Zoo, или Письма не о любви

Как не хотелось приступать к книге - незнакомый автор, на вид книга не манит, да и аннотация тоже - короче по всем моим внутренним меркам - читать ну очень не хотелось...

Благо это книжка малышка - по объёму сесть и прочитать. Именно это и заставило меня не откладывать чтение, но.... Но читалась книга долго. Потому что на мой вкус за раз такие книги читать никак нельзя.

Письма не о любви.. Открываешь и понимаешь - что нет, именно о любви и будет! Но спустя пару писем - да, письма о любви, но не о любви. Бред, правда?

Читается легко, просто на одном дыхании, но читаешь специально по письму, по два за раз - иначе будет перебор и книга не зайдёт, и потеряешь всякий интерес к автору.

Язык - прекрасен! И что самый кайф для меня - втягиваешься в него сразу, не тратишь время, чтобы привыкнуть к манере говорить - именно говорить, потому что книга идёт, как в фильме, когда читает закадровый голос!

Пополняю свою полку "обязательно прочитать спустя года"

Эта книга провисела в моём списке «Хочу прочитать» несколько месяцев, я, правда, не помню, когда добавила и кто мне её посоветовал. И тут она выпала мне в «Долгой прогулке». Было решено – пора. Я открыла книгу... И закрыла. Господи, чертов эпистолярный жанр, когда уже люди перестанут писать чёртовы письма и можно будет читать нормальные книги, а не обрывки чужих слов, мыслей и идей. Моя претензия к эпистолярному жанру – неискренность и вымученность, я не верю ни единому письму, ни единой строчке и слову.

Подходило десятое число. Книгу пришлось открыть заново. Вы видите, что тут есть некоторое лукавство: оценка-то у книги высокая, в итоге.

А все потому, что я погрузилась в книгу и не смогла из неё выбраться, пока не прочла от корки до корки. Потому что настолько цепляющего языка я очень давно не видела.

Я афантаст и не вижу визуальных образов. В моей голове буквы в книжке не превращаются в картинки, а остаются безликими для многих буковками, но ЭТИ буковки, ооооо, эти буковки стали моими спутниками на несколько часов, погрузили меня в свой волшебный мир. Я всегда восхищаюсь умением людей владеть словом. Умением делать такие сравнения и давать такие эпитеты, складывать слова в предложения таким образом, чтобы, сначала показавшиеся абсурдными, они, эти сравнения и эпитеты в итоге ударили тебя в самое сердце.

Таким владел Хлебников, таким владел Северянин, так умел делать Вознесенский. Таков и Шкловский. В моменты чтения произведений этих авторов у меня складывается ощущение, что им даны какие-то другие буквы, потому что мои буквы не умеют делать вот так:

При всем при том, насколько бы выдуманными не были эти письма, искренности, любви и тоски в них намного больше, чем в некоторых настоящих.

Удивительно, как человек может настолько тонко чувствовать слово, мир и людей. Неудивительно, что кроме тоски по женщине (а тут её очень много, Эльза Триоле, в книге Аля, очень сильно ударила по Шкловскому и оставила неизгладимый след в его жизни), тут ещё очень много тоски эмигрантской, тоски по родине и вдали неё.

И Родина тут – такая же женщина, которую автор любит ломающейся любовью, как по мне. Почему-то я вижу очень точные связи между этими двумя болезненными привязанностями.

Эта книга не поменяла моё отношение к романам в эпистолярном жанре, потому что она выше их, здесь содержание для меня преобладает над формой.

про что: тридцатилетний мужик достает нытьем незаинтересованную им женщину (имитация)
Непонятный эксперимент. Сто лет назад Шкловский экспериментировал. Это ясно. Задумка неплоха, в общем-то. Записки об эмиграции, объединенные общей темой, коей была выбрана любовь. (Век назад развлечений было немного, не было всех эти ваших PUBG и BTS, простительно.) Аннотацию, наверное, снова писала нейросеть. Это НЕ настоящие письма о любви, Школовский не писал их Эльзе Триоле, по крайней мере, историкам такая подробность его жизни не известна. Это роман в виде писем, выдуманный автором. Об этом он пишет как в начале, так и конце произведения:

...

