“Well, are you alive or are you dead?” asked Bilbo quite crossly. Perhaps he had forgotten that he had had at least one good meal more than the dwarves, and also the use of his arms and legs, not to speak of a greater allowance of air. “Are you still in prison, or are you free? If you want food, and if you want to go on with this silly adventure—it’s yours after all and not mine—you had better slap your arms and rub your legs and try and help me get the others out while there is a chance!”

Стой, Сэм! Вот осёл упрямый...

"Суров и задумчив был ее взор; на конунга она глянула с безнадежной грустью. Лицо ее сияло красотой; золотистая коса спускалась до пояса; стройнее березки была она, в белом платье с серебряной опояской; нежнее лилии и тверже стального клинка: кровь конунгов текла в ее жилах".

Черная скала - граненое подножие Ортханка - влажно поблескивала; ее чудовищные острые ребра, казалось, только что вытесаны. Несколько щербин да осыпь напоминали о бессильной ярости онтов.

Я не посрамлю твоего герба, Повелитель Ристании, - сказал он. - Да мне и сподручнее носить щит с лошадью, чем носится на лошади. Свои ноги - они как-то надежнее. Вот отвезут меня куда надо, отпустят на твердую землю - а там уж я себя покажу.

Опережая призрак, он поспешил с войной:ведь если первый удар - смертельный, то второго не надо.

Брегалад стоял замерши, пристально разглядывая хоббитов; а те сидели в ожидании, когда-то он заторопится. Высокий, стройный и гибкий, он, наверное, считался у онтов молодым: гладкая, блескучая кора обтягивала его руки и ноги; у него были темно-алые губы и пышные серо-зеленые волосы. Наконец Бренгал заговорил, и звучный, как у Древня, голос был, однако, тоньше и звонче.

Он опустил хоббитов на травяной ковер, и они побежали вслед за ним к дальней арке. Снизу им стало видно, как он шагает, почти не сгибая колен, впиваясь в землю широкими пальцами, а потом уж опускаясь на всю ступню.

- Ага, вместе нам надо, - прорычал Углук. - С вами, падалью, вместе только в одну могилу. Как с гор спустились, так обделались. Где бы вы были, не будь нас! Мы - бойцы, мы - Урукхай! Мы убили большого война. Мы взяли в плен эту мелюзгу. Мы - слуги Сарумана Мудрого, Властителя Белой Длани, подающей нас вкусную человечину. Мы - посланцы Изенгарда, вы шли за нами сюда и за нами пойдете отсюда, нашим путем. Я - Углук, слышали? Я свое слово сказал.

Из груды торчал высокий кол, а на нем гоблинская башка в идеального шлеме с едва заметной Белой Дланью.

Хоббиты ступают легко: иной Следопыт и тот, бывало, сбивался с их следа.

Бильбо потом никак не мог вспомнить, каким образом очутился на улице — без шапки, без трости, без денег, без всех тех вещей, которые привык брать с собой, выходя из дому. Оставив второй завтрак недоеденным и посуду после себя невымытой, он сунул Гэндальфу ключи от дома и побежал со всех своих мохнатых ног по улочке мимо большой мельницы, через мост и еще с милю По Ту Сторону Реки.

The treasure is likely to be your death, though the dragon is no more.

I am the clue-finder, the web-cutter, the stinging fly. I am chosen for the lucky number.

There is no knowing what a dwarf will not dare and do for revenge or the recovery of his own.

"Farewell!" eagles cried, "wherever you fare, till your eyries receive you at the journey's end!"

"May the wind under your wings bear you where the sun sails and the moon walks", answered Gandalf, who knew the correct reply.

"Don't pinch!" said his eagle. "You need not be frightened like a rabbit, even if you look rather like one. It is a fair morning with little wind. What is finer than flying?"
Bilbo would have liked to say: "A warm bath and late breakfast on the lawn afterwards;" but he thought it better to say nothing at all, and to let go his clutch just a tiny bit.

Bilbo slept curled up on the hard rock more soundly than ever he had done on his feather-bed in his own little hole at home. But all night he dreamed of his own house and wandered in his sleep into all his different rooms looking for something that he could not find nor remember what it looked like.

You would have laughed (from a safe distance), if you had seen the dwarves sitting up in the trees with their beards dangling down, like old gentlemen gone cracked and playing at being boys.
Fili and Kili were at the top of a tall larch like an enormous Christmas tree.