После...

Он жил в мире, где царит дух соревнования. В мире, где нет места слабым. И так старательно играл роль сверхчеловека, что забыл о смерти.

— У вас досадное стремление все сводить к своей персоне.
— Что ж, эту персону я знаю лучше всего.

— Это сложно и в то же время просто: почитать больному, помочь причесаться, поправить подушку, вывести на прогулку в парк. Но чаще всего вы ничего не делаете — просто находитесь рядом с ним, разделяете его страдания и страх. Вы рядом и готовы его выслушать.

— Вы слышали фразу: «Перестанешь бояться, когда прекратишь надеяться»? Ну вот, в данном случае ее можно объяснить так: страх смерти уменьшается, когда дела завершены и больше нет планов.
— Как можно жить и ничего не ждать?
— Ну… Жиль ждет лишь одного, — ответил доктор. — Но не думайте, что все уходят так тихо. Большинство умирает в гневе, негодуя и сопротивляясь болезни.
— Таких я больше понимаю и жалею.

— Как я уже говорил раньше, — продолжал доктор, — человеку легче подойти к смерти, когда ему удалось довести до конца задуманное.

О, понимаю вас. Тот, кто считает, что управляет своей жизнью, не желает, чтобы его убеждали в обратном.

— Я все же не понимаю, как можно смириться с тем, что умрешь.
— Отрицать смерть — не выход! Наше общество уже сделало запретной эту тему, когда избавилось от некоторых обрядов, предваряющих переход в мир иной. Вот почему люди остаются в одиночестве, когда сталкиваются со смертью. — Доктор помолчал немного и добавил: — И все же смерть не есть что-то необычное.
Он произнес последние слова громко, будто пытался убедить сам себя.

Невозможно предотвратить неминуемое. Никто не может отсрочить смерть.

— Вместе с тем большое количество нейронов вашего мозга разрушается каждый день начиная с двадцатилетнего возраста.
— Это, полагаю, удел каждого человека.
— Точно — постоянное равновесие между созиданием и разрушением.

— Нет ничего неизбежного! — парировал Натан.
— Вы прекрасно знаете, что есть.

- А где гарантия, что вы не опасны?

• Абсолютно никакой. Каждый человек потенциально опасен, уверяю вас.

Честно говоря, гораздо легче резать человека на операционном столе, чем идти вместе с ним навстречу неизвестному (к смерти).

L'amour n'est pas cette chose absolue qui résiste au temps et aux épreuves.