Кабинет восковых фигур

Сразу хочу предупредить потенциальных читателей, что, несмотря на название «Вальпургиева ночь», шабаша не будет. Вальпургиева ночь в данном случае – это космический шабаш, разгул насилия и жажда крови в умах героев, которые находят свое воплощение во вполне конкретных событиях. Видимо, обстановка Первой мировой войны, когда вышло в свет это произведение, способствовала созданию картин всеобщего хаоса и кровопролития.

«Вальпургиева ночь» является своего рода продолжением темы, начатой Майринком в "Майстере Леонгарде" . Даже странно и, в то же время логично, что я совершенно непреднамеренно выбрала у автора два произведения подряд, связанных одной темой. То, что в «Майстере Леонгарде» вылилось в готическую новеллу, в «Вальпургиевой ночи» приобрело более детальную романную разработку, разворачивающуюся на нескольких планах. Но в обоих случаях мы имеем дело с семейной программой, из которой герои не имеют сил выйти, и их фатальным и страстным стремлением к предопределенной участи. И все это, разумеется, замешано на роковых отношениях полов.

Интересно, что в «Вальпургиевой ночи» мы имеем с зеркальным отображением этих отношений по сравнению с «Майстером Леонгардом». Если там женщина – это пассивный объект, жертва или орудие мужчины, то в «Вальпургиевой ночи» все меняется местами. Собирательный образ женщины в этом романе – это что-то вроде: убийца-вампирка-шлюха. Лишь на втором плане присутствует почти молчаливая фигура приемной матери, готовой на любую жертву ради чистоты (метафизической) своего сына. Если же мы всмотримся в образы мужчин, то увидим: импотента, импотента и… импотента! Не в физическом, а в моральном смысле. Ни один мужчина не может реализоваться кроме как в собственной смерти, которую он не выбирает, тогда как женщины представляют собой активное и действующее начало.

Вообще, специфические отношения между мужчинами и женщинами – неотъемлемая и сложная часть всех романов Майринка. Он постоянно разрабатывает тему поиска двумя своей мистической половины, и надо сказать, что если обратиться к хронологии его произведений, то ему удалось продвинуться от инцестуальных разрушительных отношений в «Майстере Леонгарде» и «Вальпургиевой ночи» к поиску высших ценностей при помощи мистического союза в "Зеленом лике" и Ангеле западного окна . Видимо, автору удалось в конце концов благополучно встроить свою аниму в ментальное пространство и превратить её из фигуры явно враждебной в союзницу и проводника в духовный мир.

Отдельного упоминания заслуживает предисловие Головина, который в свойственной ему манере разводит такую алхимию, что иногда даже кажется, что Майринк и не имел ввиду, всего того, что увидел комментатор, но зато какой мощный ток образов и идей! Кроме всего прочего, Головин обращает внимание на посмертную судьбу романов Майринка. При жизни тот был очень популярен, каждый новый роман становился бестселлером, а потом его почти забыли, и вновь извлекли его творчество на свет во второй половине 20 века французские интеллектуалы оккультного толка, за что им огромное спасибо.

С одной стороны, произведения Густава Майринка не всегда зрелы и несколько однобоки, что совершенно не мешает их любить. Автор так легко и иронично жонглирует эзотерическими и мистическими темами и так вдохновенно воплощает их в своих странных причудливых героях, которых выпускает в совершенно нереальное мета пространство, возникающее на почве совершенно реальных городов, в случае «Вальпургиевой ночи» – Праги, что читать их одно удовольствие. Рекомендую.

Произведение Густава Майринка "Вальпургиева ночь" страшно и безжалостно. Как раз под стать названию. Автор обошелся без ведьм, хоть события в книге и происходят в колдовскую Вальпургиеву ночь. С 30 апреля на 1 мая, когда появляется брешь между мирами и в человеческий мир проникают демонические силы. К чему же это может привести? Восстание. Кровавое восстание, которое будет подавлено не менее кроваво.

Именно проникшими в человеческий мир демонами Майринк объясняет ужасы Первой мировой войны. Хотя позже "Вальпургиеву ночь" будут воспринимать как своего рода предостережение. Роман, изданный в 1917 году словно предсказал националистическое выступление в Праге в 1918 году.

