Где Цезарь кровью истекал

- А чем он хотел бы заниматься?

• Ничем.
• Чепуха. Только святые ничем не занимаются.

«В мире причины и следствия любые совпадения крайне подозрительны»

Слова эти принадлежат перу армянского классика Стефена Орбеляна и означают следующее: «Я люблю свою страну, потому что она моя». Просто, но удивительно тонко. Даже не верится, что такой глубинный смысл можно выразить всего восемью словами. Вы согласны?

В мире причины и следствия любые совпадения крайне подозрительны

По дороге она не задала ни единого вопроса, что меня совсем не удивило. Из опыта общения со мной она знала, что на тот случай, если бы у меня было, чем с ней поделиться, у меня имелся язык.

Все дело в интерпретации фактов, а не в знании их.

Я всего лишь наёмное орудие отмщения… нанятое вашим отцом. В наши дни эринии[7] носят пиджаки и брюки, пьют пиво и работают за деньги, но задачи их не изменились с древних времён и должны выполняться без жалости и сомнения.

Когда вы в следующий раз попадете в тюрьму, попытайтесь действовать так. В две стадии. Сначала определите, можете ли думать о чем-нибудь полезном и практичном. Если да, то приступайте. Если нет, то переходите сразу ко второй стадии. Прежде всего, дайте себе зарок, что окончательно и бесповоротно оборвете всякую связь между собой и собственным мозгом. Кажется, такой фокус порой проделывают люди, пытаясь уснуть, но мне судить трудно, поскольку сам я всегда сплю сном младенца.

Я приподнял одну бровь, что меня частенько выручает, поскольку Вульф так не умеет.

— Это изречение более древнее, — пояснил Вуди. — Ему около семисот лет. Не убежден, что оно такое великое, но я очень к нему привязан. Слова эти принадлежат перу армянского классика Степаноса Орбеляна и означают следующее: «Я люблю свою страну, потому что она моя». Просто, но удивительно тонко.

Я мог бы предложить не меньше дюжины, но самое подходящее тоже висит у вас на стене. — Он указал на обрамленную Декларацию независимости. — «Все люди созданы равными».

Вуди кивнул:

— Звучит, конечно, здорово, но это вранье. При всем моем уважении. Пусть и во имя благой цели, но все равно вранье.

Я взял Лили за руки, потянул, она встала и оказалась у меня в объятиях. Я поцеловал ее и отпустил. 

• Грубиян! - сказала она, сверкнув глазками.
• Не рассчитывайте, что это станет прецедентом, - предупредил я. - Я сейчас возбужден, и в другой раз мне такого может не захотеться. Я зол как черт и должен был хоть как-то выпустить пары.

Я не совсем понимаю, мисс Ботон, как ваш совет Гилберту — напасть на другого человека, вымазать его дегтем и вывалять в перьях, вписывается в Конституцию нашей великой страны, — сказал я, — это уже уголовное преступление.