Превратности любви

Мне хотелось любить тебя бесхитростно, воевать без шлема и доспехов. Я сдалась, не сопротивляясь, хотя ты сам вкладывал оружие в мою руку; Мне кажется, что любовь должна быть чем-то большим, нежели жестокой войной между двумя любящими. Нет сомнения, что можно признаваться в своей любви и в то же время заслуживать любовь.

Перед мужчиной открывается одна карьера, в то время как женщина может жить жизнью всех мужчин, которых любит... Она может испытать волнения, выпадающие на долю десятка жизней, и в то же время избавлена от их скучной повседневности.

Думаешь ли ты, Филипп, что мне удастся- пусть неумело - описать нашу историю? Следовало бы это сделать, как сделал ты - с полной беспристрастностью, с великим усилем, чтобы не утаить ничего. Чувствую, что это будет трудно. Всегда возникает опасность расстроится и изобразить себя такой, какой хотелось бы быть.

Вместо того, чтобы постараться понять её вкусы, я осуждал их; я хотел навязать ей свои собственные. Жуткая тишина, царившая теперь  в опустевшем доме, являлась карой за поведение, в котором не было, конечно, дурного намерения, но не было и величия души.

Не все ли равно, что радость ложная; лишь бы верить, что она - истинная...

«Чем старше становится писатель, – сказал ты, – тем радикальнее должны быть его взгляды. Это единственный способ привлечь к себе молодежь».

я подходил к идеям и к людям настороженно, старался всегда быть готовым к их утрате, чтобы меньше страдать, если и в самом деле лишусь их.

Мать считала человеческую жизни суровой битвой, для которой надо себя закалять. "Избалованная девочка превращается в несчастную женщину, - говорила она.

Я пробовал уснуть, но когда ум во власти тревоги - все тщетно.

Новых мыслей у меня появлялось мало, потому что мне некогда было читать.

Мы даже любили друг друга, но были слишком разные, чтобы друг друга понимать.

Всех этих мужчин и женщин стремительный поток несет к смерти, а они растрачивают быстротечные мгновения на то, чтобы накинуть обруч на горлышко бутылки или так сильно ударить деревянным молотом по ящику, чтобы оттуда выскочил чумазый негр. И конечно, в сущности, они правы; с точки зрения небытия, которое нас ожидает, Наполеон или Ришелье воспользовались отведенным им временем ничуть не лучше, чем эта маленькая женщина и ее спутник-солдат.

Я забросил дела. Я не хотел никого видеть. Я упивался своим горем.

Я потерял больше того, чем обладал.

- О чем вы думаете? - спросил он, улыбнувшись.

• Я пытаюсь представить себе, каким бы я вас видела, если бы не любила, - и любить вас и таким.
• Боже, до чего сложно! И вам это удается?

Ваша мать страдает всего лишь гипертрофией осторожности.

Некоторое время влечение создает какую-то иллюзию, потом в почти что враждебных душах начинает расти непреодолимая скука.