Всё бы хорошо, но о жизни русской интеллигенции и беглой буржуазии в 20-х годах в Германии совсем немного:

или

Невесела была жизнь русских в Берлине.
Вообще часто кажется, что Шкловский писал под веществами:

Нинада!
Упоминание живых людей в таком же ключе:

(Говорят, эти живые люди отнеслись к Шкловскому с пониманием.)
Средь потока сознания, малопонятного современному человеку (вполне возможно, что для современников имелся некий умысел), появляются обращения главгероя к Але. Они представляют собой нытье и упреки. Вот ты меня не любишь, а я сижу и думаю о тебе, ты моя жизнь, а у тебя нет на меня времени... И прочее. Взрослому мужику нечем заняться, такого плана расклад. Аля в одном из своих немногочисленных ответов, между прочим, указывает на печальность ситуации. Что ты говоришь только о себе, а любовь должна быть безусловной, пишет ему она. Если в этом основная мораль произведения, то похвально, но тоже негусто. Интересней всего оказалась... радио-передача Екатерины Калининой, посвященная книге. Помимо пустых дежурных слов в духе "произведение как отражение чувственности автора", в ней читают отрывки и комментируют по реалиям того времени и жизни автора. (В принципе, прослушиванием передачи достаточно, так как в пропущенных частях текста нет ничего нового.)
Заканчивается книга действительно неожиданно.

Шкловский такой Шкловский. Зачем тебе женщина, когда ты так пишешь и так говоришь о литературе? Вот и я думаю - только для того, чтобы порадовать читателя.
Тут письма, женщина, вроде как любовь - только проблема не в том, что о любви ему писать нельзя. А в том, что нет любви никакой, как мне кажется. Есть два отдельных человека - и один из них нуждается в собеседнике, а другой - просто вежливо отвечает. Очень отрезвляющее чтение, как будто тебя окатили холодной водой и мир лишился иллюзий.
Не читать влюбленным и восторженным, а мне вполне можно.

И что на свете потому так много зверей,что они умеют по-разному видеть бога...

Книга на любителя это определенно точно! Любителя потока сознания, написанного поэтическим языком ,но прозой. Например,любителя Андрея Белого или Велимира Хлебникова,которые присутствуют в этой маленькой книжечке то ли воспоминаний,то ли потока сознания, очень похожих на сон.Прерывистый текст,похожий на мазки ярких красок, настроение как от картин Пикассо ''голубого периода''...
''Письма не о любви'' посвящены сестре Лили Брик - Эльзе Триоле,которая и сама была вполне неплохой писательницей ( очень люблю ее ''Розы в кредит'') и в которую весьма романтическим образом Виктор Шкловский ( писатель ,литературовед,критик,киносценарист) был влюблен...И вроде бы он не о любви,но каждая страница,каждая прерывистая строчка пропитаны любовью к женщине Але,к Великому обезьяньему ордену. Роман написан в эмиграции,в Берлине. Большая часть русских эмигрантов -писателей жила в районе станции метро Zoo,то есть возле зоопарка. И на страницах книги Белый,Хлебников,Ремизов,Илья Эренбург ...оказываются экзотическими животными ....экзотическими для заграницы,не такими,как обычные европейцы. И от этого так сильна тоска по России,там все родное...И поэтому последнее, двадцать третье письмо написано Шкловским во ВЦИК РСФСР с просьбой разрешить вернуться на родину....
''Zoo'' - это письма о любви...

Роман – перевернутая судьба. Разлука и ностальгия, спаянные с чувствами к женщине, и сама женщина как аллегория родины.

Попытка выстроить жизнь по новому чертежу, болезнь печалью и избитость отчаянием.
Заполошность, несовместимость с людьми, несовместимость со своим чувством и с такой вот сошедшей с рельсов судьбой.
Произведение небольшое, но поразительно концентрированное. Незаурядно, экспериментально, детализировано, по-военному чётко и хлестко. Нельзя просто читать – более, чем где бы то ни было, нужно вживаться и растворяться. Тогда войдешь в резонанс, прочувствуешь до самой мякоти души. Иначе же – неостановимый и сносящий с ног поток сознания, тянущийся к магниту Её спасительности, уникальности, незаменимости.

А язык! Энциклопедия фразеологизмов, торжество отточенности и лаконичного многосмыслия.

Безнадежные и неоцененные слова, выкарабкивающиеся из глубин души.

И фраза, ставшая для меня апофеозом выражения нелюбви:

Извечная коллизия: правда нелюбящего и проклятие глубокого беспросветного чувства.

Прочитано в рамках игры «Флэшмоб 2013», 2/5
Спасибо читателю barbakan за расширение границ познания!

заметила. прочитала. удивилась, что так мало, как жаль, что так мало.

поэты, литераторы, писатели - они все умели всегда сказать так, что все перевернется в тебе от ужаса - как точно.

Я намотал на мысль о тебе всю свою жизнь.

