
Отцы-основатели. Русское пространство
sola-menta
- 104 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Трудно поверить, что мне может не понравиться книга Крапивина.
Но это так... и уже не первый раз. Правда по разным причинам.
Во-первых, не могу согласиться, что книга детская. История о возрожденном клубе Эспада проходит здесь как основная. На эту повесть трудно не соблазниться имея за спиной "Мальчика со шпагой" и "Бронзового мальчика".
Продолжение цикла не подразумевает единую историю на три повести, но сколько же здесь знакомых лиц. Салазкин, Каховский, Кинтель, Вострецов...
Ребята уже не отчаянные мальчишки, это уже повидавшие многое дядьки. Которые собираются за бутылочкой на кухне, а то и на кладбище. Кого-то жизнь изрядно потрепала, а кого-то погубила совсем.
Рассказы про разборки спецслужб, бюрократию, депутатов, Чечню.. Всё это не совсем подходит к абсолютно детской обложке.
Во-вторых, очень уже много обиды и недовольства скопилось у автор. Сквозит из всех щелей.
Не прикрыться.
Я уже привыкла, что учителя и мамы частенько фигурируют, как источники проблем и непонимания, но тут появляется совершенно особый злодей в лице психолога-затейника, конечно же в женском лице. Ну уж очень она получилась нарочито коварной паучихой с интригами и сетями очарования. Я не очень поняла, каким образом она очаровала часть коллектива, постоянно творя мелкие пакости для клуба и обожаемого ребятами руководителя.
При этом она старается всеми силами быть полезной, но это все принимается в штыки. Не очень понятно на каких основания. Опять же ощущение какой-то личной неприязни самого автора.
Я конечно далеко не ребенок. Меня уже трудно расстроить войной на страницах книг, огорчить смертями героев предыдущих книг. Но поскольку книга по сути является детской, мне показалось это лишним.
Но это только часть повести, взрослая ее половинка.
Основная часть, это конечно ребята.
Рыжик - трогательный мальчишка, искренне, по дружески, влюблённый в Словко.
А Словко старший, уже капитан, пишет стихи и тайно любит Ксюшу, сестру Игоря. Того самого, который сочинил очень озорную сказку. Тайную историю барабанщиков.
(Вот такая вот музыка, Такая, блин, вечная молодость.(С))
Всё по отдельности легко переварить и усвоить. Но в целом это такой винегрет из парусов, детских лагерей, постаревших пионеров, коварных бизнесменов, психологов, ночных побегов через лес, шифровок и агентов, кругов на полях, чеченского плена, крутящихся колес и планет, барабанов, детских домов и заводов.
Время у ребят проходило в заботах, плаваньях на яхтах, маленьких подвигах, и конечно выяснениях кто свой, кто видит фонарик или дракозленка Гришу.
Пожалуй, только любителям цикла я готова пожелать пережить это.

Относительно поздний (2005) и довольно стандартный Крапивин. Много трогательности, душещипательности, толика бунтарства (уже куда более глухого), много недовольства порядками и апелляций к вселенской справедливости.
Мне, если честно, был интереснее не сюжет (тем более, что среднюю книгу цикла я не читал), а те очевидные влияния, которые на себе ощущал автор. И которые без особой оглядки проецировал в далеком уже 2005 году на своих читателей.
Внезапно довольно много эзотерики и какой-то не вполне оформленной конспирологии. Круги на полях, пирамиды, гигантские календари из поваленных деревьев и прочая. Странновато как-то и от этого несколько неуютно – так и боишься, что автора как понесет… Но, к счастью, не понесло.
Бросается в глаза и восприятие религии и церкви. Довольно многочисленные пассажи про бога, изрядное число молитв. И вполне актуальное неприятие церкви как общественной организации, активно присваивающей себе недвижимое имущество.
В идеологическом плане вообще калейдоскоп. Тут тебе и заигрывание с «Россией, которую мы потеряли», некие штампы о большевиках, и здесь же, внезапно, уважение к Павлику Морозову и легкая ностальгия по исчезнувшему восприятию Гайдара. И еще довольно очевидная пикировка со спецслужбами, которых Крапивин подозревает в чем-то похожем на советский реваншизм (возможно, кто-то так и думал в 2005).
И Гарри Поттера Крапивин не оценил.
В целом получился такой слепок с эпохи, когда нынешняя система в России еще не совсем сложилась. Что-то откровенно смотрится устаревшим, многие догадки не оправдались, отсылки к Второй чеченской стали смотреться совсем архаично на фоне современных масштабных катаклизмов.
Но порой Крапивин все же берет за живое, трогает. Этого у него не отнять.

