СПОЙЛЕРЫ.
Книга начинается с того, как в один прекрасный день в кабинет к Эрленду Лу заходят трое мужчин (два кинематографиста и незнакомец Петтер) и просят у него помощи, а точнее поддержки в создании документального фильма. Позже выясняется, что фильм будет посвящен непосредственно Уильяму Шекспиру и раскрытию тайн, связанных с его незаурядной личностью. Петер Амундсен (как человек, приложивший к этой самой разгадке немало сил и времени) рассказывает Лу про Оук-Айленд, островок, находящийся в Новой Шотландии. По его словам, там давно идут поиски сокровищ. Кладоискатели обнаружили на острове заваленную шахту, доверху залитую водой. Петтер утверждает, что именно в ней спрятаны законсервированные в ртути рукописи Шекспира. Он вычислил это по средствам кодов, спрятанных в текстах поэта, которые, к слову, сам обнаружил и расшифровал. Через несколько страниц Эрленд пишет:
Если спросить меня, почему я сразу ему не отказал, то, подумав, я бы сказал, что, наверное, мне нравится, когда меняются парадигмы. Когда рушатся старые признанные теории, а вместе с ними и устоявшаяся научная среда, карьеры и судьбы, в этом есть некая чарующая жестокость. Мысль о том, чтобы поучаствовать в такой игре, для меня притягательна. Готов в этом признаться. И в то же время я не буду играть роль главной интеллектуальной силы, которая вызовет такие последствия. Я – всего лишь промежуточное звено. Посредник. А посредника можно простить.
Если Лу и впрямь так считал, то появление в книге чудаковатого Амундсена с его безумными открытиями вполне объяснимо. Само слово "игра" в контексте его высказывания уже звучит, как предупреждение о том, что и последующие события, изложенные в книге, не более чем игровая окраска художественно-творческого процесса. Спустя какое-то время они встречаются вновь; появляется идея написать совместную книгу, в которой теория Амундсена относительно Шекспира будет изложена полностью.
"Органист" построен по принципу интервью: скептичный и сомневающийся Лу выслушивает объяснения соавтора и периодически задает ему вопросы, а тот шаг за шагом приближает его к разгадке главной тайны.
Образ Петера Амундсена необычен. Он - не только талантливый органист одной из церквей в Осло, но еще и франкмасон, инструктор лыжной школы, импортер желатина, малоизвестный писатель, любитель загадок, - в общем, человек разнообразных талантов. Между прочим, именно франкмасонство побудило его рассматривать тексты, как вместилище секретных кодов, и в каждой букве или знаке видеть определенный символ. Ирония? Возможно. Сам о себе Петтер говорит так:
Воля и некоторая доля аналитических способностей. В этом заключается мой талант
И действительно: аналитические способности органиста просто поражают. Все теории и то, как Амундсен преподносит их, засасывают не хуже воронки. Он постоянно прыгает с места на место, мастерски жонглирует историческими фактами, сведениями из прочитанных книг, так или иначе посвященных Шекспиру, и всегда останавливается на самом интересном, обещая, что разгадка будет чуть позже. Вариант криптографического шифра, как и все числовые коды, по сути, является выигрышным: при большом желании цифры всегда можно подогнать под нужный результат или додумать новые значения, не нарушая при этом логики. Все выглядит убедительно, но это не более чем игра.
Интересно то, что идеи для поиска новых значений Петтер черпает из повседневной жизни. Он - везучий человек, к которому ответы приходят совершенно случайно. Одним из примеров служит его диалог с Эрлендом Лу:
-Ты видел, что сегодня было написано в газете «Афтенпостен» о Кьелле Инге Рекке?,- спрашивает Петтер.
- Кажется, на его верфи собираются строить какое-то большое судно?
- Вот именно. А помнишь, какая у судна должна быть длина?
- Нет
- Его длина будет составлять триста шестьдесят метров. А помнишь, как оно будет называться?
- Нет
- Оно будет называться «Генезис». Творение. Бог сотворил мир за шесть дней. Шесть седьмых. На этом останавливается Бэкон в своей книге «Новая Атлантида». Шесть седьмых связаны с рассказом о сотворении мира. Вот что я пытаюсь тебе объяснить.
- Так, значит, это розенкрейцеры решили заказать на верфи корабль?
- Может быть, и так. Для меня важно показать, что здесь есть все основания мыслить геометрическими понятиями
Так Амундсен подтверждает свою теорию о том, что помимо криптограмм в текстах еще скрыты и геометрические фигуры. Или вот другой пример:
Сперва я хочу рассказать тебе о том, что случилось, когда мы летели домой из Рима. Моя подруга – пастор. Во время полета она готовила воскресную проповедь и заговорила о Евангелии от Иоанна, которое принято за главное в ложе франкмасонов. Франкмасоны по преимуществу иониты
Это косвенно подтверждает версию Петтера о том, Шекспир или Френсис Бэкон принимали участие в написании Библии короля Иакова. В нем также прослеживаются криптограммы с именами Шекспира и Бэкона.
Все эти случайные встречи, а также виртуозность, с которой Амундсен делает открытие за открытием, основываясь на ненадежных математических исчислениях, криптограммах и построениях геометрических фигур в текстах вызывают сомнение. Какой же Эрленд Лу замечательный провокатор! Поначалу "Органист" воспринимается как научный трактат, главный герой которого - умный, подающий надежды исследователь, стоящий на пороге сенсационного открытия века. На самом деле, все это - пародия, а образ Петтера Амундсена ничто иное, как альтер эго самого Лу. Можно сказать, что "Органист" - это роман о безумном человеке, искренне верующего в свои, якобы, правдивые открытия, и пытающегося это наглядно доказать.
- Можно ли придраться к тебе, объявив, что отобранные тобой буквы выбраны произвольно?
- Такое конечно, возможно, но вряд ли это будет справедливо. Я убежден, что выбор был обоснованным. Здесь набирается целая масса доказательств.
- И никто до тебя этого не заметил?
- Насколько мне известно, я первый это обнаружил, но, разумеется, я опирался на работу своих предшественников.
"Органист" показался мне своеобразной пародией на книгу Дэна Брауна ("Код Да Винчи" упоминается в романе множество раз), но пародией, исполненной искусно и весьма завуалировано.
Своим произведением Лу будто показывает, как на самом деле нужно писать книги, подобные "Коду да Винчи". Реальность не нужно искажать, ее нужно преподносить и вплетать в вымышленный сюжет так, чтобы обе составляющие смотрелись друг с другом гармонично. Нужно заставить читателя поверить в текст.
Именно это и делает Лу.
18 понравилось
