Отвага! Вот чем наполнилось мое сердце, когда я получила очередное задание от горячо уважаемого импресарио. Контркультура хоть и провиденциально не входит в список не то, чтобы любимых, а даже понимаемых моим сознанием стилей, но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Может быть, мсье Джек Керуак разубедит меня в моих устоявшихся принципах.

Я прекрасно понимаю, что подобная литература создана, чтобы эпатировать своего читателя, причем средства могут быть разными: языковыми, графическими, даже грамматическими. Я заметила, что Джон Керуак отлично передает развязность героев, и поэтому они кажутся такими настоящими. Атмосферу создает и окружающая обстановка - портовые образы, вместе с роскошными судами, моряками, радужной нефтью тут и там. Настоящая романтика для любителей морских приключений. Джон Керуак вообще любит писать о странствиях, как я поняла из введения к сборнику рассказов “Одинокий странник”, и вот эта его страсть заряжает чем-то ярким. А как известно свет и огонь справятся с тьмой и самым упадническим настроением.

А какие амбициозные планы были у главных героев, когда они пытались попасть на поезд в ЛА, и как смел был Керуак, когда пошел встречать приятеля без оружия в кармане - только за такую бесшабашность и отвагу их обоих можно уважать. Грамматика, хохот тут и там, пару ругательств - это просто детские шалости, на которые я даже и не обратила особого внимания.

Не стоит забывать, что это лишь один рассказ из сборника и лишь одна жемчужина из ожерелья, я уверена, что, нанизывая другие рассказы в своем сознании на контркультурную леску, можно наконец-то получить более подробное восприятие этого направления, и это очень ценно для любого старательного читателя.

Спросите вы, почему же тогда, такая низкая оценка? Потому что я верю, что автор может лучше, интереснее - и я знаю, что смогу найти и у этого писателя, что-то для моего оптимистичного сердца. Еще я верю, что в оригинале, на английском, рассказ воспринимается еще интереснее, в особенности для тех, кто разбирается в языке хорошо и основательно. Поэтому, вперед, на борт корабля “Керуак и его странник”

Я понимаю что Керуак это голос целого поколения и прочие дифирамбы, но вторая попытка проникнуться его Пьянобредораспиzдяйским стилем не увенчалась успехом. "Одинокий странник" это минисборник миниэссе. Первые 5 о том, как Он просирал свою жизнь в очередной дыре, никакой морали, никакой философии, никакого смысла, тупо картина дня выраженная в очень длинных предложениях с подробным описанием в том числе с описанием всех звуков сопровождавших его в этот злополучный день: кхря лоло бряк шмяк кхоло тресь тум тбум гкракхсы. Порой даже не понятно о чем речь...ааа оказывается под косяком...так надо в примечании к книге писать: "читать строго в обдолбаном состоянии".
Но! Благодаря 3 последним эссе, а именно "один на горе" содержащейся в данном сборнике поставила * а не . Перечитывала некоторые места дважды, интересно, глубоко, проникновенно.
Вообще последние 3 прозы заслуживают уважения.

Джек Керуак голос целого поколения (бит поколения). Когда купил его литературу, подумаю что то будет похожее на Берроуза или Гинзберг. Но его литературу оказалась совсем другая. Довольно примитивна (но примитивна в лучшем понимание). И её можно назвать классикой в данное время. Сначала я хотел прочесть его самые известные работы. Такие как 'В дороге" и " Бродяги Дхармы". Но остановился на его самым неизвестным романом. Путешествия писателя через Америку в Марокко, Париж и Англию. Это очень интересно, и с той долей философский как он это видит и само различия бродяжества. Книга не шедевр, но хорошая.

а сейчас начнутся διθύραμβος в честь великого и могучего — Джека Керуака. сразу скажу, что вначале плевалась и думала: «чёрт, либо я чего-то не понимаю, либо первые страниц пятьдесят ни о чём; пустые. да и всё остальное какое-то пустомельство!». ан нет! — ситуация исправилась, когда дело дошло до конечных сцен, таких как «один на горе», «большая поездка в европу» и «исчезающий американский бродяга».

во время чтения «одинокого странника» была в дороге — в дороге домой; в сущей темноте, где-то в конце автобуса виднелся свет, исходящий от лампы. Керуак писал не для того, чтобы все восхищались; чтобы все говорили какой он beat; он писал потому, что иначе не мог. все его произведения — это путешествия в его жизнь, и ему плевать, что подумает читатель; ему категорически плевать на то, что будущее поколение, возможно, назовёт его сущим алкоголиком, нахлебником и тому подобное. он — одинокий странник по жизни, тяжело вздыхающий о том, что бродяг уже не ценят, время ни то — люди ни те.

один на горе напоминает начало «биг сура»: то же самое состояние, те же самые нотки счастливого одиночества, оканчивающиеся лёгким безумием. время, описанное в горах, — прямое доказательство того, что Керуак — это будда американской прозы: поэтичные описания, маленькие истины, принятие любой, даже мелкой жизни и «нет привязанностей».

не буду кричать по поводу перевода, потому что переводчик изрядно постарался; нельзя перевести идеально; принятие с моей стороны.