Время ангелов

И снова Айрис Мердок пишет про любовь. Не все авторы, да и люди, говорят о любви, придают ей значение, но это только до поры до времени, пока не грянет. Дама Айрис говорит о ней всегда. Ее герои разного социального происхождения, разной национальности, разного возраста и пола, убеждений и степени образованности. Но в каждом из них живет любовь. У кого-то тайно, у кого-то явно. Кто-то стыдится ее, кто-то пытается постичь и переложить на прикладной, бытовой или сексуальный уровень, кто-то о ней заявляет и проявляет тем собственную слабость. Слабость. Действительно, зачем о ней говорить? Но дама Айрис скажет и ответит за всех созданных ею творений. Потому что она - Бог. Она сотворила свой мир. Замешанный на любви.

И снова про веру. Бог, мораль, добродетель, просвещение. Если Бога нет значит все дозволено? Так не должно быть! Потому что Бог есть. Каково имя его? Для каждого - свое. Но каждый жаждет своей паствы, продолжения. Как жить при такой разности глубины веры, ритуалов, конфессий и имен? Как в темноте. На ощупь. Герои так и живут. И ощупь эта ох, какая плотская!

И снова про образованность и страсть к философии. Образованы здесь все. Темнокожая служанка отличит Чайковского от Бетховена и нутром знает все про натурщиц Гогена. Лакей - бывший русский князь, с колыбели знающий иностранные языки. Сын лакея учился в частной школе и рассуждает о Фрейде и астрономии. Пастор опровергает англиканские каноны вероучения онтологическим доказательством Канта. Дочь пастора написала поэму по мотивам Илиады. Брат пастора - директор школы пишет философский трактат о вере, являясь последователем Платона. Мудрый епископ, любитель сладкого на «ты» с психиатрией. В сторонке лишь ученая дама, предпочитающая действовать практично, добродетельно и властно. И девица-единорог.

Да, снова девица-единорог. Под предлогом слабого здоровья пребывающая в «замкнутой системе, словно посреди какого-то танца, усыпляющего своей монотонностью». Отдаленная изоляцией от обычной суеты жизни, воспитанная быть замкнутой до такой степени, что любое общение способно причинить ей муку. Почему она такая? Потому что так кому-то выгодно. Книжек ей побольше, головоломок, сигар, а что бы удобно - еще и шезлонг в будуар. Сможет ли она иначе? Скорее всего - уже нет. Потому что единорог. Тем более, столько желающих поддерживать этот романтический образ!

Снова про слуг, сильных якобы своей примитивностью. Об их образованности я уже писала выше. Но считается что они «проще» своих хозяев и это дает им животную силу брать верх, влиять и быть если не сильнее своих хозяев, то не слабее точно.

Снова аллегории и мистика вещей. Белый светлый снег, белые ранние цветы (подснежники?), березы, черная темнота комнат странного дома, зимний мрак, отключения света и ни одной свечи!, черный уголь подвала. Белокожий русский и темнокожая ямайка. Да, опять странный дом. В моменты накала страстей жильцов его сотрясает от проезжающих под землей поездов. Русский дух, православная икона Троицы - на этот раз драгоценный предмет сюжета (это так трогательно!). «Они должны были быть высокими» - так говорит один из героев об Отце, Сыне и Святом Духе. Перебегающая улицу собака как символ спокойного повседневного счастья.

Снова садо-мазохизм. Кто кого победит в итоге? Как обычно, сердце успокоится гармонией плюса на минус.

Снова сексуальное влечение к близким родственникам. Братская любовь, или…? Сестринская любовь, или… ? Желание опекать племянницу, или…? В случае если объект любви любовь отвергает - муки, муки…

Снова коммунизм перерождающийся в буддизм. Кто еще мог провести линию развития между ними? И не по дилетантски, а со знанием дела? Конечно, только преподаватель философии Оксфордского университета - Дама Британской Империи Айрис Мердок.

В этой книге соединилось всё , что я люблю в английской литературе: и стиль, и атмосфера, и глубокий психологический портрет героев . А ещё понравилось ,как всё закончилось в этой сложной и тяжёлой истории. Интересен был каждый персонаж, но особенно прониклась судьбой дочери Карла Мюриэль. Священник Карл, очень странный человек, со своими философскими и религиозными взглядами, (которые отличаются от общепринятых), он раскрывает их своему брату Маркусу,(преподавателю ,пишущему книгу). Вся странность постепенно становится понятной в ходе повествования, подкупает атмосфера дождей, сырости и бесконечных туманов. Она перекликается с душевным состоянием героев и дополняет картину. И когда происходит развязка, картина природы меняется, туман рассеивается и появляется голубое небо и солнце. Книгу просто проглотила, не могла оторваться, всё таки я очень люблю английскую классику, жаль , что раньше не встретилась с Айрис Мердок. Теперь думаю, что ещё почитать у неё, думаю не разочаруюсь.