Мог ли писатель выбрать более подходящий город для своего мистического романа, чем Прага? Старинный город с потрясающей историей, в котором дворцовых интриг и заговоров было ни чуть не меньше, чем при французском дворе. Прагу, город, ставший эпицентром Космической Вальпургиевой ночи, вполне можно считать отдельным героем. Город в романе разделен: в верхней части живут аристократы, которые свысока поглядывают на тех, кто обитает в нижней его части. Но в Вальпургиеву ночь столкнутся не только реальный и мистический миры, но и "высшее станет низшим, а низшее высшим".

Но всё же автор предлагает нам проследить и за другими персонажами. Не менее интересны Тадеуш Флугбайл, императорский лейб-медик и его бывшая возлюбленная Богемская Лиза.

На момент действия в книге, Лиза уже не молода. Это опустившаяся проститутка, обнищавшая и зарабатывающая на жизнь гаданием. Но стоило ей увидеть Тадеуша, любовь к нему вспыхнула с новой силой, любовь ее юности. Она привыкла жить прошлым. Вспоминать времена, когда была молода и красива, ела из серебра и спала на перинах. Сейча Лизе ничего уже не нужно от Тадеуша, она лишь старается ничем ему не навредить. Она просто его искренне любит и любила всю жизнь. Она готова отдать жизнь, лишь бы спасти его.

Интересен и сам лейб-медик. "Прошлое и настоящее сплелись в нем в какую-то кошмарную явь". Тадеуш разрывается между прошлой, молодой Лизой и умудренная опытом и годами Богемской Лизой. Сознание Тадеуша словно помутилось. Он не может разобрать, где его прошлое, а где настоящее.

Будоражит "благородное общество" загадочный актер Зрцадло, который способен меняться, подстраиваться под тех, с кем говорит. Он способен перевоплотиться до не узнавания и предстать перед присутствующими в облике их давно почившего родственника. Богемская Лиза его приютила потому что он напоминал ей ее возлюбленного. И она же говорит, что Зрцало -- сомнамбула, хотя Флугбайл увидел, что Зрцало не человек, а средоточие демонических сил. Как иначе можно объяснить, что он принимает облик усопших, которых не знал, да и не мог знать.

"Вальпургиева ночь" -- роман на грани мистики и реальности, иронии и предостережения, как обычная жизнь может измениться в одночасье и в нее ворвется хаос и кошмар нашего бытия в ту самую неумолимую ночь.

Конечно, крайне загадочно. О Вальпургиевой ночи, которая иногда существует внутри нас, предсказывая страшные изменения и болезненные потери. О пустоте и шаманах, умеющих использовать тела других для того, чтобы достучаться до умеющих слушать. Об аристократии и пролетариате, о снах, полных реальных предзнаменований, и реальных событий, исполненных тайны. И Смерть, и Сон, по сути, ведут разными дорогами к одной цели.
Мистика, переселение душ, портреты мёртвых, управляющие живыми, азиаты как духовные лидеры Вселенной, указующие Путь, и актёр Зрцадло (Зеркало), способный отражать малейшие движения души собеседника... И Прага, конечно, главным лейтмотивом. За одну Прагу (я уже писала когда-то, но повторюсь) Майринка можно отнести в любимые авторы, но тут же ещё и загадки, и несколько любовных историй, одним словом, красота, да и только.

Давно я не бралась за Майринка. Много лет прошло, но я все еще помню то удовольствие, с которым я читала его самые известные произведения. Теперь решила возобновить знакомство и заодно проверить, осталось ли мое отношение к его творчеству прежним.

Атмосфера зловещей таинственности расползается подобно шупальцам тумана с самых первых строчек. Два друга сидят в кафе у окошка, придвинувшись друг к другу. Они - заговорщики, задумавшие нечто опасное, но благородное. Они встревожены и решительно настроены осуществить задуманное. Некий перс уехал в Берлин, оставив свой дом пустым, чего и добивались друзья, отправив ему телеграмму со знаковым для него именем профессора Фабио Марини. У двух друзей появился весомый повод усомниться в смерти автора уникального метода препарирования и совесть велит им достоверно узнать о судьбе выдающегося ученого.

Ночью пробираются они извилистыми улочками старого города к старинному дому, ставшем обиталищем для Дарашикуха.

