Шум и ярость. Осквернитель праха

Фолкнер поддаётся мне с большим трудом. Этот автор не страдает разнообразием сюжетов и тем. Писатель говорит с читателем о том, что его беспокоит в жизни родной страны и своего народа.
В романе «Шум и ярость» речь идёт об угасании одного состоятельного американского семейства с большой историей. Повествование охватывает продолжительный промежуток времени – около тридцати лет. За эти годы семья Компсонов теряет почти всё: веру в Бога и самих себя, былое материальное могущество и прочие важные верёвочки.
Для меня самыми интересными кусками романа стали написанный от имени психически неполноценного сына Бенджамина и авторский рассказ чернокожей служанки Дилси, которая хорошо относилась к Бенджи.
Часть истории, рассказанная Бенджи, показалась мне интересной именно из - за частых переключений с одного момента на другой, прыжки из одного дня в другой. Видимо, нездоровым людям свойственно подобное перемещение во временном и событийном пространстве.
Фолкнер использует приём ненадёжного рассказчика почти с каждым главным героем. Скорее всего, это сделано для того, чтобы сохранять интригу и путать читателя.
Читательская общественность питает особую слабость к семейным сагам, ведь все берут начало из семейного гнезда. Думаю, что именно поэтому книги Фолкнера сохраняют интерес мировой публики долгие годы.

Я крайне редко не дочитываю книги до конца. Либо книга идет слишком медленно и я начинаю параллельно читать другую, потом еще и еще... забывая в итоге о первой, но это очень-очень редко, обычно, я все-таки возвращаюсь к ним. Либо книга вызывает такое отвращение, что я оказываюсь не в состоянии дочитать до конца. На моей памяти это случилось всего один раз- это была какая-то книга Паланика. Теперь к ней присоединяется "Шум и ярость".
Я предпочитаю классическую литературу, люблю длинные описания, лирические отступления, размышления автора, глубокие проблемы, затрагиваемые в произведении...
Первая часть начисто вынесла мой мозг. Я не могла собрать все в одну кучку, не понимала хронологию, характеры персонажей, даже не могла долгое время соотнести героев и их имена. Повествование вступило в стойкое противоречие с моей логикой. Меня замкнуло, закоротило, я чувствовала себя зависшим компьютером, который не смог переработать входящие данные...
Дойдя до второй части, я обрадовалась привычным предложениям, но увы, преждевременно... В какой-то момент я поняла, что просто не в силах насиловать мозг дальше...
Я понимаю, это книга-эксперимент, поток сознания, но я не в силах это воспринять и понять. На фоне такого количества восторженных отзывов неловко чувствую себя ущербной и неспособной оценить гений автора.

Я честно пыталась вернуться к книге. Но нет. Не могу!

О...ооо, это нечто! Неописуемо. Никогда прежде я ничего подобного не читала. Это словно проникновение в чужой мозг.
Возможно, что-то похожее ощущают телепаты, когда читают мысли людей.

В процессе чтения я чувствовала примерно следующее:
Я виноградинка. Маленькая, обласканная солнцем виноградинка, упавшая прямо с лозы в миску с винегретом, на самое её дно. Я в шоке от происходящего...что я здесь делаю, что всё это значит и кто все эти скользкие пёстрые кусочки, облепившие меня со всех сторон? Как они сюда попали, как связаны между собой, как выглядели, когда были целыми овощами, а не мелко порубленными на салат квадратиками? Они все твердят что-то наперебой, а я улавливаю лишь хаотичные обрывки фраз, пытаясь сложить их в целостную картину. По мере продвижения по тексту я ощущала приближение спасительной ложки, которая непременно выловит меня из этой жуткой мешанины. Я вижу её. Ну вот же она! Она всё ближе и ближе, и вот - последняя четверть книги. Винегрет остался далеко внизу. Он теперь кажется понятным, хотя кое-какие моменты хотелось бы прояснить. Ложка подцепила меня и тащит прочь, на волю. Я почти спасена. И тут такая неприятность - ложка повисает в воздухе, стоп-кадр. И ни туда, и ни сюда. А что же будет дальше? Открытый финал. Как же так? Я знаю, многие читатели любят открытые финалы. Я их не люблю (или люблю чрезвычайно редко). А здесь вообще было такое ощущение, что повествование обрывается в самый кульминационный момент.

