Зато ты очень красивый

Мне выбирать нетрудно, я люблю принимать решения. Конечно, не только о футболках и стрелках речь, а вообще, по-крупному. Вдруг возникает холод в спине, и пространство вокруг пустеет, как будто глумливые ангелы отлетели и оставили меня один на один с будущим… не знаю, с небом. Просто хлебом не корми, лишь бы почувствовать этот обрыв со всех сторон, воздух, поднимающийся снизу, свободу, возможность. Кажется, я только и живу, когда выбираю. Поэтому переезжаю гораздо чаще, чем принято среди приличных людей, чаще ввязываюсь в подозрительные проекты, чаще совершаю глупости, в конце концов.

Дальше идет «индекс Доу-Джонса». С этим легче. Это специальные американские слова, их произносят люди, которые хотят дать понять собеседнику, что они очень деловые.
«Космополитизм». Это такое состояние организма человека, когда он ни в одной стране мира не хочет платить налоги и служить в армии.
«Культуролог». Так называется человек, который может много непонятно говорить и писать, работать не хочет, а деньги получать хочет. Обычно культурологи обитают в крупных городах, пишут статьи и читают лекции. Если услышите от человека об «аккультурации этнических групп» или что-то в этом роде – это вот культуролог и есть.

Наталия Оленева "Письма к инопланетянам"

А если женщине не нравится то, что они делают, они говорят, что она сумасшедшая феминистка и лесбиянка. То есть вот кто-то мне говорит: «Ты моя конфетка», – и щиплет меня за попу, и если я не визжу от радости, так я феминистка и лесбиянка.
Так черт с ним, пускай. Ни одна женщина никогда без спросу не щипала меня за попу. По правде говоря, ни одна женщина вообще не пыталась ущипнуть меня за что бы то ни было. И ни одна женщина ни разу не воспринимала мою просьбу передвинуть шкаф или помочь донести сумку как приглашение к половому акту. Хотя в большинстве своем женщины красивее мужчин. И готовят в среднем лучше, и не хвастаются, и не говорят, что нельзя доверить бабе делать шашлык. Мужчины тщеславны, нетерпеливы и трусоваты. Они не могут мыслить оригинально. Здесь обычно ставится «но» – дескать, но куда же без них? На этот раз никакого «но» не будет. От этого мужчины не исчезнут, конечно, но и доброго слова они от меня не дождутся.

Наталия Оленева "Письма к инопланетянам"

Я приходила в людскую со своей клеткой. В клетке у меня жила синяя лампочка для ингаляций. Я всегда хотела иметь кого-то, но у меня была аллергия на шерсть всех животных и перья птиц, поэтому я завела себе лампочку. Я всегда носила лампочку с собой, чтобы не быть одинокой.

Он заставил меня выпустить синюю лампочку в пруд. Потому что одиночество (сказал Персик) – это не приговор и тюрьма. Одиночество – это свобода. И надо этому учиться.

– Хотите, я проткну вас насквозь иголкой?
– Нет, – сказала я. – Отпилите мне лучше голову.
– Все русские женщины так склонны к жертвам, – нашелся иллюзионист.
– Да, – сказала я (на самом деле я просто считала самым оптимальным хранить голову с рефлексиями и страхом одиночества отдельно, в морозильнике).

Я стояла, упираясь лбом в кафельную стену, струи воды барабанили по плечам, мокрые волосы тяжело, до боли, тянули затылок, и мне вдруг нестерпимо захотелось от них избавиться.
Я выбралась из ванной, прошла в комнату, оставляя мокрые следы, порылась в ящике стола, достала старую папину бритву, собрала волосы в хвост и отпилила у самого затылка. Голова сразу стала легкой, как воздушный шарик, казалось, еще минута – и я взлечу, но и этого мне было мало, я села на бортик ванны и аккуратно обрилась наголо.

У соседней могилы женщина сняла легкий летний плащ, положила на такую же, как у Артема, каменную оградку, вытащила из сумки две большие пластиковые бутылки с водой, опустилась на колени и захлопотала у могилы, споро и деловито, словно у себя на кухне, – отложила увядшие цветы, вымыла банку, сменила воду, поставила свежие. Поднялась, протерла тряпочкой крест и табличку, достала маленький пластиковый веник и взялась подметать вокруг могилы.
Все это время девочка стояла рядом и ныла:
– Мама, пойдем отсюда! Мам, пойдем домой! Мама, пойдем отсюда!
– Потерпи, Светочка, надо же навести порядок тут, у папы, – сказала женщина.
Девочка надулась. Топнула ногой.
– Папа-папа… Та шо вы мне все говорите! Нет здесь никакого папы!!!