Цитаты из книги Избранное

Театр сменил церковь как место благоговения для жаждущих, а варьете собирается вытеснить театр. Развитие благополучным образом быстро катится по наклонной плоскости.

Удивительно, как быстро возделанное поле может снова одичать!

Они не скупясь выкармливают львов из бутылки, чтобы победоносно засадить их на всю жизнь в ящик или заставить выступать на подмостках варьете вместе с поблекшей дамой.

(...), яркий свет заставляет усталых и покорных львов щуриться. Глядя на них, я ощущаю мучительную двойственность соприкосновения культуры и варварства. Цивилизованные люди дьявольски жестоки, неумолимы, они не дают ни одному виду несчастных животных вымереть спокойно!

Высоко в белесом небе парит крылатое счастье, но пока не умрет, в руки живьем не дастся. Пока не умрет.

Иной раз ни за что бы не угадал, что в человеке заложено.

Каков гость таков и разговор.

Нравственный подъем становится все менее идеалистическим и в известном смысле опускается вглубь.

За что ни возьмись, во всем видишь вопиющую двойственность.

И, умирая, каждый ощущает не собственное падение на землю, нет, ему, верно, кажется, будто многотонная тяжесть всей Земли со страшной скоростью летит на него и разбивает ему голову.

Все мы не без греха, и должны быть благодарны, если кто-то взваливает на себя крест и принимает страдание за всех нас.

Впрочем, иной раз и глупая голова может сослужить службу человеку.

Лауст был упрям, а упрямство не подмога нищему парню.

- Вот и надумала: приведу-ка я ее на ярмарку, пусть постоит в компании с другой животиной, в кои-то веки немного развлечется, раз ей так тоскливо одной. Ведь вреда от этого никому не будет, подумала я. Вот мы и отправились сюда. Но мы непродажные. А теперь пойдем домой. -(Ане).

В своем упорстве он поклялся сатане, что не вернется, и не вернулся никогда.

Ты можешь победить весь мир, но доколе не одержал победы там, где совершилось падение, дотоле не сможешь обрести утраченное достоинство.

Вот к чему пришли они оба — двое бунтарей! Король Кристьерн, который ворвался в жизнь пылко и нетерпеливо, достиг своими гигантскими планами лишь того, что сделал Данию страной, выпавшей из настоящей истории. Миккель Тёгерсен, наделенный царственной гордыней и неутолимыми стремлениями, сделался прародителем разветвленного рода умствующих людей. Вот они сидят в заточении друг подле друга — два родоначальника целой династии мечтателей и фантазеров, витающих в облаках.

Кто не умирает с каждым прожитым днем, тот и не живет.

- Каролус сказал мне, что абстрактная мысль через какое-то время возвращается к исходной точке. Это означает, что как только ты приближаешься к истинному решению проблемы, она как таковая перестает существовать.

— Видите ли, господин Миккель, знание удваивает загадки.