Это, конечно, не книга для скоростного чтения. Она сложная, и читать её нужно не торопять, подмечая все мелочи и детали. Чтение этой книги похоже на складывание пазла. На столе в хаотичном порядке лежат кусочки, и ты, то целенаправленно, то случайно, находишь нужные. Цепляишь их друг за друга и получаешь ясную картинку.

В первых двух частях информацию приходится вылавливать из спутанных мыслей, осколков фраз, на самом интересном месте борванных предложений. Пунктуация то наличествует, то отсутствует...по-началу это всё может показаться каким-то горячным бредом. Но на самом деле, конечно, в "Шуме и ярости" нет ни одного лишнего слова. Всё очень продуманно.
Теперь я знаю, что представляет из себя в литературе поток сознания. Впервые с таким стоклнулась. Ну чтож, читать это непросто, но увлекательно. Мне очень понравилось.

В первой части романа Фолкнер даёт читателю возможность побывать в голове у Бенджамина Компсона - неполноценного 33-х летнего мужчины. Через поток его сознания пробираться сложнее всего, но оторваться невозможно. Бенджи всё чувствует, ощущает, но не может понять и осознать. Его мысли прыгают с одного на другое, оттуда на третье... Но если внимательно вчитаться в этот поток обрывочных мыслей, то можно хорошо представить картину жизни семьи Компсон. Бенджи не имеет возможности задать вопрос, или рассказать о своих чувствах. Он может лишь выражать их через крик и плач, что крайне раздражает всю семью. Компсоны стыдятся Бенджи, тяготятся им. Посторонние боятся его. Родные охотно спрятали бы Бенджи в чулан и не выпускали на свет Божий. Бенджи очень любит свою сестру Кэдди, привязан к ней - и она к нему хорошо относится, жалеет его. А вокруг Кэдди столько шума. И ярости. Криков и обвинений. Что происходит? Что же проистоходит?!

Вторая часть - путешествие в сознание Квентина, ещё одного сына Компсонов. Он не выдерживает тяжести всего происходящего, позора, развала семьи. Решает уйти из этого мира. Квентин, как и Бенджи, очень любит Кэдди. Но Кэдди запятнала честь семьи, и теперь уходит...а без неё какой смысл жить?

Третья часть - повествование от лица Джейсона, брата Квентина, Бенджи и Кэдди. Благодаря нему обстановка проясняется, НО...какой же он гадкий! Грубый, подлый, эгоистичный. Крайне неприятный тип.

Четвёртая часть - уже от лица автора. Дело близится к финалу. И хотя он и открытый, всёже совершенно ясно, что семью Компсонов так или иначе ждёт гибель.

Нельзя не упомянуть таке о чернокожих слугах, в частности о Дилси. Она воспитала всех Компсоновских детей. Дилси добрая и сильная. Заботится о Бенджи. Она смелая, не боится выступать против Джейсона. Замечательная женщина! Самая приятная фигура в "Шуме и ярости".

А мать семейства...а что мать? Она вечно больная, страдающая, ноющая. Ей некогда заниматься семьёй, ведь всё её время и силы уходят на страдания.

Произведение невероятное! Оно стоит особняком от всего, что я читала доселе. Компсоны. История распада и гибели одного семейства. Признаться честно, это редчайший случай, когда форма покорила меня больше, чем содержание. Содержание прекрасно, но вот стиль повествования...выше всяких похвал!

Ох и тяжело же мне далась эта книга. У меня, наверное, явная нехватка серых клеточек, но такая литература, видимо, не для моего мозга. Либо, как вариант (который хоть как-то меня подбадривает) - такую литературу нужно читать глазами, а не слушать в аудио. Причем читать очень медленно, тщательно пережевывая каждую фразу, каждое предложение. И желательно читать так, чтобы ничто не отвлекало внимания.
Ну вот ради примера приведу цитату (орфография и пунктуация авторская, что пугает меня еще больше):

Бесконечные перескакивания с одних героев на другие запутывало меня безвозвратно. И порою приходилось возвращаться назад, чтобы понять, от чьего имени сейчас ведется повествование и о чем вообще речь...

