
Первый ряд
countymayo
- 121 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Мне со сборниками рассказов вообще всегда сложно - редко бывает так, чтобы понравились все (или хотя бы большинство) рассказов, чаще всего они очень разнородные и по стилю, и по уровню…но чтобы из всего сборника понравился всего один рассказ (и то относительно, с большой натяжкой) - это, прям, «достижение» современной кубинской литературы. Стоит заметить, что рассказ составителя, хоть и напечатан последним, задает тон всему сборнику…и очень хочется верить, что только что прочитанный мною бред, это все-таки не общая тенденция кубинской литературы, а просто выбор одного человека.
Из 10 рассказов только один написан женщиной и это тоже ощущается в общем «настроении»: секса в различных его проявлениях (чаще всего очень странных) не просто много, а удушающе много, при этом преобладает отношение к женщине как к объекту (даже не желания, а просто удовлетворения своих потребностей и извращенных фантазий). Я все понимаю… «горячие кубинские парни» без секса, хоть и книжного, обойтись никак не могут…но читать (для примера) о том, как кого-то возбуждает звук струи в унитазе мне совершенно не интересно.
Желание бросить книгу возникало несколько раз (особенно остро на рассказах номер 2 и 7), и только благодаря небольшому объёму, я все-таки ее дочитала.
Если абстрагироваться от содержания, то с формой тоже все странно… не знаю, виноват ли в этом перевод (хотя, я заметила это в нескольких рассказах, переведенных разными людьми) или это «отголоски постмодернизма», но часто об одном и том же персонаже говорится то в первом, то в третьем лице, причем, эта смена точки зрения ничем не обусловлена и происходит несколько раз в одном абзаце… Этот «художественный прием» раздражал меня до крайности.
Единственный рассказ, который показался мне интересным - «Великие призраки» Рауля Агиара.
Но как ни странно, у меня возникло желание вернуться к кубинской литературе (только не сейчас!), чтобы убедиться, что не все в ней так печально.

Короткий рассказ о...
А, собственно, о чем? О любви? Это не любовь. Просто вспышка, что привела к неожиданной близости, единственной, но приведшей к беременности.
О судьбе? Возможно. Есть всё же какая-то странная система, в которой какие-то наши шаги ведут к вершине, а другие - прямиком в пропасть. Всё вроде правильно делаешь, ведь идёшь к мечте, хочешь наконец осуществить то, о чем так долго мечтала... А оказывается, что делаешь решающий шаг в самый неподходящий момент.
О мечте? Это несомненно. Если честно, то я вообще не верю в этот звонок и в лицо Дарио, увиденное на вокзале. Это похоже на игру воображения, не зря же сама героиня говорит, что ей послышалось, а не услышала. Послышалось. Когда желание так долго копится, оно превращается в навязчивую идею - одиннадцать лет грезить о Гаване, о вкусе апельсинового мороженного и прогулках по улицам, о которых за ту короткую ночь успел рассказать её случайный любовник, о кинотеатре и о другом, что ещё нарисовало её воображение. Мария Эухения очень хотела обычного счастья, которое складывается из самых обыденных вещей. Она устремилась к нему, а в итоге...
Но на самом деле то, о чем этот рассказ, спрятано вот здесь, в эпиграфе. Эта выдуманная история простой медсестры из небольшого провинциального городка Кубы, показывает одну из тех трагедий, что обрушились на многие семьи. Мария Эухения - и одна из матерей, и одна из медсестер. Спасающая, но не сумевшая спасти. Получился вот такой рассказ, написанный вроде бы самыми простыми словами, не раскрашенный метафорами и другими художественными приёмами, но он трогает. Наверно именно этой своей простотой. Рассказ не о любви, возможно о судьбе, точно о мечте, сложившийся в историю о трагедии.

Хотелось лета. Не душного, городского, будничного, томящего лета, а далекую Кубу, к мужчинам в широких шляпах, к женщинам в пестрых юбках, к веселью, добродушию, улыбкам.
Не ждите. Нету.

ты спрашиваешь его:"Художник?Или артист?Кажется,я видела где-то твое лицо"
Вы пристально взглянули на нее и покрутили головой:"Писатель"
-А как тебя зовут?
-Хулио.
-А я-Карла.
-Очень приятно,Карла.
-ты писатель,аргентинец,и тебя зовут Хулио.Не хватает только,чтобы и фамилия у тебя была Кортасар.
-Так ты меня знаешь?
-Это что шутка?
-Почему?
-Вас тоже зовут Хулио Кортасар?
-Почему тоже?разве есть другой?
Похоже,она забеспокоилась:"Конечно,нет.Такой случайности и не придумать.И совсем невероятно,что ты о нем не слыхал.Все знают Хулио Кортасара.Его в школах изучают.Он умер,кажется,лет пятнадцать или двадцать тому назад"
Вы размышляете о ритмах,о том,как люди упорно называют случайностями то,что подчиняется еще не известным законам,а часто они настолько же случайны(или неизбежны),как чудо ежедневного пробуждения от сна.













