Цитаты из книги Дэвид Линч. Беседы с Крисом Родли. Интервью

Музыка открывает нам двери, потому что даже один короткий звук или сочетание нот может подать идею для истории.

Ну, взять песню и вставить ее в фильм любой может. А вот что для меня действительно круто, так это если песня не просто фон. Если в ней есть такие составляющие, которые существенно важны и становятся частью истории. Хоть в абстрактном ключе, хоть в лирическом. Тогда, действительно, без нее уже будто и не обойтись. И заменить ее другой музыкой тоже нельзя.

Сценарист ведь как фильтр: прежде чем попасть на бумагу, идеи проходят сквозь его личное восприятие художника.

Жизнь — это средоточие контрастов. Если вокруг адский шум, то взрыв бомбы не очень-то и впечатляет. Но если он прозвучит посреди тишины, это ого-го! Таковы мои отношения любви-ненависти к городам.

Детское сознание так устроено. Наверное, оно состоит на семьдесят пять процентов из фантазий и только на двадцать пять из реальности.

Всегда можно сбежать из действительности внутрь своего сознания и проскользнуть в совершенно иной мир.

Ну, у всех нас есть, как минимум, две стороны. Говорят, наш жизненный путь имеет целью достичь Божественного разума с помощью знаний и опыта как единства противоположностей. Вот такой у нас путь. Мир, в котором мы живем, состоит из противоречий. Примирить эти две стороны и есть главный фокус.

Одновременно переменчивый, хрупкий и фальшивый, Лос-Анджелес - это просто клочок тщательно возделанной земли на краю пустыни Мохаве. Если отключить все оросители, город снова поглотит пустыня.

Политкорректность - разновидность безразличия.

Как только имя начинает нести какую-то смысловую нагрузку, обозначаемая вещь сразу поступает в разряд либо милых, либо нереально противных.

Мир, в котором мы живем, состоит из противоречий. Примирить эти две стороны и есть главный фокус. ...И середина вовсе не компромисс, а сила обеих сторон.

Во сне может содержаться какой-то пугающий абсурд, но он работает только для вас.

Старые машины могли выдержать столкновение, но пассажиры внутри оставались изуродованными! Но я вас уверяю, теперь азарту конец. У Би-Би Кинга есть песня про все это дерьмо, на котором мы сейчас ездим!

Атрибутами жути в том, что Фрейд называл "областью пугающего", является скорее страх, а не реальный испуг, преследование, а не сам призрак. Жуть трансформирует "привычное" в "чужое", делая давно знакомое пугающе чужим.