Все это – и первые конфликты в издательстве, и всеобщее вранье, и фарисейство, и половинчатость перемен, и страх обывателей перед ними, хотя уж, казалось бы, столько натерпелись! – сильно охладило его восторги по поводу первой оттепели и пригасило надежды на перемены сверху. Вот почему в пятьдесят восьмом, будучи вызван в Московский горком партии по случаю внезапного и повального распространения его ранних песен, он уже повел себя без тени дружелюбия и сумел жестко защитить свое право на самовыражение.
– Я говорила с молодыми людьми, – вещает инструкторша, – они сказали, что не понимают ваших песен.
– Но я им не навязываюсь.
– Для кого же вы пишете?
– Для своих друзей.
– А кто ваши друзья?
– Хорошие люди, – пожимает он плечами.
– Ну хорошо. Вот у вас есть песня о Леньке Королеве. Почему это «некому оплакать его жизнь»? А коллектив?
– Видите ли, от этого коллектива тоже мало кто остался. И под радиолу танцуют другие.
Ваша оценка
innashpitzberg26 сентября 2015
3 понравилось50
utrechko21 января 2013
Forrest30 ноября 2015
desusada24 октября 2014
metrika27 июля 2012
ivankozhyshniy24 октября 2023