Мир – это просто лагерь для перемещенных лиц. Несомненно лишь одно: живут в нем не вечно.
Айрис Мердок ''Время ангелов''

''Время ангелов'' - типичный роман Мердок, хотя не самый лучший образец её прозы, с семейными дрязгами, мучительными передвижениями героев между собой и в одиночестве (практически, как танец Одри в ''Твин Пикс''), страстное стремление к любви и пониманию себя, это танец судеб, которые в какой-то точке однажды пересеклись, танец зачастую непарный: Мужчина любит Женщину, а Женщина любит Мужчину-2, а Мужчина-2 привязан к Женщине-2, а Женщина-2 мучительно борется со своей страстью к Мужчине. Замкнутый круг, танец отчаявшихся мотыльков вокруг ярко-желтого пятна света. Загадочные русские, ожившая девушка-русалка в ортопедическом корсете, неприкаянные, потерявшие веру люди, кровесмесительные связи и боль одиночества - это герои Мердок, которых она понимает и принимает со всеми их тараканами, метаниями, боязнью жить и любить. Они как пугливые улитки сидят каждый в своем домике, отчаянно жаждущие любви и понимания. Любви до боли в сердце.

Одинокий дом в Лондоне, окруженный со всех сторон непроницаемым туманом, который создает атмосферу клаустрофобии, замкнутости, отъединения от всего общества, – в этот дом поселяется семья эксцентричного священника Карла. Каждый из обитателей дома находится в своем вакууме, в своей боли, в своей ненужности, - они стучат в свои перегородки, пытаясь достучаться друг до друга, причиняют своими криками и стуком друг другу боль, ломая все на своем пути - себя и дорогих людей. Все, что витает воздухе дома - зыбко, хрупко, непрочно и от одного неловкого и злого щелчка повалятся все костяшки и дом рухнет. Есть ли Бог? Нужны ли рамки морали, в которых должно существовать общество? Может ли справится вера с крахом морали в обществе? Позволено ли всё человеку, вплоть до кровосмешения? Где заканчивается присутствие и заканчивается ли жизнь, когда подходит бытие-к-концу? Что делать, если однажды совесть и стыд нанесут удар по разрушенному основанию веры и морали?

Вопросы, над которыми Мердок предлагает подумать самому читателю и выбрать свои ответы, вместе с обитателями дома в тумане. Поразмышлять над теориями Карла и Маркуса (складываем эти два имени – Карл Маркс), окунуться в философию Хайдеггера и его Дайсена (''человеческое бытие'' или ''присутствие''). Безусловно, поразмышлять над сложными вопросами бытия, но с доброй иронией и юмором Айрис Мердок, бесконечно любя её заполошных и потерявшихся героев.
Но на самом деле, всем обитателям дома в тумане нужна была любовь, не болезненное наваждение и благодарности, а любовь – просто любовь.

Для меня английская литература не может существовать без Айрис Мердок.
Все её романы пропитаны тонким психологизмом, детальным описанием эмоций и действий героев. Каждый персонаж – это личность со своими страхами, сомнениями, грехами и тайнами. Над каждой строкой витает напряжённо-мрачная атмосфера, что для меня, как для читателя, является фишкой автора. За эту неповторимость и депрессивную неопределённость я и люблю Мердок.
В этой книге даже появляется русский человек Евгений Пешков. Это не может не польстить.
У каждого героя своя личная драма, которая раскрывается под пером талантливой писательницы.
Здесь освещаются важные вопросы, человеческие искания Бога, веры, любви, самого себя в безумном и противоречивом мире.
Книги подобного рода я перечитываю с удовольствием, и каждый раз нахожу что-то новое. Философская мысль в прозе Мердок – это главный ингредиент. Меняется форма, но материал остаётся неизменным из романа в роман.

