Четыре сказки о Kurtе

Математика мир не спасёт. Ещё ни разу не спасла.

Когда ты станешь взрослой, ты сама выберешь, где тебе жить. Из-за этого-то взрослеть и стоит.

Дурак он, вот и всё, говорит Лена. Золотые слова, соглашается Курт. И к слову рассказывает детям, что если кто-нибудь сам себя называет душкой, умницей и мировым парнем, то не обязательно, что так оно и есть, более того, сплошь и рядом те, кто так бахвалится, оказываются менее умными и приятными, чем те, кто так себя не выставляет.

Нет, Бад, строго говорит Анна-Лиза, сейчас же верни пингвина туда, откуда взял. И она просит Бада самого подумать, что будет, если все начнут походя хватать первого приглянувшегося им пингвина. Так и пингвином быть не захочешь.

Мир устроен так, что если вдруг тебя в кои веки раз посещает гениальная идея, обязательно находится придурок, который уже с ней носится.

(Курт, quo vadis?)

Уму непостижимо, что человеку по плечу, если ему попадется рыба достаточного размера.

Очень многие гадости делаются по закону...

Все норвежское почти непременно оказывается лучше всего ненорвежского, говорит Коре. Например: норвежский печёночный паштет неизменно чуть лучше датского и шведского, и чем дальше от Норвегии, тем паштет хуже. В результате в Китае паштет имеет вкус какашки, слышал я.

У Курта есть усы. И у Курта есть жена, отличная, симпатичная, архитектор к тому же.

Кстати говоря, это в порядке вещей, что человек одновременно и как все, и ни на кого не похож. Люди вообще так утроены.

Очень многие гадости делаются по закону, говорит Гуннар.

А на этом Южном полюсе что-то интересное происходит? спрашивает Курт.
Да нет, вряд ли, отвечает Эрлинг.
А зачем же ты туда едешь? говорит Анна-Лиза.
Этого Эрлинг и сам точно не знает и только плечами в ответ пожимает.
Надо же иметь дело в жизни, говорит он. И если уж человек встал на лыжи и пошел, то хорошо иметь конечную цель. Тогда твёрдо знаешь: до этого места дошёл - свободен, экспедиция закончена, что всегда приятно. А без цели так и будешь идти, идти и никогда не остановишься.

Вот вырасту, буду жить здесь, говорит она мечтательно.
Захочешь, будешь, отзывается Анна-Лиза. Когда ты станешь взрослой, ты сама выберешь, где тебе жить. Из-за этого-то взрослеть и стоит.

А машину, которая может ломать асфальт и бетон, Курт ставит на прикол под домом, чтоб она всегда была под рукой, если на Курта вдруг найдёт стих поломать асфальт или бетон. Трудно рассчитать заранее, когда именно проснется в тебе такое желание.

Мне приснился кошмарный сон, говорит Бад.
Правда? откликается Курт.
Мне приснилось, что девчонка хочет взять меня за руку, говорит Бад. Вы представляете, какой ужас?! А потом она стала настаивать, чтобы мы обнимались и целовались. Фу, гадость. Самый кошмарный сон в моей жизни. У меня мурашки по спине, даже когда я рассказываю. Бва, какая мерзость!
Эти кошмары лечатся возрастом, говорит Курт.

когда приносишь людям пользу - время летит незаметно

Жизнь прекрасна, отвечает Бад.
Да, говорит Курт. Whatever. Get a life.

Никаких но, говорит Анна-Лиза таким строгим тоном, что другие строгие тона по сравнению с ним журчат как ручейки, в которых обитают чудесные милые оляпки, только набившие себе брюшки завтраком.

Правду не скроешь и не остановишь, говорит Рашид. Она как почта. Всегда доходит по адресу.

Уму непостижимо, до чего богатым и до чего ужасно противным может стать человек, если ему попадется алмаз нужного размера...