La Vie Devant Soi

Signe Ajar, ce roman requt le prix Goncourt en 1975. Histoired'amourdun petitgarcon arabepour une tres vieille femme juive : Monro se debat contre les six etages que Madame Rosa ne veut plus monter et contre la vie parce que "9a ne pardonne pas" et parce qu'il n'est "pas necessaire d'avoir des raisons pour avoir peur". Le petit garcon l'aidera a se cacher dans son "trou juif", elle n'ira pas mourir a l'hopital et pourra ainsi beneficier du droit sacre "des peuples a disposer d'eux-memes" qui n'e...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

2K оценок

5
55%
4
31%
3
11%
2
2%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 2251Хотят прочитать 2920

Рецензии

Anthropos
10 января 2019
Не надо печалиться, вся «жесть» впереди ©
Существуют различные виды восприятия. Можно увидеть слона и сказать: «Это слон, такое большое животное. Elephas maximus, например». Можно увидеть в слоне 25 килограмм слоновой кости. Можно восхититься, какой у слона большой… хобот. Еще можно подумать над его ролью в жизни какой-то там деревни. Можно при взгляде на слона вспомнить массу культурных отсылок, хоть про слона Ганнибала, хоть про слона Гавроша. И все это из-за одного единственного слона.
Замените слона на парижские трущобы. Что-то изменится? Не слишком. Их тоже можно описать по-разному, например, как сделала плеяда французских писателей-реалистов второй половины 19 века – с максимальным реализмом, с размахом, с полнотой картинки. А можно и не рисовать огромное полотно, ограничиться описанием группки людей и их взаимоотношений. Последнее – путь писателя Гари, внезапно оказавшегося Ажаром. И нельзя сказать, что он плохо написал, что вы, разве можно на такую тему написать плохо? Это же постараться еще надо, а Гари-Ажар – писатель, нет ПИСАТЕЛЬ. Все хорошо в его романе, но не совсем. Там есть эмоциональная часть, большая (слон), видимая, которой автор заманивает своего читателя. И есть случайно пробившиеся поводы для размышления (мыши). Давайте попробуем отделить слонов от мышей.
Представим, некоего ~~слона~~ писателя в вакууме, который хочет создать эмоционально наполненное сочинение. Он может пойти по пути классического сентиментализма, и наполнить роман страдающими девушками и плачущими юношами, которые никак не могут соединиться из-за родительской воли, злой судьбы, да хоть нашествия крыс в 1282 году. Но это плохой путь, классический читатель пресытился этим еще в 19 веке. Современный читатель требует иного, погружения в некую среду, которая описана и реалистично, и с юмором, чтобы чуть пощекотать нервы мерзким, но тут же и поплакать, чем больше разных стимулов для чувств намешать, тем лучше выйдет. Описание трущоб для этого подходит идеально. Взять и описать быт проституток и сутенеров, но так слегка, без подробностей, без жестокости и насилия, а то вдруг девочки-подростки книгу читать будут. Показать старую уродливую тетку, заплывшую жиром, но опять же изобразить так, чтобы сочувствие вызвать, а до мерзости не добраться, даже когда она ходит под себя, читатель не должен зажимать нос, вдруг ему кислорода не хватит. Показать мир ребенка выросшего в этой среде – наивный чистый взгляд мальчика, который ничего не понимает, играет в куклы в 14 лет и выбрасывает деньги из принципа. Это же так мило, так реалистично! И умеренно тасуя красивые и грязные образы, мешая портрет Гитлера со смешным еврейским выговором, героиновый шприц с рассказом о собачке, проститутку-трансгендера с красавицей «не от мира сего», грязные задницы с наряженным «под клоуна» зонтиком, можно очень хорошо заставить читателя почувствовать себя в шкуре этого подростка, но без проблем этого подростка. А ведь проблемы есть, просто за всей этой эмоциональной мишурой, за трогательными отношениями старухи-еврейки и арабского подростка, за мечтами и обязательным хэппи-эндом, проблем незаметно. Но я вам сейчас про них расскажу.
Первая мышка (на самом деле огромная жирная крыса) – настоящее описываемых событий. Автор пытается представить, что все происходящее является нормой. Нет, я не про бедность, торговлю собой и другие вещи, они-то может и печальная, но правда жизни, этим можно возмущаться, с этим можно бороться, но это есть. Я про саму ситуацию главного героя книги. Он живет у сходящей с ума старухи, не получает воспитания и образования, вообще не понимает реальностей этого мира, при этом сам проявляет склонности к психическим расстройствам (в таком-то окружении да еще и с наследственностью повезло). При этом автор не пытается показать, что это все ужасно. Нет, он предлагает полюбоваться на сладко спящего в подворотне мальчика, на его любовь к зонтику, на взаимоотношения с врачом (который тоже считает все нормальным, он точно врач?), на то, как красивая девушка-актриса дубляжа сразу полюбила арабского подростка из низов, словно родного сына. Все это ведь так мило! Его страсть к клептомании – это же забавно, суицидальные наклонности – ха-ха. А финальная сцена? Подросток отводит умирающую старуху в подвал, прячет ее от всех, чтобы ее не увезли в больницу, поливает духами и лежит с ней рядом, пока она не умирает. Это прекрасная сцена, полная любви и человеческого тепла? Нет, это что-то нецензурное.
