Берлинская ночь

1936 год, Берлин. Бывшего полицейского, а ныне частного сыщика Берни Гюнтера нанимает магнат, поручающий ему найти ожерелье дочери, убитой в ходе ограбления вместе с мужем. Пересаживание классический нуаровых клише в благодатную тоталитарную почву дало превосходные результаты в виде палпа со стойким национал-социалистическим ароматом, который Филипп Керр дозирует, выбрав идеальный исторический момент, когда Германия уже исчезла, а Третий рейх ещё до конца не наступил. Евреев вовсю винтят, но из-за олимпиады людоедам приходится ещё немного попритворяться людьми, однако мешают жить нацисты уже всем: и честным гражданам, и ворам с проститутками. Так и расследование время от времени прерывается, пропуская перед собой марширующих штурмовиков, которым герой, вынужденно примыкая к обычным бюргерам, зигует или подпевает "Хорста Весселя", дабы не огрести. В этой давящей атмосфере автор, ловко совмещая острый язык Чендлера, жесткость Спиллейна и расклад Хэммета, собирает очень хитрую, почти математическую головоломку, украсившую бы любую из книг, перечисленных выше классиков. Именно тут зародилась традиция с появлением в сюжетах нацистских селебрити, и свой выход совершают сразу два любителя детективов - Гейдрих и Герман Геринг со львёнком в руках. Другой канон - печальная, а иногда и откровенно жуткая участь женщин в этой серии так же начался отсюда. И эта брутальность, абсолютно сознательно выбранная Керром для милитаризированного общества, фетишизирующего грубую силу, особенно забавна в том смысле, что в России он больше известен как детский писатель. Единственная претензия - финал в концлагере кажется уже шляпой на шляпе, но автор, видимо ещё не зная сколько книг про сыщика у него впереди, похоже, хотел выложить все задумки сразу или просто испугался, что заругают, если не откатает всю обязательную программу. В остальном "Мартовские фиалки" (ироничное и пренебрежительное прозвище, которое закрепилось за массово вступавшими в НСДАП после марта 1933 года) - образцовый представитель жанра.

Зима 1947 года. Разрушенный Берлин поделен на оккупационные зоны, а холодная война между СССР и США только начинает разгораться. Главный герой, частный детектив Берни Гюнтер, пытается выжить в этих реалиях, пока его жена заводит интрижки с победителями ради дефицитных товаров. Внезапно на него выходит полковник МГБ. Он предлагает сыщику крупную сумму денег и поездку в Вену. Цель — спасти от смертной казни бывшего коллегу Берни по полиции, коррумпированного полицейского и спекулянта Эмиля Беккера. Он был арестован властями по обвинению в убийстве американского офицера связи, и по словам русского, его подставили.
Оступившись с предудущей частью, Керр мощно закрыл "Берлинскую трилогию", которую из процедурки пересобрал в шпионский нуар. Сосредоточившись на последствиях Второй мировой для немцев и тому, как по-разному они приняли итоги дел рук своих, автор использовал расследование как ниточку для приманивания своего героя к тугому клубку множества интересов, и чем больше становится в происходящем трупов, тем серее мораль.
Жонглируя пугающим количеством твистов, и умудрившись не уронить ни один, попутно не превратив фабулу в клоунаду, писатель, постоянно прибавляя в темпе с интригой, сумел свести всё воедино в эффектном финале с венским струделем, латышским эсэсовцем с помятой головой и новаторскими методами использования винного пресса, в котором как никогда уместно смотрится традиционное появление исторических селебрити.

1938 год, частный детектив Берни Гюнтер, вынужденно вернувшись в полицию по личному приказу Гейдриха, расследует серию жестоких убийств голубоглазых арийских девушек. Самый серьезный риск книги в экзотическом сеттинге - заигравшись, расставить слишком много тематических горок с каруселями, превратив всё в парк аттракционов. Именно этот казус и произошёл в "Бледном преступнике". Решив переиграть историю Джека-Потрошителя в условиях нацистской Германии, Керр сменил жанр с нуара на ментовскую процедурку, но так увлёкся демонстрацией пороков построенного фашистами общества, что вынудил героя, постоянно отвлекаясь от расследования, спотыкаться об них буквально на каждом шагу, чем излишне замедлил темп и лишь подчеркнул искусственность собственной конструкции. Всё, чего было в "Мартовских фиалках" в меру, тут кажется перебором, вплоть до выходов селебрити. Помимо "звёзд" первого ряда вроде верхушки эсэсовского начальства, тут ещё и Лей, Небе и уж совсем карликовые Бено Мартин и Карл Вилигут, половина из которых фабуле совершенно не нужна, только усиливая ощущение прогулки по кунсткамере. Математический же расчет сюжета автором в этот раз тоже несколько дал слабину, хотя "большую картинку" с убийцей, медиумами, оккультизмом, психотерапией и Хрустальной ночью он завязал охапкой достаточно лихо. А вот переходы от одного темы к другой получились не особенно естественными, к тому же дополнительно картину портит неловкая и неуместная любовная линия с матерью одной из жертв. В целом второй роман оказался нормальным, однако значительно слабее дебютного, запомнившись прежде всего не детективной интригой, но сценой в которой, Гиммлер в порыве раздражения прописывает протагонисту пенделя.