С другой стороны (я же всё-таки поставила зелененькую оценку и достаточно высокую), в тексте встречаются совершенно потрясающие фразы и размышления, а местами даже тончайший юмор:

Классно, правда ведь?
Но самое ужасное, я так и не поняла, для чего всё это было нужно и какой во всем этом был смысл? :( Да, в книге есть сюжетная линия и взгляд на всю эту трагедию с разных сторон, но общая картинка почему-то у меня не сложилась.
Видимо, не доросла я до такой литературы. Либо нужно попробовать как-нибудь еще раз, но обязательно на бумаге.
А в целом рекомендую! Это очень своеобразный опыт.

...Почему я читала эту книгу?

Она давно маячила на периферии сознания, в разных, знаете, списках «великие романы такого-то века» или «должен прочитать каждый»; когда-то давно у меня сливались «Гроздья гнева» и «Шум и ярость» в усреднённое американское нечто ; потом я узнала и полюбила Стейнбека, «Шум и ярость» отсоединился от «Гроздей гнева» и зачем-то слился с «Войной миров» Уэллса.

Я пишу это, чтобы показать, что образ «Шума и ярости» в моём сознании сформировался довольно причудливый, но я ни разу не пробовала хотя бы погуглить Фолкнера и его произведения, чтобы лучше подготовиться.

На самом деле, я выступила идеальным читателем: непредвзятым, ненапуганным, не ожидающим подвоха. И в достаточной степени натренированным, чтобы это выдержать. «Достаточная степень натренированности» подразумевает, например, прочитанного годом ранее «Улисса»; если бы Фолкнер попался мне первым, я, возможно, его бы не осилила. Или не смогла бы им насладиться.

Книга, с одной стороны, сложная, с другой — читается парадоксально легко. Не знаю, как это объяснить. Она состоит из четырёх частей. Когда я начала читать первую главу, я быстро поняла, что передо мной поток сознания (спасибо тренировке Джойсом); потом поняла, что поток сознания принадлежит психически недоразвитому человеку.

После этого всё встало на свои места: я просто скользила по тексту, не ругая себя за то, что не могу «въехать» в сеттинг и разобраться с персонажами, не могу упорядочить события у себя в сознании; я просто, понимаете, ждала, что всё утрясётся волшебным образом, само собой. И я разрешила себе любоваться красотой текста (да, там, в потоке сознания душевнобольного, есть чем любоваться (!)). Я не воспринимала этот текст как труд, я не выделяла ему специального места в распорядке дня; я проскользила по нему, многое оценила, кое-что кольнуло больно, кое-что удивило, многое осталось за кадром, и я решила, что разберусь после. И оказалась права.

Из потока сознания Бенджи постепенно проступают его братья, сестра, родители, слуги (негры); всё путается местами, времена наслаиваются, Бенджи то пять, то тридцать три; очень многие фразы вроде бы должны что-то значить для героев, но пока ничего не значат для читателя. Но уже понятно, что читаешь историю семьи — и историю, должно быть, грустную.

Вторая глава написана от лица ещё одного члена семьи, Квентина, и это на ней я забуксовала и жаловалась, что «текст уводит от Бога», потому что автор мастерски погружает читателя в депрессию. Тут ты будто сидишь на корабле с пробоиной, корабль уходит под воду, а ты ничего не можешь с этим поделать, только наблюдаешь. Да, есть такой вид таланта — уводить читателя за собой в ад, только я предпочитаю, чтобы меня потом вывели на свет.

Третья глава поживее; тут нет смерти, суицида, нет жуткого ощущения нависшей тревоги, предчувствия смерти и чего-то страшнее смерти (без-Божия, неизвестности, не-прощения, не-прощённости — это я всё еще про вторую); глава написана от лица прагматичного, будем честны, мудака, который в конце получает по носу (и, впрочем, очевидно, что щелчок этот ничего особо не изменит и на пользу не пойдёт никому).