Вторая крыса – будущее. Книга называется «Вся жизнь впереди», этим как бы автор ненавязчиво намекает, вот было трудное детство, сложный жизненный опыт, но ведь дальше все будет хорошо. Героя ждет прекрасная жизнь в новой семье, счастливая судьба и пряники с какао. А вот и нет! Вообще сложно представить, чтобы его так раз – и усыновили после пары разговоров. Он же не пятилетний малыш, у которого действительно все впереди. Он абсолютно необразованный подросток из самого неблагополучного района, с опытом пьянства, воровства, вероятно насилия, и с отклонениями в психике. И его в семью с двумя маленькими детьми-ангелочками? Сложно представить. Но предположим, его так полюбили и усыновили, что же за жизнь его ждет? В лучшем случае много лет интенсивной психотерапии, много работы родителей и специально нанятых педагогов, чтобы сделать из него хоть что-то цивилизованное. При этом все равно вырастет человек с не самым лучшим характером и, возможно, не самой лучшей судьбой. В худшем случае, он ограбит своих приемных родителей и уйдет снова на самое дно. Не слишком похоже на счастливый финал, не так ли? В другие варианты я поверить не могу, не сказку же я читал, в самом деле.
Автор хотел вызвать эмоции, он их у меня вызвал. Пусть они негативные и постоянно перемежаются внутренними возгласами «не верю!». Мне показали слона и попытались представить его маленьким и пушистым. Но ни Гонкуровская премия, ни масса восторженных рецензий не убедят меня в этом. Слон имеется, с научным интересом взглянуть на него можно, а вот иллюзии вокруг него создавать не стоит. А то задавит ненароком, со слонами это бывает.
Читать далее
88 понравилось
11
5,7K
bumer2389
2 мая 2026
И это все называется...
Бороться за жизнь.
Первое мое знакомство с автором, и я немного опасалась, потому что...
Если вы пытались найти эту книгу и не преуспели - попробуйте искать по автору Ромену Гари. Да, это один и тот же человек, но в этом не разобрались даже учредители Гонкуровской премии, хотя грозились в одни руки больше одной не давать. Ха!
А вот история здесь... О своей жизни нам расскажет 10-летний арабчонок Мухаммед, можно Момо. В процессе он еще обретет добавочные четыре года, но лучше пусть сам откроет эту тайну. Он - один из детей мадам Розы, но нет, не родных. Время это (только-только) послевоенное, и данной мадам буквально оставляли детей на доглядывание всяческие... личности. Потому что французское Общественное Презрение (читай, приют) - еще хуже. Конечно, мадам просила оплату за свои услуги - растущие организмы (и ее в том числе) все-таки надо прокармливать. Но! Ни одного ребенка, за которого переставали платить, она не выгнала.
А еще это вроде Париж, но какой-то то ли пригород, то ли район, в основном населенный мигрантами. Из различных уголков Африки и остального мира, кто-то приехал заработать быстрые деньги, оставив дома семью, кто-то... Да и сама мадам не коренная парижанка, и биография у нее очень насыщенная. И...
Даже не хочу говорить, что книга - об изнанке жизни. Более-менее благополучные люди привыкли не замечать: попрошаек, мелких торговцев, дворников. Но это тоже человеческие существа, у каждого есть жизнь, семья, биография. Кто-то получает хорошенький домик с садиком, а Момо за свои 10-14 лет - насмотрелся... жизни. Дам, выстроившихся на площади Пигаль и других злачных местах, которые чаще заметят одинокого потерянного ребенка, приласкают его и покормят. Был здесь такой персонаж мосье Хомиль, который больше других любил Виктора Гюго и внушил Момо, что тот должен написать когда-нибудь своих отверженных. Ну а мадам Лола - это разговор отдельный...
Эта книга - об отсутствии рамок, условностей, мерок. Момо терпеть не может, когда людей меряют социальным статусом, деньгами, да даже гендером. Мадам Роза не забывала указывать Момо его место - она все-таки ему не мать. Она для него - нечто большее. Мне много что вспомнилось. Например, Джон Стейнбек - Гроздья гнева , когда сэр Джон говорил, что бедняки скорее помогут и поддержат в горе. Так и здесь - словно все соседи и весь квартал помогал и участвовал. Романы Джона Ирвинга вроде "Отель "Нью-Гемпшир" или Джон Ирвинг - Мир глазами Гарпа , где люди живут, как хотят, и отстаивают свое право на это. А, думаю, прекрасной Роберте с мадам Лолой было бы что обсудить. И даже фильм "Неприкасаемые" (который "1+1). Не в части крутых особняков и тачек, а того квартала, где жил Дрисс до знакомства с Филиппом. Вот прям словно наглядная картинка рисуется...
Невероятно пронзительное произведение. Но ощущается оно не как грязная лужа, а как ледяной душ. У Момо даже друг один-единственный, зовет он его Артур, потому что это - разряженный зонтик... Это - тяжелая жизнь, довольно грязная, местами даже незаконная, но - словно что-то... Ведь, как говорит мосье Хомиль