Бедолаги еще даже не пробрались внутрь, а их уже все пугает - сад, старые вязы, ночное небо. Даже воздух кажется странным, а белые песчаные дорожки напоминают жилы ( а нечего шататься лунными ночами непонятно где) Справившись с отмычками и собственным волнением, заговорщики ходят по пустому темному дому, пугаясь каждого скрипа и шороха. Когда же они добираются до заветной цели - таинственной комнаты, их ждет такоооое... Не завидую я этим двум товарищам - эту жуть посреди ночи увидеть, в неверном свете свечи! Поседеть же можно и заикаться до конца недолгой теперь жизни. И все же они отделались лишь легким испугом. Но своего добились – судьбу выяснили. Только теперь им долго придется жалеть, что затеяли эту ночную вылазку.

Приятно убедиться, что некоторые привязанности не подвластны времени и читать Майринка по прежнему интересно. Даже было бы страшно, если бы не было смешно. Очень уж забавная и трепетная парочка горе-взломщиков. С такими слабыми нервами дома надо сидеть на веранде, а не вести самостоятельное расследование. А вот таинственный анатом Мохаммед Дараш-Ког умудрился не на шутку заинтересовать, даже не разу не появившись в сюжете самолично. Обязательно надо почитать еще про этого колоритнейшего дядьку. Двое друзей, натерпевшихся страстей в его кабинете, так многообещающе отзывались об этом персе. Устоять невозможно!

Густава Майринка относят к писателям - экспрессионистам немецкоязычной "пражской школы", герои произведений которых склонны к галлюцинациям, фантастическим снам и прочим видениям. С некоторыми произведениями этого автора я уже познакомилась и все они оставили благоприятное впечатление. Желание продолжить знакомство периодически возникало, но не подворачивалось удобного случая. И вот, сразу в двух играх такая возможность представилась и упускать ее я не стала. Тем более, буквально через несколько дней наступит эта самая Вальпургиева ночь, Великая ночь очищения, а именно - в ночь с 30 апреля на 1 мая.

Сейчас эти даты соотносят с наступлением весны и 1 мая - официальный праздник во многих странах. Но в германоязычных странах Вальпургиева ночь всегда была связана с древними мифами о разгуле нечистой силы. В связи с чем в эту ночь жгли и жгут костры, на которых сжигают соломенные чучела ведьм. Эти магические обряды очень напоминают нашу Масленицу, хоть и несколько отличаются основной идеей, но костры и сожжение чучела зимы - в наличии.

Майринк заинтриговал меня меня с самого начала - то ли грабитель, то ли лунатик крадется по карнизу парковой стены, а потом устраивает представление, достойное великого актера. Вот только актер ли он? Собравшиеся провести вечер за картами господа (и дама) испытали шок, когда чуть было не признали в нем давно почившего человека.

Колоритные персонажи добавляют интереса - одна только Богемская Лиза чего стоит! Бывшая гетера, как назвал ее лейб-медик Тадеуш Флугбайл. Сейчас, в свои семьдесят, хлебающая суп из деревянной миски в грязной неубранной комнате, а ведь в "былые времена она ела с серебра" и "спала на перинах".

Большинство персонажей живет в Градчанах – расположенный на вершине холма район Праги с большой крепостью, откуда открывается живописный вид на город. Интересно, что все они высокомерно называют остальную Прагу - "там, внизу". Там, внизу все по-другому, там сумасшедших и безумных поболе, чем у них, считают градчанцы.

Тадеуш Флугбайл и Богемская Лиза, Отакар и Поликсена: такие две разные пары, они и ведут себя по-разному, и цели у них непохожие, но есть между ними кое-что общее - все они, так или иначе, принимают участие в мистериях затянувшейся Вальпургиевой ночи, которая началась вмешательством нечистой силы в жизнь простых обывателей, а закончилась восстанием.

В произведении немало и других занятных персонажей, особое место среди которых, несомненно, занимает Зрцадло. Его монологи о сокровенном Я и о Боге малопонятны, как и все, относящееся к эзотерике, но для посвященных, наверняка, это не просто слова. Но почти все из этого я уже где-то у кого-то читала.

Вообще, конечно, все произведение напичкано тайным смыслом, разобраться в котором мало кто смог судя по невнятным комментариям переводчиков и издателей к этому произведению. Один пишет о том, что имеет место описание инициации, другой - находит параллели между описанными сценами и арканами Таро, третий считает, что Майринку удалось предсказать будущее. Я, к своему стыду и смущению, разглядела и более-менее поняла только один сюжетный пласт - вмешательство потусторонних сил привело к кровавому восстанию, которое было не менее кроваво подавлено.