Всех жаль, никого не жаль, на самом деле; корабль продолжает движение вниз, читатель всё так же не может спрыгнуть и спастись и вынужден наблюдать за деградацией и распадом семейства.

Четвёртая — она такая... в ней присутствует Бог; она написана не от первого лица, здесь рассказчик, наконец, автор, и он выводит на сцену единственного (как я поняла, прочитав позже комментарии самого Фолкнера) персонажа, не утратившего нравственной опоры, — чернокожую няню/служанку, которая многие годы наблюдала вот это всё, описанное выше. Я думаю, что именно из-за того, что четвёртая глава в книге — последняя (и она же, на самом деле, начинает историю заново; я настоятельно советую после четвёртой сразу прочитать первую), после книги не остаётся мрачного ощущения. Парадоксально, но книгу о распаде семьи, о безнадёжности, о не-понимании и не-любви я лично закончила читать со светлейшим чувством.

Я думаю, что я неисправимый оптимист (иногда мой оптимизм вынуждает меня «вчитать» в текст то, что автор никаким образом не «хотел сказать»).

Я не знаю, о чём писал Фолкнер, когда писал финальную сцену. В ней слабоумного Бенджи везут на повозке, и чернокожий слуга Ластер (грубый, недобрый, на самом деле, человек, который не упускает возможности поиздеваться над Бенджи), поворачивает карету вокруг памятника не в ту сторону (нарушая привычный для Бенджи уклад вещей); слабоумный начинает кричать.

Джейсон, тот самый прагматичный мудак из третьей главы, вскакивает на подножку, отталкивает Ластера и направляет повозку в правильную сторону, и... «взгляд Бена опять пуст и синь и светел, а фасады и карнизы уже вновь плыли слева направо; столбы и деревья, окна и двери и вывески — все на своих назначенных местах».

«Синь и светел» и «на своих назначенных местах» — я плакала; я, в общем, ничего толком вам не проспойлерила — в этой книге невозможно проспойлерить сюжет (он пересказывается в аннотации), и ни одна вырванная из контекста фраза не передаст полноводья катарсиса, который может (но может и не!) ожидать вас в финале. Со мной он случился. Я благодарна.

Я увидела Бога в «синь и светел», несмотря на то, что автор всю книгу убеждал меня в Его отсутствии.

Я закончу тем, с чего надо было начать, с объяснения названия:

Название романа "Шум и ярость" позаимствовано у Шекспира. В трагедии "Макбет" герой говорит о бессмысленности бытия: "Жизнь – это история, рассказанная идиотом, наполненная шумом и яростью и не значащая ничего".

Чтобы понять, какое именно «ничего» (и с какой целью) вложил в свою историю Фолкнер, надо, наверное, быть Фолкнером (или прочитать миллион литературоведческих статей); я исхожу из того, что каждая книга — костяк, который читатель дополняет, наделяет смыслами. Я прочитала историю идиота, на которого смотрит Бог. Божественный взгляд вполне нивелирует человеческое «ничего». Возможно, я ошибаюсь. Я говорила, что я оптимист.

Стоит приготовиться, что книга поначалу будет трудна. Сюжет идет вне времени, потому легко запутаться, где Квентин, где Квентина, какой возраст у Бенджи или он не Бенджи вовсе, что и почему. Да и не только в сюжете дело: сам текст странен, но вы поймете, почему. Мир умственно отсталого сам по себе не такой, как наш. Все миры субъективны, но его - определенно особенный. К нему нужно привыкнуть. Однако, потерпите, со временем вас озарит. Вы втянетесь и поймете этот мир, где рухнуло все, на чем держалась семья. Почему? Сложный вопрос. Характеры, условности, неоправданные ожидания. Как оно обычно бывает: люди женятся, мечтают о взаимопонимании и детишках, о том, как дети женятся на подходящих им партнерах, нарожают внуков, и вот - понимание слабое, из детишек один - умственно отсталый, второй не справляется с жизнью, третий злой, четвертая принесла в подоле. Кто-то бы понял и простил, а кто-то не может. И никогда не сможет. А потом и внучка даст семье жару. Так оно бывает, когда условности выше прочего, когда с любовью, заботой и общесемейными ценностями швах.
Грустная книжка, на самом деле, но сильная. Даже если поначалу не зацепит, не сдавайтесь - она стоит потраченного времени.

