Ваша оценкаЦитаты
Scread4 августа 2025 г.И не думайте, что можете влезть в чужую жизнь и вылезти из нее, когда вам захочется.
36
Kumade1 июля 2022 г.Той, хто прийшов навчити, отримує найпронизливіший з уроків, а ті, хто прийшли навчитися, не вчаться нічого.
325- Kumade1 июля 2022 г.
Мовлення сягало своїм корінням пісні, а пісня народилася з необхідності заповнити звуком величезну й досить порожню людську душу.
325 
dolli_k20 июня 2019 г.[...] поезія або промовляє тобі щось із першого слова, або не промовляє взагалі. Це спалах відвертості і спалах взаємності. Як блискавка. Як мить, коли закохуєшся.
353
Ms_Lili6 декабря 2018 г.Должен ли он скорбеть? Правильно ли это – скорбеть о смерти существ, которые сами не скорбят друг о друге? Заглянув в свое сердце, он находит там лишь невнятную грусть.
388- Ms_Lili6 декабря 2018 г.
Мысли его обращаются к Эмме Бовари перед зеркалом после первого ее большого дня. «У меня есть любовник! У меня есть любовник!» – безмолвно поет Эмма. Что ж, пускай бедная Бев придет домой и тоже что-нибудь споет. И хватит называть ее бедной Бев. Если она бедная, то он – полный банкрот.
370 - Ms_Lili6 декабря 2018 г.
– Это история говорила через них, – произносит он наконец. – История зла. Постарайся так думать об этом, если это способно помочь. Их чувства могли показаться личными, но такими не были. Наследие предков, не более того.
360 
Averli4 октября 2018 г.Читать далее– Когда ты была маленькая, мы жили в Кенилворте, у наших соседей была собака, золотистый ретривер. Не знаю, помнишь ли ты ее.
– Смутно.
– Собственно, это был кобель. Стоило какой-нибудь суке появиться поблизости, как он забывал обо всем на свете, становился неуправляемым, и хозяева с павловской регулярностью лупили его. Продолжалось это до тех пор, пока бедный пес не запутался окончательно. В итоге он, почуяв запах суки, принимался метаться по двору, прижав уши, поджав хвост, скуля и норовя где-нибудь спрятаться.
Он замолкает.
– Не понимаю, к чему ты это? – спрашивает Люси.
И действительно, к чему?
– В этом зрелище было нечто настолько постыдное, что оно приводило меня в отчаяние. Мне кажется, можно наказывать собаку за какой-то проступок, скажем за изжеванную тапку. И собака примет наказание как должное: сжевала – получи. Но вожделение – это совсем иное дело. Ни одно животное не сочтет справедливым наказание, полученное за то, что оно следовало своим инстинктам.
– Значит, мы должны позволить мужчинам без удержу следовать их инстинктам? В этом и состоит мораль?
– Нет, мораль не в этом. Постыдность увиденного мной в Кенилворте в том, что бедный пес возненавидел собственную природу. Его больше и бить-то было не нужно. Он старался наказать себя сам. Всего лучше было бы пристрелить его.
– Или кое-что отрезать.
– Быть может. Но думаю, в глубине души он предпочел бы пулю. Предпочел бы другим предлагаемым ему возможностям: с одной стороны, отказаться от своей природы, с другой – провести остаток дней, слоняясь по гостиной, вздыхая, обнюхивая кошку и жирея.
– И ты всегда держался таких взглядов, Дэвид?
– Нет, не всегда. Временами прямо противоположных. Считал вожделение бременем, без которого мы вполне могли бы обойтись.
– Должна сказать, – произносит Люси, – что сама я склоняюсь к последней точке зрения.
3124