Цитаты из книги Властелин Колец

Гимли низко склонил голову. – Нет, государь, со мной у тебя не будет поединка, – сказал он. – Ты выбрал закатную прелесть, меня же пленила утренняя. И сердце мое говорит, что утро – не наша участь, что мы видим утро в последний раз.

Но вот в чем дело, Пин: мы теперь знаем, что эти высоты есть, и поднимаем к ним взгляд. Хорошо, конечно, любить то, что тебе и так дано, с чего-то все начинается, и укорениться надо, благо земля у нас в Хоббитании тучная. Но в жизни-то, оказывается, есть высоты и глубины: какой-нибудь старик садовник про них ведать не ведает, но потому и садовничает, что его оберегают вышние силы и те, кто с ними в согласии.

Пину казалось, что сидел он здесь много-много лет назад, в какие-то полузабытые времена, когда был еще хоббитом, беспечным странником, которому все невзгоды нипочем. Нынче он стал маленьким воином, защитником белокаменного града от великой беды, в мрачном и чинном убранстве башенного стража.

Мир изменился. Я чувствую это в воде, чувствую это в земле, ощущаю в воздухе... Многое из того, что было — ушло. И не осталось тех, кто помнит об этом.

Опасное это дело, Фродо, выходить за порог: стоит ступить на дорогу и, если дашь волю ногам, неизвестно куда тебя занесет.

И слабейший из смертных может изменить ход будущего.

Мы не выбираем времена, мы можем лишь решать, как жить во времена, которые выбрали для нас.

Многие из тех, кто живет, заслуживают смерти, многие из мёртвых были достойны жить. Поэтому не будь скор в сужденьях насчет жизни и смерти: даже самый мудрый человек может ошибаться.

— Интересно, сложат ли о нас легенду или песню?! — Что? — Думаю, скажут ли люди когда-нибудь: «Давайте послушаем про Фродо и Кольцо!» А я крикну: «Да! Это моя любимая история! Фродо был очень храбрым, правда, папа?!» «Да, сынок, Он знаменитейший из хоббитов! Это не баран чихнул! — Ты забыл одного из главных героев — Сэмуайза Храброго! Я хочу послушать больше про него. Фродо не ушёл бы далеко без Сэма. — Мистер Фродо, зачем вы шутите? Я говорил серьёзно. — Я тоже.

Я не хочу сражаться. Но ждать, что битва вот-вот неминуемо начнётся, ещё хуже.

Дела не станут менее доблестными, если не будут награждены.

— Наверное, это наш конец. — Конец? Нет, наш путь не кончается смертью. Смерть – лишь продолжение пути, начертанного всем.

Верная смерть. Никаких шансов на успех. Так чего же мы ждём?!

Несколько лет спустя после путешествия Бильбо сидел в кабинете и писал мемуары. Он думал назвать их «Туда и обратно. Странствия хоббита».

- Ты, надеюсь, не утратил веры в пророчества оттого, что сам помогал их осуществлять? Не думаешь же ты всерьез, будто всякий раз ты выходил сухим из воды просто так, благодаря твоей счастливой звезде? Право же, все складывалось так удачно не только ради твоего спасения. Спору нет, мистер Бэггинс, личность вы превосходная, и я вас очень люблю, но не забывайте, пожалуйста, что мир огромен, а вы персона не столь уж крупная! -(Гэндальф).

Озерный город тоже восстановили, и теперь он опять разбогател, и по реке Быстротечной вверх и вниз снуют лодки с товарами. Эльфы, гномы и люди живут в большой дружбе.

(...) бургомистр принадлежал к тому сорту людей, кто легко подхватывает заразу, то он и заболел драконовой болезнью, забрал почти все золото, сбежал в Дикий Край и там умер от голода.

— Отныне — добавил Гэндальф, — лес сделается менее опасным, а Север надолго освободится от его злой власти. Но было бы спокойнее, если бы его совсем изгнали из мира, в котором мы живем.