Весна, Прага, Карлов мост позади и мы забрались так высоко, что даже собор святого Витта остался под ногами. Мы, как туристы, наивно думали, что все еще гуляем по этому чудесному городу полному легенд. Слева начал манить своими витринами магазинчик с множеством милых вещиц. Естественно очень сложно было пройти мимо. Внутри продавщица, улыбчивая девушка с загадочным взглядом, начала показывать салфеточки, куклы и рассказывать завлекающие истории.

• Там, внизу, в Праге, вы таких вещей не найдете! - сказала девушка на отличном русском.
• В Праге? - удивилась я.
• Да, там - сказала девушка с презрением махнув рукой в стороны Старого места и Тынского храма.

  Тогда очень странной мне показалась девушка, насколько вообще может удивить любая странность в этом городе на пороге миров. И вот снова: "Там, внизу, в Праге!", - читаю я в "Вальпургиевой ночи" и все презрение, вся ненависть к городу внизу сочится со страниц...

Как и всегда, Майринк пропитал свою книгой мистикой и сделал ее такой реальной, что во время чтения не покидает мысль: "Что есть реальность? Что есть жизнь и смерть? Что такое вечность?". Дочитав до середины, я уже решила, что товарищ Густав решил написать что-то не так сносящее черепную коробку, решил пощадить приземленного обывателя... Но нет, он не мог, он все-таки взял свое! Может быть, находясь в другой реальности, он подпитывается теми эмоциями, которые вызывают его книги? Тогда, я уверена, Майринк - вечен... Всегда он будет заставлять проваливаться в его зеленый мир, всегда читатель будет вздрагивать, оборачиваться по сторонам и проверять окружающих людей на реальность... только... что же есть реальность? реальны ли мы? Реален ли зеленый цвет или он лишь слияние желтого и синего и это знает каждый художник?
Я очень советую почитать книги Майринка и Кафки всем, кто собирается ехать в Прагу. Поверьте, вы посмотрите на этот город другими глазами, может быть он даже соизводит показать вам небольшую часть своего истиснного лица!

Без послесловия Дугина А. Г. "Магический реализм" Густава Майринка" здесь не разобраться. Но даже если оккультный, мистический смысловой слой оказался за гранью моего понимания, "Вальпургиева ночь" произвела на меня впечатление своей гротескной, абсурдной и вязкой атмосферой, завораживающим слогом. Прекрасный, яркий и страшный, как будто в чем-то даже знакомый сон о том, что можно увидеть в зеркале.
Как ни странно, выбрала я эту книгу для "Игры в классики" благодаря ее обложке (той самой, с совой), которая показалась мне знакомой, и по мере чтения меня преследовало ощущение дежавю. Затем я вспомнила, что уже читала эту книгу в классе 10-м, когда нашла ее в библиотеке на полке с фантастикой. С обычной фантастикой эта книга имеет мало общего, и тем более мало общего с моим тогдашним мировоззрением. Но этой книге удалось впечатлить меня, причем дважды.
Пусть вас не отпугнут слова "мистика", "эзотерика" и "абсурд" - роман очень классный, волшебный, загадочный, и даже если вы не являетесь поклонником славного города Праги, то читайте всего Майринка, и непременно станете.

Конечно, я клюнула на Прагу. В отзывах писали, что ее в книге очень много, а в моем случае это значит - надо брать.

Прага - мой город-мечта, где я никогда не была, знаю лишь по рассказам и чужим картинкам. Он в моих мыслях прекрасный, почти пряничный город, полный чудес. И как-то не пришло в голову, что Прага может быть другая, а она - разительно другая. Город-морок, город-кошмар с хищным оскалом наточенных клыков и прищуром алых глаз. «Кровь — это и есть грунтовые воды Праги». Город, расколотый на две части трещиной Влтавы.

Его мало, меньше, чем я ждала, но то и дело в романе слышится его хищное дыхание.

А сам роман соткан из нечетких шатких теней, из туманных снов и горячечного бреда, страшной древней ворожбы и кукол-марионеток. Зыбкая, зыбкая реальность, в которой в чертах людей проступают звериные, в которой духи колышутся за плечами живых, в которой сумасшествие сочится, как кровь, и кровь сочится тоже. Страшный, тягостный сон — этот роман.