Как авторский эксперимент для себя – норм, но как полноценное художественное произведение от фантастики, для меня – сомнительно.

Чем больше читаю Роджера Желязны, тем сильнее убеждаюсь, что не мой автор. Но не могу отказаться от попыток понять, чем его гибельное обаяние так привлекает фанатов, беру все новые книги - это уже не история про мышей и кактус, а вызов: какой ты, на фиг, читатель, если не в состоянии оценить прозы, от которой все вокруг в восторге? Итак, "Порождения Света и Тьмы" (вариантов перевода несколько, у меня этот). Соединение сверхтехнологии с древнеегипетскими богами на роли действующих лиц выглядит интересно и достаточно свежо даже сегодня, когда писатели в какие только эксперименты не пускаются, что уж говорить о начале семидесятых.

Ибисоголовый Тот (бог учета и контроля) некогда в-одиночку правил миром, поддерживая равновесие, но постепенно доверил полномочия помощникам, каждый из которых работает в соответствии с собственным пониманием прекрасного Осирис (бог плодородия) всюду насаждает жизнь, в то время, как Анубис ( в египетском пантеоне бог врачевания, в его ведении также мумифицирование) Желязны, считавший, что кто отвечает за погребальные обряды, тот и главный по смерти, делает его Истребителем, насылающим на множество миров чуму, войну, глад, блед и прочие пакости. В момент, когда Тот обнаружил на окраине мира какую-то Плачущую-в-ночи штуку, которая угрожала Вселенной и развоплотила его любимую жену Нефтиду. С какого перепуга? Нефтида, сестра Исиды, у египтян была женой Сета, такая суетная особа, шопоголичка и консьюмеристка в современных понятиях, а ее муженек, вот он как раз главный злодей пантеона. Но то как по правде, у творцов свое видение, сэр Роджер делает Сета рыцарем в сияющих доспехах - причем буквально, после тысячелетнего служения на Станции Смерти в подчинении у Анубиса, лишенный памяти и телесности, герой обретает плоть, которую жестокий повелитель тут же кромсает на куски (правая нога хрясь - и пополам, левая - хрясь и пополам) заменяя серебряными запчастями, прямо как у Железного Дровосека в сказке про Элли и Тотошку.

В общем, непросто, а чтобы жизнь уж совсем не казалась малиной, автор добавляет в копилку персонажей скандинавских Норн, которые тут не богини судьбы, а вовсе кузнецы, и дракона Тифона из греческой мифологии, правда тут он Дух Черной лошади и по совместительству брат большинства персонажей (они у египтян, помните, все друг другу одновременно дети и родители, сиблинги и супруги, есть отчего свихнуться специалисту по геральдике и строительству родословных древ). Пока Сет, понемногу приходящий в чувство, воюет за возвращение миру утраченного равновесия, в романе много чего происходит. хотя по-настоящему запомнится лишь скатологический эпизод. На всякий случай, здесь это про гадание по внутренностям, а не о том, что вы подумали. В момент, когда жрец, к которому герой обратился за предсказанием, потрошит своего конкурента, чтобы использовать его кишки в качестве гадательного инструмента, умирающий поправляет ошибки и неточности своего убийцы, участвуя в сеансе всем существом (простите, не удержалась, но такая уж это книга).

Как при такой масштабности и обилии супергероев Желязны умудряется быть невыносимо скучным - пожалуй главная для меня его загадка. Но ощущения от него можно сравнить с разжевыванием картона, и эта книжка еще ладно, сейчас расскажу о "Князе света", вот где жесть жестяная.

Этот тот случай, Имхо, когда форма превосходит содержание (для меня роман слишком странен). Книга написано просто чудесно, некаждое стихотворение столь поэтично как этот представитель фантастической прозы. Мне правда попалось не удачное издание с кучей ошибок, неправильно поставленных букв, что значительно испортило чтение.

Этот текст многоплановый, похожий на множество лоскутков, которые по началу кажутся совершенно не связанными между собой, но в итоге "сшиваются" в разноцветное полотно.
Роман для меня слишком сюрреалистичен, слишком сумбурен, слишком странен. Могу предположить, что он все-таки не доработан как другие произведения автора (ведь сам писатель называл его тренировкой). Я не получила удовольствия от наблюдения за развитием сюжета.

Автор рисует перед нами псевдомифологический сюжет. Главные герои - это боги и другие мифические существа и личности. Большинство - представители египетского пантеона, но есть и греки, христиане и даже представители теории о перманентной революции. Вопрос о их божественной сущности довольно сложен, здесь у нас 2 варианта: это действительно боги, это новая ступень эволюции (генной инженерии). И все эти герои страшно перемешаны между собой. Первые 2/3 романа не понятно кто, кого и за что. Временами произведение напоминала то фильм Болливуда (ты мой сын, я твой отец), то банальные бандитские разборки. Это портило впечатление.

В романе множество подтекстов (ну, я по крайней мере так предполагаю). Из важнейших мне удалось уловить лишь тот (весьма прозрачный), что относился к христианской религии и появился в самом конце романа.

Прочитать книгу, скорее всего, стоит. Тем более небольшой размер. Но вот советовать я её не буду.

Первый раз взяла книгу жанра тёмное фэнтези и ничего не поняла:)Как таковой жанр фэнтези для меня книга закрытая,за исключением Нила Геймана,всё пытаюсь найти произведения,которые понравятся и после которых смогу определиться,моё или нет.Как же невероятно красиво написана книга,такое ощущение,что находишься в подвешенном состоянии.Единственное что было понятно,так это борьба за власть,борьба богов,конечно мифология тоже не моя сильная сторона,но они очень напоминали богов.Рассказ о жизни и смерти,отличаются ли они или являются одним и тем же понятием,меня очень заинтересовал.Большое количество персонажей,в которых постоянно путалась.Книга оказалась не самой лёгкой для понимания,но тем не менее понравилась,большую роль в этом сыграл слог автора.

«Творец снов» Роджера Желязны — это яркий пример того, как замечательную идею о лечении пациентов с помощью специального устройства, моделирующего сны (иную реальность), можно угробить скучной подачей с претензией на заумность.

Что у автора получилось прекрасно, так это образ главного героя — сдержанного, интеллектуально одарённого, волевого, самоуверенного доктора; представителя редчайшей профессии будущего — конструктора снов. Возможно, персонаж вышел таким настоящим потому, что он является альтер эго самого автора... Писатель ведь тоже творец человеческих иллюзий, не правда ли?

Кроме того, мне понравилась открытая концовка романа, интерпретировать которую можно по-разному. Финал, дающий так много пищи для размышлений, как бы вынуждает перечитать книгу, однако делать этого совершенного не хочется по ряду причин.

Например, я не понимаю, зачем Желязны ввёл в сюжет сына главного героя. Зачем рассказывать читателям о том, что мальчика минимум раз в год переводят из одной школы в другую, а сам он умён не по годам? Всё это могло бы, наверное, представлять интерес, если бы история ребёнка органично вплеталась в общую сюжетную канву и связывалась со злоключениями его отца. В противном случае возникают вопросы без ответов. То же самое касается и некоторых других персонажей произведения.

Отдельно выскажусь по стилю повествования. История, рассказанная на страницах книги, хоть и линейна, имеет скачкообразные отступления, которые, по задумке автора, должны были, видимо, способствовать созданию особой атмосферы в книге. Одновременно с этим повествование перенасыщено аллюзиями, символикой и прочей психолого-философской атрибутикой. Однако взамен глубокой экзистенциальной прозы читатель получает сумбур из идей и метафор. Скучно.