Цитаты из книги Мефистофель: История одной карьеры

- То, что либерализм пройденный этап, - ведь факт, о котором не имеет смысла дискутировать, - говорят литераторы и боксеры, и банкиры им не противоречат.

- Я теперь не люблю бывать в Берлине. Да, я даже начинаю бояться Берлина. Здесь готовится нечто приводящее меня в ужас - и самое страшное то, что люди, с которыми я общаюсь, словно не замечают опасности. Все будто ослепли. Развлекаются, спорят, принимают себя всерьез; тем временем небо мрачнеет, и никто не замечает близящейся грозы, а она уже совсем надвинулась.

- Если Германия в самом деле когда-нибудь станет такой, о какой мечтаете вы и ваши друзья, мне такая Германия не нужна. Я уеду, - объявила Барбара и улыбнулась Микласу задумчиво, но не враждебно.
Он просиял:
- В это я верю! Очень многие господа уедут - в том случае, если мы их выпустим, а не засадим в тюрьмы! Тогда мы будем хозяевами! Тогда, наконец, в Германии вновь возьмут слово немцы!

Вы бы послушали, как говорит господин Кнурр, когда может не опасаться, что его подслушивают. Он троих сыновей потерял на войне, но он говорит, что это не так страшно, гораздо хуже, что Германия тратила свою честь, - и её вернёт наш фюрер - только фюрер!
Барбара думала: почему его так волнует немецкая честь? И что он разумеется под этим туманным понятием? Неужто ему действительно так необходимо, чтобы  Германия опять заимела танки и подводные лодки?

Все они достойны зависти, они умели верить. И вдвойне достойны зависти те, кто в упоении веры отдал жизнь…

Успех – это утонченное, неопровержимое оправдание любого бесстыдства – заставил обоих забыть о стыдливост