Хуже всего жить, никого не любя
Со всем остальным как-то справиться можно.
Труднее всего такие книги советовать. Это не ванильная пасторальная картинка, но и намеренной слезодавилки, как говорил тот же Дрисс, "Как на телемарафон" тут нет. Жить-то как-то надо, и хорошо, когда рядом оказываются люди, которые понимают, что человеку нужен человек. Поэтому посоветую тем, кто сможет оценить этот посыл
Читать далее
85 понравилось
1
394
Grizabella
12 июля 2012
История длиною в бесконечную любовь, рассказанная 14-летним подростком.
Есть в Париже такой квартал – Бельвиль - место, где проживают не французы, а евреи, арабы, черные. И живет среди всей этой братии сорванец Момо – смышленый, шустрый, не по годам взрослый, ни разу не образованный, но такой умудренный жизнью арабский мальчишка. Он умеет все: подтирать попки обделанным малышам, воровать, филосовствовать за жизнь, истерить, бегать за продуктами и вчистую обманывать искушенных опытом, но таких наивных, взрослых. У него нет папы, зато есть тайна происхождения. Нет собаки, зато есть деньги, спущенные в канализацию. Нет еды, зато есть красавица Лола – добросердечный трансвестит из Булонского леса. Нет мамы, зато есть старая еврейка Мадам Роза, воспитывающая детей шлюх…
Мальчик, которого недолюбили. Малыш Момо, которого хочется усыновить. Он ворует яйца в магазине в надежде привлечь хоть какое-то внимание к себе. Ему хочется иметь семью, а получает взамен лишь полуулыбки, обнадеживающие, как ему кажется, но такие безразличные на самом деле. Он рыдает, когда узнает, что можно прожить целую жизнь без любви…
Сердечко у Момо большое и теплое. В нем так много места для любви, что даже поместились все без остатка 95 килограмм Мадам Розы, и даже три волоска в придачу :). Что ждет их – таких разных, но таких родных друг другу людей?
Конец их любви ошеломил…
Читать далее
85 понравилось
15
757