Ярчайшее произведение. Писатель погружает нас в жизнь чужой семьи, не плавно вводит, начиная издалека, намекая и разъясняя, а швыряет в омут событий. Его роман - как жизнь. Когда приходишь в новое место, никто не будет рассказывать предысторию, делать зарисовки характеров и прощать тебе промахи и ошибки "по незнанию". В жизни, как и у Фолкнера, все проще и яснее: вот люди, разберись, если сможешь. И вот когда получается понять кто они, что происходит и зачем вообще все это, ты и получаешь ни с чем несравнимое удовольствие, значительно превышающее интеллектуальную нагрузку в процессе чтения.
Браво, Фолкнер! Рекомендую.

В одной книге Бэнкса (а, возможно, не только у него) был такой момент: можно было забраться в голову любого человека. Меня тогда очень захватила эта мысль.
То есть, представьте, просто быть в голове: видеть "свои" ноги, шагающие по асфальту, слышать "свои" мысли, в общем полностью погрузиться в чужое сознание, как в своё собственное.

В общем-то, Фолкнер подарил мне такую возможность. Меня очень восхитил и порадовал этот литературный прием, который позволяет не просто "послушать историю", или "посмотреть историю в декорациях", а швыряет читателя в саму историю, прямо внутрь событий, ничего не объясняя и не разжёвывая. Швырнуть - а дальше сам разбирайся, что, зачем и почему.
Мне действительно очень понравилось это, и я с удовольствием пробиралась сквозь поток сознания героев (не вся книга написана таким образом, чуть больше половины), перескакивая с одного события на другое, из прошлого - в настоящее, от одного человека - к другому.
Всё было так, как в нашей голове и в наших мыслях: времена, люди, встречи, разговоры - всё переплетается между собой, то одно "всплывет", то другое. Мы в своих мыслях ведь никому не рассказываем историю своей жизни, мы просто думаем, причем постоянно, и не особо контролируя мысленный поток.
Вот так и здесь: мысленный поток, и ты рад, что тебе дали возможность "влезть кому-то в голову".

А теперь о минусах. Точнее, об одном огромном минусе: я не прочувствовала и не поняла ни одного героя. Вот уж поистине не знаю, чей это минус, кому: Фолкнеру или мне. Очень вероятно, что мне, особенно если учесть предисловие, в котором автор заметил, что, написав "Шум и ярость", он понял, что не умеет читать.
Этот вопрос "на засыпку": умею ли я читать? Видимо, нет.

Интересно отношение самого Фолкнера к произведению. В одном месте читаю вот что:

А вот в предисловии самого Фолкнера читаем, что в момент написания "Шума и ярости" он испытывал чувство, которое в последствии пытался безуспешно "поймать" в своих других книгах. Что это за чувство - удовлетворения? Счастья? Радости? В любом случае, по словам автора, он больше не смог обрести это ощущение.
Тем интереснее разобраться, что это за человек, и что это за роман, который так болезненно выделяется на фоне всего творчества автора.
Разобраться нам, читателям, которые не умеют читать.

Как бывает сложно найти в себе мужество встать на защиту невиновного, от которого отвернулись все. Ещё сложнее, если этот невиновный черный и ему грозит самосуд и линчевание.
Как же поступить 14-летнему мальчику - пойти против семьи и города или забыть об этом несчастном негре и выбросить всё из головы. И какое решение окажется правильным.
Очень тяжёлые темы отношения к людям другого цвета кожи, национальности и вероисповедания актуальны и сейчас. И какими бы цивилизованными мы себя не называли, в этих вопросах мало что меняется, к сожалению.