Тем, кто читал мало книг Крапивина, а также тем, кто вырос на его книгах, эта книга должна обязательно понравиться. Она хорошая. Она правильная. Автор умно и точно говорит об очень верных и нужных вещах. О дружбе. О самоотверженности. О преданности. О справедливости. И о любви, о самой первой, самой искренней. И это все правильно, и это все чудесно.
Но. Если вдуматься, эта книга мало чем отличается от десятков других таких же книг автора. Одни и те же герои, пусть их зовут по-разному. Одни и те же ласкательно-уменьшительные имена – Лосик и Тимчик, Стаканчик и Ясик, Ежики и Илька – уже путаешься, кто из какой книги. Одни и те же мальчики, ясноглазые, доверчивые, с худенькими руками-веточками, с непослушным вихром, со сбитыми коленками, с истоптанными сандаликами. Такое впечатление, что толстый неповоротливый мальчик с аккуратной стрижкой не имеет шансов стать любимым героем Крапивина. Мальчики безусловно честные, отважные, ради друзей готовые на все, противостоящие любому злу в лице дур-учительниц и злобных ментов.
Насчет злобы, я бы сказала, имеет место авторский перебор. Написано в самом начале 2000-х, когда бандитский капитализм в нашей стране еще расцветал. Все менты как один злобные, продажные, садисты, готовые подсунуть парню пакетик с наркотой и сладострастно засунуть клюшку… брр, мерзость какая. Про гэбэшников я и не говорю, отвратительные типы, с методами из бериевских времен. Не лучше и продажная власть. Присланный из Москвы ППЦ – Полномочный представитель Центра - прибывает со сворой лакеев и прихлебателей и конечно городские власти прогибаясь и извиваясь от восторга, готовы отдать ему единственный на город Дворец пионеров, или как их теперь называют. В котором, конечно же, кружки и клубы, и который, конечно же, надо отстоять. Это такая набившая оскомину коллизия, это еще со времен трилогии Юрия Германа, и от нее веет нафталином… Главная героиня тоже отважно поливает ментов грязью и безапелляционно заявляет после нападения на брата, что никого они не найдут, потому что «ворон ворону глаз не выклюет». И даже когда эти самые менты находят юных гопников, не подставу, а тех самых, опознанных братом. она не испытывает ни малейшего угрызения совести, потому что если в этот раз менты не виноваты, так в следующий раз будут.
Вот и перешли к героине, Жене Мезенцевой. Девочке тринадцать лет, живет с чудесной мамой и старшим братом-первокурсником, а папа погиб пять лет назад во время парашютного прыжка. Брат уверен, что папа погиб не просто так, а потому, что слишком много знал о коррупции в ГАИ, доказательств правда нет, но кому они нужны? Женя же девочка честная, искренняя, верная – в общем, крапивинская девочка, см. выше.
Вот, собственно и все о книге.
И есть один момент в финале, который сильно отвратил меня от книги и от героев
Это взгляд взрослого человека, а потому многим юным читателям он покажется вообще незначительным. Напомню, мама Жени овдовела несколько лет назад. Есть старинный друг семьи, дядя Костя, очень хороший человек, сделавший немало хорошего этой семье. И по-настоящему любящий маму. И дети, Женя и ее брат , принимают его, нет места детской ревности, я же говорю, это хорошие дети. Но проблема в том, что его переводят по службе в другой город. И маме там есть работа, и Женя уже согласна ехать, и брат готов перевестись, и даже девушка брата готова перевестись. Но неожиданно в город возвращается первая Женина влюбленность. И Женя…
Скажите, какая мать оставит тринадцатилетнюю девочку одну? Любящая и понимающая? Останется, поставит крест на своем возможном бабьем счастье, ни словом не упрекнет дочь, и может быть поумнев и повзрослев Женя будет просить у матери прощения и даже плакать. Но это будет, а сейчас Женя и автор безмятежно счастливы и как всегда найдены очень красивые слова. От которых мне еще противнее…

“Вот если бы сделать небо затвердевшим, – вспомнила я разговор с братом. – И повсюду, над всеми странами, написать на нем краской из баллона: “Нихт шиссен!”
Но как? Это на стене можно сделать надпись. Ну на десяти стенах, на ста… А над всей планетой – как? Да и кто сейчас смотрит на небо? Разве что сквозь прицелы зенитных комплексов…

- Ты давно интересуешься корабельными делами?

Илья говорил, что хорошие люди в завучи не идут, потому что должность такая. Здесь нужны особые характеры.