и все..
а вот это поистине гениально:

Что бы вы ни говорили женщине, добивайтесь ответа сейчас же; иначе она примет горячую ванну, переменит платье, и все нужно начинать говорить сначала.

женщины улыбнулись и кокетливо казали "о даа.."
неужто ж с нами так тяжело..)
Читая этот короткий роман, я сконцетрировалась сама по себе на теме любви. Она здесь пронзительна, как во всяких случаях несчастной любви...отчаянна и остра.

Пейте, друзья, пейте, великие и малые, горькую чашу любви! Здесь никому ничего не надо. Вход только по контрамаркам. И быть жестоким легко, нужно только не любить. Любовь тоже не понимает ни по-арамейски, ни по-русски. Она как гвозди, которыми пробивают.

и теперь, видимо, пойду по ссылкам) читать про каждого героя, вспоминать и узнавать.

Совершенно замечательная книга.
"Письма не о любви", написанные филологом Шкловским, в первую очередь завораживают своим языком: отрывистым, непохожим, пожалуй, никакую прозу, читанную мной раньше. Конечно, на самом деле это письма о любви (да и как иначе?), очень нежной и трогательной, за пределами как обычной жизни, так и литературы. Хочется открывать на любом месте и перечитывать (что со мной бывает очень редко!).
В письмах много реалий того времени, историй про Пастернака, Куоккалу, Андрея Белого, Хлебникова и все-всех-всех, и читать их с этой точки зрения ничуть не менее увлекательно и познавательно, чем "Жили-были". Например, вы знали, что Шкловский увлекался автомобилями? Что касается "Жили-были", то это -- отличный образец мемуаров о начале XX-го века, о всей этой петербургской интеллектуальной тусовке, о революции и войне; может быть, не самый информативный, но один из наиболее приятных для чтения.

Настоятельно рекомендуется.

Читала и вспоминала сериал "Аббатство Даунтон". Сначала толком не могла понять, почему. Какое-то мимолетное сходство. Потом осознала: и в книге, и в сериале в той или иной степени выраженная тоска по прошлому, "переваривание" перемен, тема автомобилей.
Письма, заявленные как "не о любви", на самом деле как раз о любви. Неразделенная любовь как нить, на которую ненавязчиво нанизываются люди, их характеры, события, жизнь вне привычных условий. Как модно говорить: вне зоны комфорта. Автор старался не делать акцент на любовной линии, а лишь прикрыться ею. Но я нецелевой читатель. Я не филолог, не литературовед, не историк, не житель Берлина, в конце концов. И никакого отношения не имею к искусству. Поэтому большая часть фамилий и произведений, описываемых в письмах, мне не были знакомы. А если нет предыстории в голове, то и новые факты мне не запомнятся и не принесут никаких эмоций. Это как посетить картинную галерею знатоку искусства и обывателю: первый рассматривает через призму своих знаний, подмечает детали и т.д. Второй (это я) просто ходит от таблички к табличке, мельком глядя на сами картины.
Другими словами, книга наверное глубокая и крайне интересная, но я не ее читатель.
Любовь к располневшей замужней женщине, тоска по Родине, адаптация к новой жизни - это все, что мне запомнилось. Написано с долей иронии, легко читается,
но как-то слишком ровно и потому скучно.

Мой отзыв сумбурен, как и книга, на которую он написан. И хотя название говорит, что письма якобы не о любви, но мне сразу было понятно, что любви в них будет куда больше, чем в обычных письмах о любви. Так и оказалось.

На самом деле сложно что-то писать про эту книгу. Модерн и эксперименты с формой в прозе я не слишком жалую, такой текст мне сложно воспринимать. Были ли бы это стихи – другое дело, а так короткие, обрывистые фразы, кусочки неначатых и незаконченных воспоминаний и мыслей, постоянный прыг-скок с одной темы на другую. Это письма, которые на самом деле не похожи на письма, а скорее напоминают заметки на полях прочитанных книг/газет или просто случайно попавшихся под руку листков. Если бы я была адресатом таких писем, то сильно бы удивлялась.

Но что безусловно удалось – передать дух и настроение эпохи. И отдельные восторги – за образ Али. Хотя её писем гораздо меньше и они намного короче, но сам образ гораздо ярче, полнее и живее. Аля такая… истинная женщина. Может потому, что такой женщине не стоит писать письма не о любви, так и не получилось у автора писать не о любви? И я не верю, что Аля выдуманный образ, в чем признается автор в одном из последних писем…

И ещё не могу не восхититься умением Шкловского короткими фразами и образными сравнениями передать так много: