Цитаты из книги Кодекс принца

Истинная природа секрета глубоко интимна, как всякое личное решение.

Однообразные и тупые занятия всегда мне нравились. [...] Вроде и дело делаешь, и мозги напрягать не надо - это по мне. Лучше, чем бездействие, совесть не мучает, голова свободна.

Тот, кто решил быть свободным, не имеет права на мелочность, дотошность, буквоедство.

В эту ночь я спал сном выжившего.

Люди Шенева нас так и не нашли, но мы знали, что опасность не миновала. Под этим дамокловым мечом наше счастье сохранило трепетность, которой лишены в своем унылом покое люди осторожные и законопослушные.

Во всех музеях царил один запах — пахло мумией. Даже в отсутствие мертвых тел — что было редкостью в этих местах, где покойники считались высшим шиком, — все равно воняло смертью, и не волнующей смертью кладбища, не лютой смертью поля битвы, а скучной, официально увековеченной смертью.

— Наверно, это хороший знак. Мы запоминаем то, что уязвляет нас и коробит. — Или пленяет.

Я повиновался. Она села, чтобы выпить. Пригубила и сказала тихонько: — Мне нравится, что моя жизнь, как и я сама, не имеет ни смысла, ни веса.

Я мог положиться на свою память: не она ли разбудила меня в четыре часа утра? Но увы, я не понаслышке знал о ее капризах: она порой выдает никому ненужные сведения, а когда информация необходима, молчит.

Я вдохнул запах, который всегда обожал, тонкую смесь плесени, старой пыли, сумрака и тайны — запах подвала.

— Да нет же. Человек мог испытать сильное потрясение, о котором я даже не знал. — Он имел бестактность испытать его в вашей квартире. Подите объясните это полиции. Даже если вам в конце концов поверят, пока суд да дело, труп остается у вас дома, трогать его не разрешается. Если он умер на вашем диване, вам нельзя на него сесть. Если дал дуба за столом, привыкайте делить с ним трапезы. Короче, вам придется жить под одной крышей с покойником.

— Если на то пошло, лучше вообще не принимать гостей. — Я рад, что вы сами это сказали. Да, лучше вообще не принимать гостей.

Это было тем более постыдно, что Олаф не мог защититься. Но в голове у меня уже зазвучали подленькие доводы незнакомого мерзавца, который живет в каждом из нас: «Брось, этому викингу еще повезло. Ты его не раздел и даже пока не обокрал». От этого «пока» мне стало гадко.