Черная сутана, тяжело ниспадающая до самого пола, черными шипящими змеями обвивающая ноги священника. Священник, несущий Правду людям, предварительно замарав Ее в грехе собственной падшей души, утратившей веру. А может душа изначально была лишена света, блуждала в потемках наощупь - спотыкаясь, падая, цепляясь за невидимые стены, созданные воспаленным разумом? Скользкие, влажные стены без намека на выступ. Сплошная холодная глыба камня, которая сформировалась в нечто устойчивое и незыблемое, подчинив себе не только волю священника Карла, но и его душу.
Его дом - логово Зверя, погруженный в плотный удушающий туман. Вечно наглухо зашторенные окна, так, что его обитатели иной раз путаются - утро на дворе или ночь. Что таится в этих мрачных стенах? Негостеприимный порог. Тяжелые двери, темные коридоры...Каждая дверь скрывает за собой обитель Греха. Открой любую, и ты увидишь болото, тебя замутит от запаха гнили, тебя парализует то, что предстанет перед глазами. Это неистовая борьба Добра и Зла. Причем, оба понятия обрели плоть и говорят устами людей. Это любовь, растоптанная, истекающая кровью. Это вера, убитая одним точным ударом. Это слезы, невыплаканные, не потому что застряли в горле, нет. Их сковало холодом, в лед, прямо в уголках глаз. Это одиночество, перенесенное через годы из Петербурга в Прагу, в лагеря, а теперь молчаливо застывшее перед святым ликом материнской иконы, с которой взирают на весь этот грешный мир печальные ангелы...

За что я люблю Мердок? За ее умение всего в нескольких мазках, без лишних теней и штрихов прорисовать гениальное полотно, на котором безупречно показан Человек и его Страсти. Ее манера строить бесподобные диалоги, посредством которых ты погружаешься в мир героев, растворяешься в нем без остатка. У Мердок нет второстепенных персонажей. Она их не придумывает - она их творит! Она вдыхает в них душу. Ты чувствуешь каждого, до мельчайших подробностей. Ты живешь их эмоциями, перенимаешь их взгляд, жесты, слова... Это мистика! Необъяснимая связь. Мердок - единственный автор, с кем у меня происходит именно так. Каждая книга, прочитанная мною - это одна полноценная Жизнь, паралельная моей реальной.
Всего несколько сотен страниц ( в данном случае почти 300 бумажных) и такие сильные характеры, такие крутые виражи, мысли, от которых взрывается мозг, события, судьбы, история...Это ж надо все так гениально переплести в едином причудливом узоре, где каждая деталь дополняет одна другую. В нем нет теплых пастельных тонов. Он не ложится на глаз легкой дымкой. Это резкие, отрывистые мазки, достаточно жесткие, без сглаженных углов, без мягких теней...Это философия Айрис. В этом вся Мердок.

Дальше...

Книга всю душу из меня вытрясла. Оторваться не могла, напряжение росло пропорционально развитию сюжета, даже в голове застучало.
Туман – сонный, белесый, липкий – перекочевал из книги в мою комнату, защекотал уши, матовой пленкой затянул окна, холодным паром заструился по полу. Крепко уцепившись за стены, как плющ, пополз вверх.
Туман прилип к моей спине, словно жевательная резинка – не отодрать. Склеил пальцы на руках и на ногах. Белым кулачком ткнул мне в оба глаза.
На выдохе изо рта выплывал пузырь, медленно поднимался к потолку и лопался. На чистом полотне расплывалось мутное с разводами пятно. К концу чтения весь потолок был устлан пятнами, а на расстоянии 30 сантиметров ничего не видать. Только шелест сутаны где-то рядом и невнятное бормотание. По ноге что-то заскользило. Я отпрянула в ужасе и на всякий случай щедро поплевала через левое плечо. Кажется, в кого-то попала. Ибо позади раздался медвежий рык и удаляющийся топот ног. “Нечисть”, – решила я и села писать рецензию.
Айрис умеет удивлять неожиданными психологическими приемами. И страху нагнать. И жути. Не мистической, а человеческой, обыденной такой жути. Семейной. Отсюда вывод: случайно узнал о тайне – забудь. За одним секретом с легкостью может всплыть другой, который понравится он тебе еще меньше, чем первый.

Может ли священник потерять веру в Бога и продолжать нести Слово Божие своим прихожанам? Как он вообще потерял веру? Это было спонтанно или что-то заставило его разувериться? И сильна была его вера в Бога? Стойкая ли? Все эти вопросы витали у меня в голове во время чтения. Мне было жаль священника Карела. Как ему дальше жить?

Но потом сюжет сделал резкий поворот, вполне в духе Мердок, и у меня появилось отвращение к герою. Как он мог так поступить, он же духовное лицо? Просто нет слов!

Вообще, книга не такая простая, как кажется на первый взгляд. В большом доме священника обитает разношерстное общество: Карел, его две дочери – Мюриель и Элизабет, темнокожая прислуга Пэтти, русский эмигрант Юджин (Евгений) Пешков со своим сыном Лео. То, что там происходит, скрывают неприступные стены дома. Кажется, ничто милое и солнечное не проникает туда. Там только творятся темные мерзкие делишки. Очень трудно покопаться в головах у каждого с героев. Они тоже не преступны, как стены дома. Что ими движет? Во что они верят? Что может их оправдать?

Вопросы, вопросы, вопросы… Ах, Мердок!

Как это жить в мире, где не останется морали, веры в Бога, как найти истину в жизни и нужно ли ее искать? Как жить, когда, кажется, «единственно реальными остались иллюзии ангелов, которые нам трудно вообразить». Герои книги пытаются жить в этом мире, несколько нереальном и нелогичном. Это мир их мечтаний, воспоминаний, недомолвок и надежд на что-то. Мир их веры или неверия. Каждый выбирает своё. Но иногда возникает впечатление, чтобы герои ни выбирали, впереди будет некий внезапный поворот событий, абсолютно неожиданный и никак ими непредусмотренный.

Что касается сюжета... Нет, не буду касаться сюжета, почему-то не хочется. Прочитанное словно за некой завесой, как в тумане. А тумана в книге предостаточно. Но, если в «Отрубленной голове», на мой взгляд, он в некоторых сценах выступал в качестве фона, на котором разворачиваются события, то здесь туман принимает более явственный облик, он словно выступает в качестве особого действующего лица, заполняя собой пространство внутренней жизни романа, заполняя собой строки книги. «Клубящийся, подползающий, движущийся и в то же время неподвижный, всегда отступающий и никогда не исчезающий, порождающий затаенное тревожное напряжение...»

О чем еще книга? Что еще есть в ней? Еще есть мелодия «Лебединого озера», снег, довольно много снега, старинный особняк, икона Троицы, русский эмигрант, священник, река, философствующие интеллигенты...

Книга наполнена трагизмом, изысканной философией, ощущением чего-то недостающего, словно навсегда потерянного в мире без Бога и морали. Чувствую, что опять как-нибудь вернусь к этой книге, как-нибудь ее перечитаю, чтобы что-то еще понять и уяснить для себя.

Я много слышала об Айрис Мердок, причём только хорошее, поэтому давно хотела с ней познакомиться. Но то ли произведение попалось не совсем удачное для первого знакомства, то ли она не мой автор - я пока так и не поняла.
Я много читала историй о чокнутых семействах, но эта семейка пока взяла гран-при среди неадекватов. Начнем с того, что у каждого в этом романе довольно извращенное понятие о любви. Лео любит Мюриэль, Мюриэль любит Юджина, Юджин любит Пэтти, Пэтти любит Карела, Карел любит Элизабет - да вы серьезно?! Сама мрачность истории намекает нам на схожесть с реальной жизнью, но в жизни на самом-то деле такого накала драмы и не бывает вовсе.
Я обойду стороной тему инцеста в этом романе, но в отношении многих персонажей у меня сразу возникали подозрительные ощущения. Маркус постоянно испытывал ошеломляющее чувство "любви" к своему брату, Пэтти считала Карела богом, Мюриэль была без ума от Элизабет, тот же Маркус потакал Лео (ну сразу темные мыслишки закрадываются) - все это очень-очень-очень (повторюсь: очень!) нездоровые человеческие отношения.
И более всего они нездоровые по одной простой причине - ни один персонаж в этой книге любви не заслуживает. Ни один. Каждый герой только и делает, что ноет: свихнувшийся священник - о том, что мораль исчезла как понятие, его брат - о том, что священник не дает ему видеться с ним и племянницей (сиди пиши свою книгу, ну куда ты суёшься?!), безработная инфантильная особа - о бедной Элизабет, бедная Элизабет - о том, как ей одиноко, чернокожая - о том, что никому не нужна, бывший дворянин - об ушедшем времени, избалованный ловелас ноет просто от нечего делать. Ни один не хочет взять судьбу в свои руки и отвечать за свои поступки.
Чего не отнять у Мердок, она заставила меня задуматься, а в конечном итоге, для чего еще мы читаем?

Это первый роман прочитанный мной у Айрис Мердок. Я долго собиралась с мыслями, чтобы взять какое-нибудь ее произведение. И так уж вышло, что ее книга мне выпала по одной из игр - и тут уж выбирать не приходится, надо читать.

На протяжении всего чтения меня обуревали противоречивые чувства. С одной стороны, священник, который по идее, должен подавать пример своим прихожанам. Но глядя на этот "пример" вспоминаешь, что мир несовершенен, и каждое новое поколение, словно пирог испеченный в смятой форме, будет все более несовершенное, чем предыдущее.

Книга, которая дает больше вопросов, чем ответов. Но это и хорошо, ведь рассуждать полезно. Тем более, на такие важные темы. А ответы, ответы на любые вопросы есть в другой книге. Которая есть у каждого на полке :)